Чтение онлайн

Франц придерживался совершенно иного мнения. «Мы должны более широким фронтом выступить против наступления MagyaroImpex. Цены мы сбить не можем – они все равно могут производить дешевле. Но ведь еще в расчет принимаются качество и оригинальность. Мы должны переделать наши продукты, придать им новый вид, частично перенять тренды, которые задает MagyaroImpex, однако побеждать конкурентов надо качеством. Конечно, поначалу это потребует больших инвестиций, но я уверен, что таким образом у нас все получится».

Обсуждение приняло довольно драматические формы. Еву упрекали в том, что она просто боится предпринять какие-то по-настоящему решительные шаги («типичная женщина!»), на что Ева возражала, что Франц со своей агрессивной политикой просто хочет продемонстрировать свою мужественность («мачо!»). Они краснели, ломали карандаши и со злыми лицами смотрели друг на друга. Но, поскольку нужно было принять какое-то решение, они в конце концов пришли к пакету мер, который, конечно, оказался всего лишь сомнительным компромиссом между двумя предложенными альтернативами. Они решили изменить вид некоторых продуктов, а несколько видов продукции изъять из продажи. Цены на некоторые товары снизили, на некоторые повысили. Была также разработана невыразительная рекламная кампания, на которую, конечно, потребовалось много денег. В целом все вышло довольно бестолково.

Развитие событий в последующие месяцы показало несостоятельность этих мер. SchokoFin заметно просел на рынке. Оборот снизился почти во всех областях, и приблизительный подсчет показал, что при дальнейшем применении избранной стратегии SchokoFin через несколько месяцев обанкротится. Это отрезвило задир. Они собрались вместе и как следует проверили цифры сбыта в SchokoFin и в других фирмах. Они установили сильные и слабые стороны собственной продукции и товаров фирм-конкурентов и на этот раз пришли к продуманной компромиссной стратегии. Они приняли решение убрать из продажи еще один товар, вернуть в продажу другой, интенсивно и масштабно прорекламировать несколько определенных товаров, по которым маркетинговые исследования установили спрос со стороны целевых групп покупателей.

Эта стратегия сразу же сработала. Дела пошли лучше – ненамного, но кризис, казалось, был предотвращен. Еще немного, и Ева, Франц и Йоханнес бросились бы друг другу на шею. «Теперь нам надо и дальше действовать сообща!» Все они до сих пор ощущали последствия первоначальной ссоры. С этого момента было объявлено об единодушии. Все-таки ссора и последующий компромисс показали, что каждый в чем-то был прав со своим проектом. «Теперь нам остается лишь идти по раз выбранному пути». Это была почти клятва на Рютли[87]: «Да будем мы народом граждан-братьев, / В грозе, в беде единым, нераздельным»[88].

Что же было дальше? Дела шли не очень хорошо, но и не совсем плохо. Выбранная стратегия была слишком сильно ориентирована на местные условия и поэтому оказалась успешной лишь на время, а не в долгосрочной перспективе. Изменение условий, пожеланий покупателей, маркетинговой политики других фирм привело к тому, что эта стратегия быстро устарела. Но все-таки она не привела прямиком к катастрофе: SchokoFin долго штормило – и он очень медленно затонул. Время от времени он все же немного поднимался на поверхность. На рисунке 57 показано развитие капитала фирмы у группы «Музыкальная комната» и трех других групп.

Рис. 57. Судьба капитала фирмы SchokoFin у четырех разных команд, включая команду «Музыкальная комната»

Плохо было то, что фирма не двигалась только вниз. Случались небольшие позитивные тренды, которые группа принимала к сведению прежде всего и старалась укрепить, следуя правильной стратегии. (Здесь следует учитывать, что группа могла считывать с экрана лишь непосредственные результаты, но не имела изображения процесса, как то, что показано на рисунке 57. Однако испытуемые сами могли свободно рисовать подобные графики. Многие группы так и делали, но не «Музыкальная комната»!) Если сообщалось о неудаче, стратегию немного корректировали, но основная идея оставалась неизменной. Примерно через 5 часов игра закончилась. Ева, Франц и Йоханнес считали, что сделали максимум возможного при заданных обстоятельствах. Добиться большего было просто невозможно, тем не менее банкротство фирмы было предотвращено, рабочие места сохранены; они отлично продержались на фоне сильной конкуренции. Это было трудно, но вместе они все преодолели!

С большим удивлением были восприняты результаты трех других групп, которые добились гораздо больших успехов, чем команда «Музыкальная комната». Мы видим это на рисунке 57. Группа «Музыкальная комната» почему-то никак не хотела в это поверить; однако точный анализ хода игры показал, что все верно – Ева, Йоханнес и Франц показали худший результат. (Мы видим также, что они потратили наибольшее количество времени. За то же самое время другие группы прошли 24 месяца, а эта команда всего 14.)

Изначальный спор, который вылился в личностный конфликт, настолько напугал группу, что после него они на первое место ставили солидарность и отказывались от дискуссий об уместности выбранных стратегий. Однако постоянные критические обсуждения необходимы для того, чтобы все время приспосабливаться к меняющимся условиям рынка. У других групп подобные обсуждения происходили.

Рис. 58. Условия «группового мышления». Немаркированные стрелки означают «это ведет к». Стрелки со знаком «+» или «—» означают увеличение или сокращение. Блоки «Успех» и «Неудача» отмечают условия для того или иного результата

Какая же логика следует из этих событий? Она показана на рисунке 58: все начинается – естественно! – с неудачи. Скандал вплоть до личных оскорблений, плохо разработанная стратегия поведения, которая ведет к существенным финансовым потерям. Это вселяет неуверенность, особенно потому – и это естественно, – что человек не может быть уверен в поддержке группы. Человек должен провести восемь часов игры с людьми, которые не нравятся друг другу и которые едва ли захотят связывать себя какой-то общей стратегией поведения. Чем тут можно помочь? Если люди хотят дальше работать вместе, они должны как-то поладить. Нам нужны разумная стратегия и такая обстановка в группе, которая строится на взаимном доверии и внимании. И дело доходит до клятвы на Рютли! Люди заручаются взаимной солидарностью.

С солидарностью дело обстоит так: солидарность означает, что люди придерживаются общих норм, а сплоченность группы основана на принятии общих норм. Однако, когда люди принимают определенные нормы и больше ничего в них не меняют, возникает некоторая негибкость. Люди соглашаются с тем, что единожды избранная стратегия ведет к норме именно таким путем. Для соратников, давших в 1291 году клятву на Рютли, это не было проблемой. Стратегией, вокруг которой должны были объединиться люди, был способ выбить из седла австрийских рыцарей. Лучше всего это получалось при помощи алебард и длинных копий, и первое время в этом методе ничего не менялось. В случае с SchokoFin дело обстояло иначе. «Длинные копья» помогают лишь один раз, после этого нужны широкие мечи, а потом пушки. То есть каждая ситуация требует соответствующих методов; в случае с SchokoFin меняются обстоятельства, а с ними меняются методы.

В довершение всех бед второй пакет мер, о котором договорились участники группы «Музыкальная комната», поначалу был еще и умеренно успешным. Подобные вещи закрепляют принятую стратегию, ведь нужные методы найдены. Успех, достигнутый на определенном отрезке времени, вместе с необходимостью групповой солидарности, чтобы снова не впасть в ужасное состояние первоначальных ссор, приводит к «стратегической негибкости». Возникает то, что Ирвинг Джейнис[89] назвал «групповым мышлением» (англ. Groupthink). Это мышление происходит в размеченных рамках. В случае неудачи подтягиваются какие-то винтики, внутренние параметры заново калибруются, однако в целом соблюдается однажды избранная стратегия. А если эта стратегия плоха, но не слишком плоха, из-за чего она не сразу вызывает полное крушение, а ведет к гибели постепенно, у людей снова и снова появляется надежда добиться взлета путем дальнейших модификаций этой стратегии. А неудачи, если они не слишком серьезны, можно вообще не принимать в расчет. Тот, кто отмечает лишь периодические успехи, получает вполне хорошую картину ситуации и вновь и вновь убеждается, что выбрал верную стратегию. Именно так и случилось с группой «Музыкальная комната».

Должны ли события развиваться именно так, как показано на рисунке 58? Является ли «групповое мышление» законом природы? Конечно же нет! Люди в состоянии формировать собственное мышление, осмыслять и понимать условия, которые придают этому мышлению определенное направление. Группа «Музыкальная комната» могла изменить свой образ действий. Однако сделать это непросто, так как группа развивается в обстоятельствах сильной «инерционной тенденции» и продолжает следовать в изначально выбранном направлении. Эта инерционная тенденция тем сильнее, чем больше выгода, принесенная однажды достигнутым единством. А эта выгода (мир внутри группы) была очень значима для «Музыкальной комнаты». Однако существуют и другие факторы, которые могут закрепить стратегию: роль играют и осуществленные инвестиции. К примеру, достаточно легко изменить рекламную стратегию, если в нее вложено мало денег; однако если инвестиции в рекламу были большими, то предложение изменить рекламную стратегию приравнивается к признанию того, что потраченные деньги «ушли в песок» – а такие вещи люди признают неохотно.