Чтение онлайн

Наверное, сегодня президент иной. Он человек опытный и хорошо знающий пирамиду власти. Сейчас надо было бы снимать фильм об "известном" Путине. Это другая стилистика и другой контекст, поэтому, наверное, мой фильм сейчас просто хроника, грамотно организованная (о художественных достоинствах не мне судить), сохранившая отпечаток того далёкого времени.

Думаю, что в какой-то момент те люди, которые формировали общественное мнение в средствах массовой информации, запутались в определении будущего лидера страны. Отсюда возникло ощущение хаоса в подаче материалов, касающихся двух первых лиц нашего государства. Поэтому политтехнологи стали совершать довольно смешные манипуляции и с премьер-министром, и с президентом, но политический опыт Путина помог ему вовремя дистанцироваться от довольно банальных заготовок политтехнологов и, думаю, только поэтому он выиграл выборы.

Я вообще считаю, что наш народ не настолько глуп, чтобы телевидение могло манипулировать его сознанием. Это сказки, которые рассказывают обиженные. Вместо того чтобы бесконечно обижаться, нужно точнее определяться в выборе той или иной группы оппозиционеров и грамотно составлять программы, рассчитанные на улучшение жизни людей.

– На канале "Культура" возникла площадка показа и обсуждения документальных фильмов (мощных, профессиональных) - очень интересная программа "Смотрим[?] Обсуждаем[?]". Не кажется ли вам, что эта ниша стала своеобразной резервацией для документалистики? Что телевидение фактом существования этой программы сняло с себя ответственность за игнорирование жанра? Ведь по-прежнему широкий зритель не видит лучшие отечественные и зарубежные документальные фильмы.

– Когда пять лет назад мы с Григорием Либергалом задумывали эту программу, то не могли и представить, что это доброе дело - просвещение нашего зрителя, показ классики мирового документального кино - будет восприниматься как резервация. Хотя и знали: всё, что делается в нашем государстве, может быть подвергнуто критике.

Мы хотели в момент определённого кризиса документального кино помочь зрителю и авторам поднять планку, дать точку отсчёта[?] Знаете, если не смотреть чемпионат Европы по футболу, то можно считать игроков "Зенита" выдающимися звёздами современности. Но увиденное на европейском первенстве позволяет нам приблизиться к пониманию, за счёт чего можно обыгрывать сборные Германии или Испании[?] Конечно, у нас тоже есть выдающиеся документалисты и создаются замечательные картины, но этих успехов не так много, чтобы заполнить еженедельный эфир канала "Культура". Кроме этого, мы хотели показать, как живёт иной мир, какие проблемы в других частях света, как они соотносятся с нашими проблемами. Ведь наличие нашей передачи не закрывает дорогу другим каналам создавать линейку национального кино. А если быть откровенным, я считаю, что наша передача "Смотрим[?] Обсуждаем[?]", а также программа фильмов "Свободная мысль" в рамках Международного московского кинофестиваля оказали большое влияние на то, чтобы люди стали серьёзно относиться к так называемой документалке. Это было путешествие за пределы страны, чтобы вернуться в новом качестве. У нас ведь такая традиция: лучшим считается то, что приходит извне. Но в новом сезоне в нашей передаче на канале "Культура" появятся фильмы российских режиссёров, фильмы на русском языке. Поначалу их не будет много, но моя надежда как кинематографиста, работающего в нашей стране и преподающего во ВГИКе, что таких фильмов будет больше и больше.

– Как вы оцениваете общий уровень того, что предлагает современное ТВ в качестве документалистики? Не только с точки зрения актуальности "телепродукта", но и того, что раньше называли "идейно-художественным уровнем"?

– Я не очень люблю оценивать работу других, я привык своим примером показывать, что считаю правильным. Даже своим студентам я говорю: если тебе не нравится то или иное направление в кино, у тебя есть поле битвы - экран, сделай так, чтобы зритель поверил тебе.

Я думаю, что на нашем телевидении отсутствует разумное разделение документального кино на виды и жанры. Исключение составляет "Культура". Говорю так не потому, что сотрудничаю с этим каналом, просто там созданы линейки фильмов-портретов, научно-популярных фильмов, арт-документальных фильмов. Конечно, не всё идеально, но там есть осмысленность в показе документального кино. На других каналах возникает ощущение вкусовщины. Такое впечатление, что фильмы делает один человек - программный директор того или иного канала. Там сложились коллективы "единомышленников". Это называется "формат канала". Я думаю, что так проявляется нежелание рисковать, зависимость от никому не понятного слова "рейтинг". Такой подход, мне кажется, ведёт к творческому тупику, ведь СМИ требуется постоянное обновление и форм подачи материала, и тех идей, которые вбрасываются на обсуждение публике. В связи с усилением аудиовизуальной линейки в Интернете те каналы, которые будут находиться в стагнации, умрут, от них уйдёт реклама.

– Каждый режиссёр-документалист постоянно находится в поиске нового героя. Тем же заняты и писатели, и драматурги, и сценаристы игрового кино. Однако у них есть ресурс вымысла, а вы ограничены реальностью[?] Можете сформулировать, какой герой интересен вам и какой, по-вашему, востребован обществом?

– Мне интересен любой человек, и я в любом герое буду подсознательно искать его созидательное начало. Даже если он находится на дне общества. Буду искать вместе с моим героем дорогу его возможного выхода из сложной ситуации. Меня интересует путь наверх. Путь вниз для меня скучен. Это, конечно же, не мармелад, смешанный с халвой. Если определять вектор моих фильмов - это путь через тернии к звёздам. Но общество неоднородно и людям свойственно искать в искусстве себе подобное для самоутверждения. Таких, к сожалению, большинство. Многим для оправдания собственных несовершенств необходимо видеть на экране уродливый и искажённый мир: "так спокойнее, не я один" или "есть ещё и хуже меня". Но это потребности толпы, спускающейся вниз. Я повторяю, меня интересуют созидатели, в том числе и среди зрителей.

– Вам приходилось снимать фильмы с участием писателей, которых уже относят к классикам, - Астафьевым, Распутиным, Солженицыным. Можно ли сказать, что все эти мощные фигуры объединяет одна черта: все они вглядываются в будущее России, если не с ужасом, то по крайней мере не ожидая от будущего ничего хорошего? Пытаетесь ли вы как автор фильмов "искать просвет" вопреки логике повествования?

– Те писатели, которых вы перечислили, никогда не впадали в ужас от будущего. Они создавали свои произведения как мудрецы и имели характер героев. Нельзя представить Солженицына в состоянии уныния и смерившимся перед Князем мира сего. Вообще уныние - тяжкий грех. Мне повезло с героями. Таким же был и Георгий Степанович Жженов. Ироничным и высмеивающим уныние является и Юз Алешковский. Не представляю унывающим Валерия Гергиева.

Я не сторонник приближать апокалипсис, особенно в отдельно взятой стране - России. Мне хочется, чтобы зритель смеялся и плакал вместе с моими героями. Эти здоровые чувства очищают.

– Расскажите, какова прокатная судьба фильма "Рождённые в СССР. 28 лет"? Покажет ли его телевидение? Как вам кажется, почему именно этот ваш проект так любим зрителем и так высоко оценён фестивалями?

– Этот проект очень сложный и так как он создаётся несколькими со-продюсерами, то всегда создаётся несколько версий: британская, европейская и российская. Они не отличаются принципиально, просто в зависимости от возможностей телевизионных компаний, есть разница в длине фильма. Могу сказать, что российская версия наиболее полная, и так было всегда. Мы издали фильм для Европы. Он был показан в Швеции, Норвегии, Нидерландах, а во Франции и Германии - три раза. Уже показан в Англии. Сейчас идут переговоры с другими европейскими странами и Америкой. Российская версия будет сдана после 10 июля на канал "Россия". Показывать её будут, видимо, два дня: 1-я часть - 9 героев, 2-я часть - 9 героев. Мы уже сделали пробный показ на ММКФ. К моей радости, зритель вроде бы не скучал. Поэтому я думаю, что канал постарается показать "Рождённых в СССР" как можно раньше.

Фильм о молодых и для молодых. Он и стилистически сделан как кино, которое должны смотреть молодые. Может быть, потому что мне помогали молодые люди в работе над фильмом. Я думаю, что средний возраст нашей группы около 28 лет, несмотря на то, что мне уже далеко за 50.

– Как вы считаете, должна ли быть у телевидения миссия? И как вы могли бы её сформулировать? Соответствует ли вашим представлениям о миссии современное ТВ?

– Миссия современного телевидения процентов на 25-30 - это воспитание нравов и развитие интеллектуальных способностей человека; ещё процентов на 25-30 - предоставление информации; столько же требуется на продвижение гуманистических идей, а оставшееся - на развлечение. Так должно быть в идеале.

Люди - это как дети. Если мы по-настоящему хотим модернизации, необходимо создать образ свободного и мыслящего интеллектуала, который станет главным героем нашей страны. Он должен быть созидателем, способным генерировать позитивные идеи в разных областях культуры, искусства, предпринимательства. Одним словом, он должен быть человеком созидания, а не разрушения. Но это такое идеалистическое представление о телевидении. На самом деле сейчас задача простая - переломить ситуацию, когда разрушения на экране больше, чем созидания, при этом не потеряв зрителя.

Вопросы задавал Вадим ПОПОВ

Либернет и телесон

СЕТЕВИЗОР

Прежде чем открыть шлюзы водохранилища, Путин подарил шикарные часы патриарху и арестовал девственниц в масках. А ещё раньше подорвал дома в Москве и Волгодонске, подлодку "Курск", плотину Саяно-Шушенской ГЭС...