Чтение онлайн

* * *

Дождь целуется взасос

с юной-юной лужицей.

Удивлённых глаз стрекоз

мало маю. Вслушаться

непременно нужно – что

крокус шепчет крокусу?

Скоро рядышком с шестом,

в сад являя фокусы,

гибкий хмель ударит в рост,

примула глазастая

с притязательностью роз

ландыши захвастает:

«Первоцвет я, пер-во-цвет!

Я у мая первая!»

Тут сорвётся на фальцет

лягушонка серая

в тёмной лыве у осин...

...ничего мещанского...

Эх, сверну я в магазин,

да куплю шампанского.

* * *

Другой, но всё же вновь поводырём

снег вышел из небесного закута.

Такой хороший! – Хочешь, заберём

его на двор, весна придёт покуда?

Сведём знакомство со снеговиком –

пускай по-свойски с непоседой-сойкой

следит за нами с высоты веков

чудак бокастый – весело и стойко.

А если кто холодный и чужой

придёт нарушить чудную обитель,

он вьюгою отвадит, как вожжой,

а нас ничуть при этом не обидит.

Он будет вольно жить – без поводка

и без ошейника гулять в округе...

Он чутким нюхом будет знать, когда

мы ошибёмся как-нибудь друг в друге...

* * *

У реки-то жить хорошо –

всё с руки полив нагишом,

да с дымком ночного костра

ночку всю до дна опростать;

полоскать с мосточка бельё,

знай себе ловить окуньё,

на песке оставив следы,

просто так сидеть до звезды.

А когда лунища над ней,

все созвездья ближе, видней.

Рассудив – где прав, где не прав, –

стыд-слезу отправить в рукав...

С зорькой к вёслам – петь и грести!

Править к плёсу... твердь обрести.

Хорошо так жить, не устав!

...Жди не жди – придёт ледостав...

* * *

Белёсый свет на дюнах от луны.

Два светлячка – сиянье ярче шёлка –

как водится в июне, – влюблены.

И тщится шепелявая иголка

к прибою приторочить галуны.

Прилипли к телу джинсы и футболка,

планктон не в силах бездну превозмочь.

С ним чудится – морская кофемолка

и нас с тобой перемолоть не прочь!

И снова слева солнца тихий блеск.

Разбросаны прозрачные медузы.

День. Новый день из черноты воскрес,

тем укрепил наличие союза.

Подобно тени, долог интерес –

подробно изучать следы от шторма.

И каждый новый безмятежный всплеск

соединяет содержанье с формой.

В сплошном смешенье моря и песка

с вкрапленьем солнца в каждой из песчинок

смешно лишенье, призрачна тоска.

Волна к волне – их жажда беспричинна.

Завидна даже участь пятака –

для глаз твоих – в карманах щедрой смерти.

Да это всё потом!.. Ну а пока

ни сил ошибки править, ни усердья.

* * *

Я войду тихонько, двери

Отворив своим ключом.

Так приходят кошки-звери

На любимое плечо.

Так приходит самый нужный,

Жизнью в новый день дохнув.

Так приходит ветер южный,

Света луч расколыхнув.

Прокрадусь по половицам,

Не встревожу сонный луг.

Он в твоих плывёт ресницах,

Ускользает из-под рук.

В росных травах бродят кони,

Плавно головы клоня.

Облака текут – тихони –

Возле каждого коня.

Гривы косами сплетает

Низкий розовый туман.

На губах зари не тает

Белым сахаром луна.

С птичьим щебетом приластюсь,

Прилетел твой вольный стриж!

Чуешь – щекотно запястью –

Просыпайся, слышь-ш-ш-ш…

Не играя, не резвясь

Дмитрий МУРЗИН

* * *

Игорю Дронову

Разберите на запчасти

Молодого донкихота.

Человек рождён для счастья,

Словно рыба для полёта.

Сердце разорви на части,

На четыре части света:

Человек рождён для счастья,

Как ондатра для балета.

Ничего не в нашей власти,

Только выбор: либо-либо.

Человек рождён для счастья,

А ондатра – это рыба.

Нашей долей даже глыбы

Начинают тяготиться:

Человек рождён для рыбы,

А ондатра – это птица.

Всё, чему учили в школе,

Позабудьте, перекрасьте.

Человек рождён для боли,

А ондатра – это счастье.

* * *

Мы брали – ну и перебрали,

Затих наш умный разговор…

О чём играет на рояле

Непросыхающий тапёр?

Как у него выходит гладко,

Слащаво, всё да об одном…

Играет он о чём-то гадком,

О чём-то мерзком, неродном…

О чём-то гадком, чём-то мерзком,

Неторопливо, не спеша,

Так не по-русски, не по-детски,

Что аж кукожится душа.

Я морщусь, а сосед икает,

И нужно что-то предпринять…

Пока в тапёра не стреляют –

Он не научится играть.

* * *

Какое сильное звено,

Но – выпавшее из цепочки...

Уменье свыше нам дано –

Как пропадать поодиночке.

По одному нас ловит стая:

Под дых – ага, по морде – хрясь,

Как бы резвяся и играя,

Но не играя, не резвясь.

Новое кино