Чтение онлайн

— Неужто это очередной «правильный путь для хорошего человека»? Или просто для того, у кого чистое сердце?

В толще морских вод мелькали странные тени, то принимающие вид исполинских змеев с рыбьими гребнями, то очертания людских фигур, чьи глаза отливали тёмно-бирюзовым светом, словно павлиньи перья. Стараясь не засматриваться на все эти диковинки, Сэль побежал к острову из каменных обломков.

Принц уже не представлял, может ли быть сердце чистым при нечистых помыслах. Наверное, только тогда, когда чистое равносильно пустому, как бумажная страница, нетронутая пером. Никто ещё пока не вписал в неё ни благословенных строк, ни омерзительных проклятий, поэтому она ничего не значит, и может стоить больше, чем заполненная, или вообще не стоить ничего. Однако, ведь его сердце — не таково, оно давным-давно многое в себя впитало.

Подводные магические соглядатаи наблюдали за бегущим принцем, не проявляя особого участия. Во всяком случае, они пощадили Сэля и помогли ему добраться до горы из разбитых блоков восточного крыла Янтарного дворца.

Преисполненный рвения принц в мановение ока взлетел наверх, то перепрыгивая через очередной осколок, то подлезая под полуразрушенную арку, ведь ещё издали заметил спину своего друга — Эймана Эра Данаарна, чудовищного бессмертного мага и демона-оборотня, но и верного сподвижника Его Высочества по совместительству. Может, даже генерала или верховного советника? В будущем?

Оказавшись на вершине, возле самой кромки водоворота и на точке пересечения ветров, Сэль Витар, наконец, достоверно увидел цельную картину, и лицо его разбил первобытный ужас.

— Эр! — крикнул он во весь голос, заступая на длинный луч обелиска, что выпирал из кучи мусора и располагался почти параллельно горизонту.

— Высочество! — с облегчением ответил маг, оглядываясь на приятеля через плечо.

— Что ты творишь? Это… это же Ирмингаут! Отпусти её! Ты, что, спятил?!

— Да, конечно. Разве мог я навредить твоей неблаговерной возлюбленной?

Данаарн медленно разжал пальцы, один за другим, и вскоре Ирмингаут очутилась в свободном падении. Однако, вместо того чтобы разбиться о камни или утонуть в море, эльфийка плавно опустилась на плоский выступ — её подхватили невидимые магические вихри, насланные Эйманом, и заботливо водрузили в безопасное укрытие.

Сэль всё ещё грозно хмурился и свирепо искрил глазами, явно раздосадованный выходками Эймана, поэтому маг решил сменить тему и тихо проговорил:

— У тебя новая причёска?

Мужчина спокойно протянул руку, приглашая принца прильнуть к себе. Данаарн думал, что вот сейчас заключит юношу в крепкие объятья, недолгая разлука завершится радостным воссоединением, и все тревоги и печали тут же улетучатся. Сэль, немного потоптавшись на месте, направился к Эру.

— Как видишь. Мне идёт?

Демон-оборотень положил кисть на шею принца и слегка потрепал его, раскачивая туда-сюда.

— Надо будет с боков подровнять, а то вышло немного топорно. Однако, в целом — ничего. Мне даже нравится. Отныне мне полагается обращаться к тебе: «Ваше Величество»?

— Оставим это на будущее.

— Как мои слуги? Они тебе помогали, или, напротив, только докучали? — хмыкнул бессмертный.

Наследник искоса посмотрел на собственный меч, который вдруг превратился и в тюрьму, и в уютное пристанище для обрывков душ, что раньше были привязаны к Эру, нахмурился, и затем проворчал:

— Это запутанная история.

Принц ощутил, как к глазам подступают слёзы.

— Прости меня, — прошептал Сэль, съёживаясь на плече мага.

Он приложил колоссальные труды, дабы не расплакаться, однако даже в узких щёлках, что остались от его зажмуренных глаз, заблестели слёзы.

— За что ты извиняешься? — непонимающе вопросил Эр, похлопывая принца по спине.

— Я заполучил корону, я сам исполнил своё заветное желание. Следовательно, у меня для тебя новая задача — прекратить это безумие.

Эр немного отпрянул от собеседника. Он окинул взором Сэля, и наконец сподобился заметить корону на его челе, ровно, как и отцовский меч в ножнах на поясе. А ещё внутренним взглядом прозорливца Эр уловил те перемены, что случились в принце. Сэль Витар не только расправил плечи, разжился мужеством и повзрослел, но и открыл свой глиц, а это значит, что отныне он тоже — великий и непревзойдённый маг. Данаарн удовлетворённо хмыкнул. Возможно, так даже лучше, ведь и он раздобыл предмет своих мечтаний — потайной карман его богатого, но изодранного в лохмотья кафтана нагревал арашвир, проклятый сокровенный камень.

— Прошу, Эр, одумайся и откажись от своих бредовых идей по уничтожению человечества! — отчаянно взмолился Сэль. — Забудь эту дурную затею, словно скверный сон накануне рассвета! Отступись от прежнего плана и останься со мной, здесь, в столице… мы можем… ты поможешь мне в управлении королевством, станешь моим советником.

— Или генералом? — усмехнулся древний.

— Да! Или генералом! Мне так пригодится твой опыт и твоя мудрость! И мы всегда… всегда найдём время для бесед.

— Ты же знаешь, Высочество, что это невозможно. Оценил ли бы ты столь высоко мою компанию, если бы я отрекался от убеждений с подобной лёгкостью?

— Но я ценю… я ценю твою дружбу… — губы наследника принялись дрожать, и по его щекам, наконец, заструились горячие слёзы.

— Лучше отойди, и не мешай мне вершить задуманное. Поговорим позже, когда я изгоню нечисть с этих земель. Я расчищу их для тебя, а после ты возделаешь поля по своему усмотрению, ведь ты здесь — безраздельный правитель.

Данаарн отодвинулся ещё дальше от принца. Вспышка гнева перестала влиять на его разум, ярость больше не затмевала реальную картину, и маг хотел приступить к загаданному: ведь всегда лучше браться за дело со свежей и холодной головой. Расчётливость, трезвомыслие и беспринципность — вот три вехи, которые необходимо отмерить перед тем, как рубеж полного успеха будет пересечён. Правда, с беспринципностью у всех лунгов издревле имелись серьёзные проблемы, даже у тех, кто превратился в демонов-оборотней, так что с этим положением, вероятно, возникнут трудности, но это — в будущем. Эр планировал устранять одно бедствие за раз, а это значит, что сейчас можно оставить долгие рассуждения и просто воплощать давнишнюю затею.

Бессмертный шагнул вперёд по обелиску, явно целясь в сторону столицы. Воздух до сих пор наполнялся искрами зиртана, что, безусловно было дополнительным бонусом, ведь либбо помогало преодолеть грань между миром материального и миром эфемерного. Оно способствовало претворению задуманного в явь, а это — именно то, чем занимались маги в Ассалготе. Данаарн расправил руки и приподнял их вверх, желая приказать вскипевшим водам вновь обрушиться на Исар-Динны и стереть город с лица земли, но у Сэля Витара мигом возникли резкие возражения:

— Нет, остановись! Иначе…

— Иначе, что? — надменно хмыкнул Эйман.

Он растянул бледные губы в улыбке, совершил ещё один шаг по обелиску и уже собирался перевоплотиться в бестелесный пар, как всё-таки надумал бросить прощальный взгляд на принца. Тот стоял позади с обнажённым мечом в руках, остриё которого направлял себе в горло. У Данаарна от подобного зрелища мороз пробежался по коже, и демон-оборотень тут же замер в неподвижности.

— Иначе мне придётся нарушить договор! — прокричал Сэль, чуть-чуть надавливая легендарным оружием себе на шею.