Чтение онлайн

– Леонид Генрихович, а бывали такие времена, когда не ощущалось «кризиса современной драматургии», когда эта формулировка была неактуальна?

– История театра определяется личностью драматурга. Да, был театр Островского, но не мог же весь громадный русский театр ставить его одного. Ставили какие-то пятиактные пьесы, да ещё потом три акта водевиля играли, кучера ждали, когда спектакль окончится, а публика сидела по 8–10часов в театре. Но со временем драматургия отцеживается и выясняется, что от какого-то периода остаётся, к примеру, Островский. Или театр Чехова. А ведь Чехов написал не так много пьес. Он один не мог быть лицом всего театра – в реальности каждый день люди ходили в театр, что-то смотрели, но остался Чехов.

– А кто из ваших товарищей по цеху, ваших современников, станет классиком?

– Я, конечно, очень высокого мнения о Володине. Думаю, его могут играть ещё долго, две-три пьесы точно… Когда от драматурга остаётся несколько пьес – очень хорошо… Алексей Николаевич Арбузов, мы с ним тоже были в дружеских отношениях… Я думаю, что-то может остаться – «Жестокие игры», «Таня»… Хотя и в меньшей степени, чем Володин, Саша больше связан с современностью… Очень талантлив Радзинский. Останется ли что-то у Рощина, не знаю, он очень привязан к своему времени. У Володина пьесы корреспондируются с внутренней жизнью человека.

– А Вампилов?

– Чрезвычайно талантливый был человек, но очень уж рано ушёл – в 35лет, в этом возрасте настоящий драматург только начинается. Я думаю, что «Утиная охота» может иметь будущее, он точно нашёл героя – Зилова.

– Главное – найти героя?

– Героя, на котором есть резкая печать времени. То же самое и у актёров. Кто у нас застрял в памяти? Даль, например, схватил своего героя, неприкаянного, выламывающегося из эпохи.

– А сегодняшний герой? Вы его чувствуете, кто он?

– В жизни выжить трудно, она тебя берёт на излом. Поэтому натура, которой удаётся устоять, привлекает и выражает своё время.

– Один из ваших киногероев, может быть, единственный в своём роде – солдат из фильма «Мир входящему», которого сыграл Виктор Авдюшко. Этот герой не сказал ни слова за весь фильм. Ещё одно выдающееся кино, которое находится на обочине общественного сознания…

– Да, его очень редко дают по телевизору. Прекрасная работа Алова и Наумова.

– Вот человек промолчал весь фильм…

– Ни одного звука… Тоже непростая у фильма судьба. Фурцева выпустила в конце концов, надо отдать ей справедливость… Но колебалась. Ромм и Райзман её уговорили.

– У вас как у драматурга, сценариста была возможность влиять на выбор актёров?

– Моя позиция – не вмешиваться. Был только один момент, связанный с деликатной проблемой, – всё-таки «Покровские ворота» – вещь автобиографическая, и я забраковал множество Костиков, которые приходили на пробы: «Миша, здесь уж как угодно, но он играет меня, я прошу прислушаться…»

– Кого именно вы забраковали?

– Помню, был спор о Николае Денисове, в ТЮЗе работал, очень способный актёр. Миша уверял, что он наконец нашёл, и вцепился в него. Я сказал: «Миша, не упорствуй, поищи ещё». Потом появился Меньшиков, и всё стало ясно…

– Когда пересматриваешь телеверсию «Варшавской мелодии», может, это и кощунственно звучит, но кажется, что Ульянов не на своём месте.

– У «Варшавской мелодии» – судьба исключительная, её поставили в двухстах театрах СССР, она прошла в 16странах, идёт по сей день. Телевидение сняло спектакли Театра Вахтангова, спектакль с Фрейндлих, с Адой Роговцевой… Но понимаете, Ульянов и Борисова были всё-таки первыми, хотя, конечно, я понимаю, что Михаил Александрович оказался в трудном положении – играл двадцатилетнего человека в сорок с чем-то. И Юлия Борисова играла восемнадцатилетнюю девочку… Сейчас Юлия Пересильд замечательно играет на Бронной.

– А Страхов?

– Страхов играет хорошо. Но сказывается, что у меня Виктор написан хуже, чем Геля, его самостоятельную линию я недостаточно тонко прописал, текст мог быть объёмнее.

– На Бронной в образе Виктора, кажется, больше автопредательства, определённее трансформация романтика-шалопая в мелкого служащего – в нелепой кофтёнке, в галстучке, с портфельчиком…

– Миша это тоже тонко играл, помню этот смешок его знаменитый, смех над собой. Когда мы впервые сели за репетиционный стол, я с этого начал: «Передо мной – три человека с невероятными судьбами…» Юля – королева страны (вы не представляете, кем была Борисова в то время), Ульянов – главный артист Советского Союза и Рубен Николаевич Симонов – такого счастливчика не было в истории, что в личной жизни, что на сцене, зрители его любили, власти любили, награждали, возвышали – ни одного горестного дня… А спектакль должен быть о разбитых судьбах!.. Симонову тоже досталось. Все режиссёры имели со мной горестные дни, Лобанова я отправил на тот свет с «Гостями», великого человека, моего второго отца. Завадскому я сократил последние дни, он уже не мог выйти даже на премьеру, лежал и умирал, когда «Царская охота» выходила, три года он за неё бился как лев… Вспоминаю этот мартиролог – скольким людям я сократил жизнь, – и становится не по себе. Когда у меня брали пьесу, всегда предупреждал: будете иметь неприятности. Товстоногов внутренне надломился, Рубену Симонову крепко досталось (он поставил меня трижды). Помню, как министр кричал ему в лицо: «Я не могу смотреть на эту гордую шляхетскую королеву и этого затурканного раба»… А Ролан Быков лез в петлю после того, как ему не дали сыграть Пушкина во МХАТе, работа была совершенно гениальная… Помню, на обсуждении Степанова кручинилась: «Он маленький, неказистый, некрасивый». Сидел рядом со мной Натан Эйдельман, шепнул: «Она бы хотела, чтоб Пушкина сыграл Дантес». Пушкин был, кстати, ростом ниже Быкова… Позже Ефремов всё же выпустил спектакль, сам сыграл в нём. Упрямый и верный был человек. Четыре года положил.

– Отличная телеверсия «Медной бабушки» Михаила Козакова – с Гвоздицким в роли Пушкина…

– Обоих тоже нет. И Гвоздицкого, и Козакова. Вы правы, очень хорошая работа… В общем, невесёлую роль я сыграл в жизни многих замечательных людей.

– Расскажите, что пишете сейчас.

– Я уже давно пишу прозу. Скоро должна выйти книга, в ней будет всё опубликованное в «Знамени» за последнее время. В ближайшие дни появится повесть «Поезд дальнего следования», а сейчас я дописал повесть «Троянский конь». Но в книге не только знаменские публикации.

– Вас можно поздравить, вы востребованный автор.

– В мои-то лета, страшно даже произнести цифру – 87, – можно бы, конечно, уняться, но кое-что ещё хочется написать.

– Для вас как для человека пишущего есть какой-то плюс в этом возрасте?

– Пожалуй. Мне кажется, я стал больше понимать про людей: мотивации, поступки, их душевную жизнь. Многолетняя привычка – наблюдать, приглядываться – всё-таки не проходит даром. Да, наверное, какая-то свежесть уходит, способность радования уходит, это печально. Вот по поводу последнего произведения очень уважаемый, очень тонкий человек сказал мне множество тёплых слов. Ну какие-то две-три минуты было приятно… По-настоящему радует и увлекает единственное – сидеть за письменным столом: процесс стал интереснее результата.

Вопросы задавал Олег ПУХНАВЦЕВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 2,0 Проголосовало: 4 чел. 12345

Комментарии: 15.06.2011 15:36:35 - Борис Иванович Сотников пишет:

Леонид Зорин рассказал, как свирепствовала советская цензура.

Как же испортила наш театр и телевидение советская цензура!______ Впервые я узнал слово «цензура» в школе на уроках литературы. Оказывается, цензор учил Пушкина, как надо писать стихи! Представляете?____ Зачем существовала цензура в царской России? Чтобы обеспечить стабильность в государстве, чтоб никакие вольнодумские мысли не посещали подданных Государя. Говоря современным языком, чтобы не было экстремистских настроений в государстве. Вертикаль, так вертикаль! _____ В советское время цензура выполняла две функции: политическая цензура и цензура качества через творческие советы. С политической цензурой все понятно, а что касается качества, то были случаи, когда талантливые произведения не проходили фильтр цензуры, бывало, проходили и бездарные. Но надо признать, что не засоренная бурьяном «цветущая клумба» БЫЛА. _____ В той или иной форме цензура была и есть везде. Вспомним, как популярнейший телеведущий Донахью мгновенно лишился работы в США, за то, что он неудачно высказался про войну в Афганистане, и, как в течение нескольких часов, был уволен успешный комментатор радиостанции «Свобода», Савик Шустер, за спортивные комментарии на НТВ. Что ж, государство вправе заботиться о своих интересах. Все дело в том, с какими целями и в каком объеме осуществляется эта цензура. ______ Что касается интересов государства, то мы помним, как во время первой чеченской войны, практически, все СМИ воевали на стороне противника России. И войска собственной страны называли презрительно не иначе, как «федералы». Кстати, премьер Великобритании Маргарет Тетчер, во время войны в Фольклендах, устроила «разнос» СМИ только за то, в репортажах употреблялось слово «английские войска» вместо «наших». _____ Но это вопросы, которые, прежде всего, интересуют власть. Для этой цели цензура, наверное, не нужна, у власти много инструментов и без нее. Причем, более, чем достаточно, о чем говорит политический спектр СМИ сегодня. _____ А что волнует общество? Если не учитывать тех, кто получает прибыль на примитивных рефлексах, в обществе растет возмущение засильем жестокости, завуалированной порнографии, а главное, обилием низкосортного вещания, воспитывающего упрощенные вкусы, разрушающие культуру. Существует мнение даже о неуклонной «дебилизации» нашего общества. ______ Видные деятели культуры выступили с открытым письмом к президенту и премьер министру с предложением организовать общественные советы, контролирующие работу СМИ. Мощные силы, зарабатывающие прибыль на «дебилизации» населения, всполошились. Еще бы! ______Так как же быть с цензурой в России? Ведь уже и так недопустима порнография, пропаганда педофилии, национальной розни, оскорбление религиозных чувств верующих и даже экстремизм (прекрасное изобретение, под этим словом можно понимать, в буквальном смысле, что угодно). Что же еще нужно? ______ Если говорить о телевидении, то это, пожалуй, как хотелось бы, главное средство, просвещающее и воспитывающее население (обычно говорят о детях, как будто взрослые не нуждаются в воспитании, они, кстати, и воспитывают детей). В действительности, главной проблемой телевидения является вовсе не безнравственность (достаточно удалить передачи типа Дом-2 и другие), не натуралистическая жестокость (это тоже довольно просто можно сформулировать и запретить), а общая примитивная тональность нашего ТВ, которая разрушает ткань культуры. А вот это уже сложнее. И какими законами это можно остановить? ______ Но сделать это необходимо. Не нужно цензуры телевизионных материалов. А вот оценка деятельности канала на этот предмет вполне возможна. И не надо бояться, что нет формальных критериев оценки. Если вы встретили верблюда, то его уже ни с чем не спутаете. Общественная комиссия с широким представительством наиболее авторитетных деятелей культуры с правами оценки вполне может давать предложения государственным структурам для предупреждений о санкциях. Чувствительные для канала санкции всегда можно найти. Кстати, общественность вправе критиковать деятельность этой комиссии. Но такая схема может работать только при соответствующей воле руководства страной._____ Конечно, сторонники получения прибыли за счет примитивизации нашего населения будут говорить о свободе выбора. Это уловка. НУЖНО, ЧТОБЫ ВЫБОР БЫЛ ЗА ТЕМИ, КТО НЕСЕТ И ЧУВСТВУЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СТРАНУ В ЦЕЛОМ. _____________ Все так. Но телевидение – это мощная отрасль. Это много людей. Кто же согласится с любым посягательством на доход. Это армия, которая не потерпит никакого ущерба для себя. Поэтому останутся и примитивные сериалы, и все то, что уже стало символом нашего телевидения, все то, составляет основу приличного дохода с минимальными затратами.

Эксклюзив

У Флора и Лавра

ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННОГО

В фонде В.Т. Шаламова в Российском государственном архиве литературы и искусства есть ещё немало нерасшифрованных (из-за трудного почерка писателя, особенно в последние его годы) рукописей произведений, набросков к ним и отдельных записей.

И.П. Сиротинская, архивист и правонаследница Шаламова, проделав гигантский кропотливый труд по текстологической обработке основного содержания фонда, что увенчалось изданием наиболее полного, шеститомного собрания сочинений Шаламова (М.: Терра-Книжный клуб, 2005–2006), увы, не смогла его завершить – она умерла в январе нынешнего года. Осталось в архиве и небольшое количество ясно прочитываемых рукописей и машинописей, которые, вероятно, готовились к публикации. С согласия наследников И.П. Сиротинской мы публикуем сегодня один из рассказов, ранее нигде не печатавшийся и не включавшийся автором в свои сборники.