Чтение онлайн

Репертуар программы разнообразен – выставки осетинских художников, выступления музыкантов, круглые столы и презентации. Оказалось, что всё это вызывает неподдельный интерес не только у осетинских диаспор. Российские со­отечественники и иностранцы впервые получают возможность познакомиться с осетинской культурой, узнать из первых рук о прошлом и настоящем Осетии.

На выставке в Стамбуле были представлены живописные полотна Шалвы Бедоева, Магреза Келехсаева, Лаврентия Касоева, Вадима Пухаева, Владимира Айларова, Ахсара Есенова и Олега Басаева. Состоялись встречи с турецкими художниками кавказского происхождения, приём в культурном центре осетинской диаспоры в Турции, презентация новых книг по истории и культуре, вышедших в прошлом году в Осетии.

Руслан БЗАРОВ, доктор исторических наук, профессор

От войны до войны…

Так можно, пожалуй, определить внутреннюю суть исторического бытия южных осетин (ныне Республики Южная Осетия) за последнее семидесятилетие.

Июнь 1941 года – начало Великой Отечественной – был для людей крошечного края совершенно неожиданным и скорбным явлением. Скорбели – молча. И не только простые труженики села (горожан в Южной Осетии тогда было всего несколько тысяч), но и журналисты и писатели. Ни слова за гранью официальных указаний. Даже в стихах, в поэтических присягах. И уходили на войну – молча, словесная и эмоциональная сдержанность в письмах солдат первых недель вой­ны поразительна. Молчание же в стихах объясняется просто: у писательской организации Южной Осетии был единственный и, разумеется, небольшого объёма печатный орган (журнал «Фидиу[?]г» – «Вестник»). В самом начале войны «Фидиуaeг» был закрыт, и журнал стал выходить вновь лишь четыре года спустя, в сентябре 1945 года.

Конец Великой войны – великой и по своей освободительной цели, и по своему всесветному масштабу, и по числу бойцов, вовлечённых в эту истребительную битву, и по неисчислимым людским потерям. И, наконец, по неизбывному горю народов России – как больших, так и малочисленных, каким было и население Южной Осетии.

К дню начала войны в Южной Осетии проживало 102 тысячи человек. Из них осетин было 72 тысячи. В армию было призвано в годы войны (вместе с призывом 1940 года) 24 тысячи. Словом, из осетин каждый третий оказался в рядах Советской армии, выстоявшей в этом всемирном побоище и одержавшей в нём самую великую победу в истории войн на нашей планете.

Джавский район РЮО, фото - Алексей МАРТЫНОВ

Чтобы убедиться в правоте этого утверждения, достаточно вспомнить один известный факт. В одной только битве на Курской дуге участвовало с обеих сторон около трёх миллионов солдат и офицеров и около шести тысяч танков. И моя память за все послевоенные долгие годы не может расстаться с горестным знанием – в этой битве сгорел в танке командир боевого экипажа, осетинский поэт Хазби Калоев. Он необычайно талантлив, лучший среди своего поколения осетинских стихотворцев, а был ему всего лишь 21 год...

К началу этой войны за двадцатилетие советской власти выросло новое поколение литературной молодёжи. Большинство погибло на войне. Скорбные списки их высечены на мраморных плитах у входа в писательские организации Севера и Юга Осетии. Их более пятидесяти. Но в списки вошли лишь те из них, кто уже печатался в периодике. Не успевших пробиться в печать молодых писателей вдвое больше.

Югоосетинские писатели старшего поколения все ушли на войну. В тылу остались лишь три старика, одна пожилая женщина и два инвалида. Вернулись с фронта лишь некоторые из призванных после тяжёлых ранений. Это – Гафез, Бекоев Елиоз, Дзугаев Георгий, Асаев Реваз, Букулов Алексей, Маргиев Коста, Дзугаев Хаджумар, Пухаев Пётр и др.

Завершение войны принесло южным осетинам не только радость «со слезами на глазах», но невыразимое чувство трагизма народной судьбы: в боях за свободу Родины сложил свою голову каждый шестой осетин. И вся безысходность ситуации в том, что это были молодые парни, коим предстояло воспроизвести генофонд родного народа. Случилось так, что южных осетин и ныне, спустя почти семьдесят лет, меньше, чем было в 1941 году до начала войны. И в этом неизбывный трагизм судьбы южных осетин.

И показательно, что наши историки и писатели фиксируют этот трагизм не горестными словами причитаний, а мужественным молчанием. Да, говорят о том, что каждый шестой из южных осетин был мобилизован, что каждый второй из них погиб. Говорят и о том, что около двух тысяч участников войны стали офицерами, что среди них тысячи награждённых и семь героев Советского Союза, или один герой на десять тысяч человек... Этим можно гордиться, но одолеть трагизм ситуации ни гордостью, ни молчанием невозможно.

Трагизм судьбы южных осетин резко усилился с распадом СССР и с возобновлением захватнических претензий властей Грузии на крошечную территорию южных осетин. Фашиствующий националист Гамсахурдиа, захвативший Грузию, вышедшую из состава Российского государства с благословения случайного и близорукого «Государя российского» Ельцина, заявил, что территория Южной Осетии исконная грузинская земля, осетины – народ пришлый, и он их выгонит с южных отрогов Кавказской гряды на север. Так осетины дожили от Великой войны – до новой, бесконечной, с древним соседом, обернувшимся лютым захватчиком. Эта новая вой­на длится с 1988 года, когда начался её информационно-пропагандистский период.

Грузинские власти решили в августе 2008 года уничтожить южных осетин, превратить наш край в «чистое поле» и отгородиться от России хребтом Кавказа.

Было ясно: пятидесятитысячный народ не может устоять против вооружённой до зубов армии пятимиллионного агрессора. Но нам пришла на помощь великая Россия и спасла нас – своих граждан, преданных России, как Родине и как государству. И в Южной Осетии не только люди, но камни благодарны российскому воинству и гражданству, равно как и руководству.

Разумеется, от Великой войны до жалкой попытки захватить родной очаг малочисленного народа дожили далеко не все солдаты, ставшие, одержав победу, ветеранами. Но и в годы долгой мучительной борьбы за свой родной дом они были рядом с бойцами, т.е. со своими сынами и внуками.

Собственно, и писательство наше состояло в рядах этих бойцов. И на боевом посту погиб талантливый прозаик и поэт Алеш Гучмазты...

Писатели Южной Осетии за послевоенную полувековую историю прошли трудный, но результативный творческий путь от послушного исполнения требований так называемой официальной, чиновничьей «эстетики» до талантливого, творческого усвоения велений высокоразвитого реализма.

Ныне на всей неоглядной Руси торжественно отмечают день Великой Победы во второй Отечественной войне. Известно, что в день столетия победы в первой Оте­чественной, в 1912 году, в России были живы ещё пятеро участников войны против наполеоновского нашествия.

В моём сердце ныне теплится единственное желание – чтобы из участников Великой Отечественной ко дню столетия Победы в ней здравствовало хотя бы пятьсот солдат и офицеров, которые бы с улыбкой повторяли слова Твардовского:

Если б совесть позволяла,

Жил бы двести лет!

Нафи ДЖУСОЙТЫ, писатель

Алихан ТОКАТЫ

(1893–1920)

Он был словно обделён счастьем с рождения и до самой смерти – не успел познать ни радостей любви, ни возможности иметь собственную семью. Глубокая философия его стихов с удивлением воспринимается современным читателем, когда он узнаёт, что этот мальчик умер в 27 лет, и поэтическое признание его таланта пришло через много лет после его смерти. Подлинный поэтический гений – всегда философ и ремесленник. Он одним штрихом способен превратить обыденную картинку в знак мироздания...