Чтение онлайн

Беркана поёжилась от воспоминаний. Когда-то она мечтала о дворце, но не теперь, когда видела того, кто в этом дворце жил: вышколенное совершенство, которому осталось не так и долго. Она завидовала его умениям и боялась их. Хагалар на все её попытки поговорить только шипел что-то насчет того, что сотни сменяющих друг друга наставников никогда не научат ребенка тому, чему может научить всего лишь десяток настоящих мастеров. Беркана не спорила, хотя и не могла понять: чему еще можно было учить Локи, он и так само совершенство.

В последнее время исследования Каскета почти сошли на нет. Раиду, Ивар и Лагур готовились к какому-то решающему шагу и ни с кем не делились деталями своего плана. В свободное же время братья предпочитали проводить в играх с несколькими неполными колодами карт. Играть с царевичем в карточные игры было не менее интересно, чем во все прочие.

Начало очередной партии объявила семерка. Ивар, не долго думая, положил вторую, Раиду третью, Беркана добавила четвертую. Ход перешел к Локи. С него бы сталось положить пятую, но вместо этого он всё покрыл и выкинул. Семерки были самыми страшными картами — в огромной колоде их было больше всего, поэтому обычно они ходили по рукам до самого конца. Фелаг использовал более чем две сотни карт, но даже в таком несметном количестве Локи прекрасно ориентировался. Ученые играли ради забавы и не думали ни о чём, а Локи просчитывал каждый ход. Правда, против пяти восьмерок он ничего не смог сделать. Прошли еще полный круг, если не два. Беркана внимательно следила за лицами своих соперников, пытаясь по ним прочитать, кто что задумал. Она знала, что Раиду не будет заваливать Локи, но не более того. Царевич положил очередную семерку. Ивар ответил восьмеркой.

— Зачем? — недоуменно спросил Локи. — Тебе не стоит мне поддаваться. — Он выбросил на стол еще пять.

— Я не знал, что они у тебя есть. — Ивар забрал карты. — Моя память не столь совершенна.

— Почти все наши карты уже побывали на столе, — хмыкнул Локи.

— И ты можешь их все определить и назвать? — поинтересовалась Беркана.

Локи протянул руку и, указывая на каждую карту, повернутую к нему рубашкой, безошибочно определил и масть, и достоинство.

— Рассудка можно лишиться! — воскликнул Раиду, забирая сразу двух царей одинаковой масти.

— Раньше приходилось запоминать и не такое, — пожал плечами Локи, Раиду, тем временем, попытался завалить Беркану десятками. Пришлось пожертвовать тремя всесильными царями, чтобы отбиться и атаковать Локи девяткой, которая, правда, по мановению рук Локи и Ивара растроилась и оказалась у Раиду.

— А мои карты сможешь назвать? — сидящий неподалеку Хагалар поднял руку с зажатыми в ней тремя картами с одинаковой обложкой.

— Три царевича? — спросил Локи небрежно.

— Ты слишком хорошего о себе мнения, — произнес Хагалар, кидая на стол трёх разномастных асов. Они вспыхнули ярким пламенем, оставив за собой кучки пепла.

— Зачем портишь… — начала было Беркана, но вовремя прикусила язык: наверняка карты были иллюзорными.

— И все же мне очень приятно, что смертные назвали старшую карту в честь своих богов, — заметил Ивар, выводя из игры третьего всесильного аса. Если Беркане не изменяла память, в колоде остался только один.

— Это особенно странно, учитывая, что не мы научили их этой игре, а они нас. — Дочь Одина мстительно положила пятерых асов. Она была уверена, что у Локи есть шестой и даже предполагала, что всесильный, но царевич преспокойно взял карты. В следующий свой ход она воспользовалась шестью царевичами, но Локи мгновенно покрыл их шестью царицами — откуда они у него появились, оставалось загадкой.

— Всесильных асов больше нет, — объявил Раиду, судорожно отбиваясь от атакующего восьмерками и шестерками брата. Локи задумчиво перебирал коллекцию из двенадцати старших карт — Беркана радовалась только тому, что не ей от них отбиваться.

— Локи, ты в последнее время не бываешь дома, — заметила она, стараясь завалить царевича тремя царицами из пяти. Тот не стал тратить свою коллекцию асов и забрал в руку.

— Позовут — поеду, — Локи говорил таким спокойным тоном, будто его семья не причиняла ему постоянные страдания. Беркана могла только удивляться его хладнокровию и выдержке. Ей казалось, что Хагалара судьба Локи волновала гораздо больше самого Локи. Задумавшись над этим, девушка не заметила, как в ее руке собралось шесть асов. А ведь царевич еще не тратил ни одного из своей обширной коллекции.

— Расскажи о дворце. С чем он сходен обличием? — попросил Раиду, допуская страшную ошибку: отбивая никчемную девятку единственным асом. Соперники тут же подбросили своих. У Дочери Одина глаза полезли на лоб: она не могла понять, сколько старших карт ходит по кругу.

— Ты никогда его не видел? — удивился Локи, подбрасывая Беркане очередных асов: у нее уже скопилось не менее пятнадцати.

— Никогда, — подтвердил Раиду. — Только сказки слышал.

— Поделись.

Девушка сокрушенно наблюдала, как каждый из ее соперников кладет перед ней двух царевичей. Всего шесть. Наконец, асы пригодились!

— О Тени, — пробормотал Раиду, добирая карты, — асе, созданном из тени самого царя для борьбы с мерзостными тварями.

— Слышал, но не видел. — Локи с неудовольствием смотрел на шесть асов масти листок, которые он никак не мог отбить. — Вряд ли она до сих пор жива.

— Мерзостные твари, — усмехнулся Хагалар. — В каком мире, дорогие мои дети, вы мерзостных тварей видели?

— Легенды повествуют о самых разных чудовищах девяти миров, убитых личным слугой Одина, — возразил Ивар. Хагалар лишь усмехнулся.

— Легенды — суть величайшая ложь, разве ты не знал? — Он сделал шаг назад, уходя в тень, отчего под глубоко посаженными глазами образовались, казалось, пропасти, пугающие и завораживающие одновременно. Беркана опасливо поёжилась: видела она уже нечто подобное у постели умирающей царицы. Но это было так давно.

— А пророчество? — перебил Раиду, добавляя к двум листовым царям Ивара еще одного с сердечком. И это именно сейчас, когда Беркана отдала всех асов Локи! Ведь специально же он это делает, мстит за свое божество.

— Какое пророчество? — переспросил Локи, отбивая уже шестерых царей — все же в этот раз расчет Раиду не оправдался!

— Которое гласит, что все дети Одина погибнут до совершеннолетия Тора, — Ивар долго думал, что ему делать с царем бубенчиков, но таки решил отдать его Беркане, — и тогда он обретет невиданное могущество.

— Мой брат давно совершеннолетний, а я еще жив, верно? — усмехнулся Локи. Игра подходила к концу, соперники допускали одну ошибку за другой: отбивались асами, хотя и знали, что у царевича их шесть.

— Ты — брат наследника, тебя защищают, в отличие от остальных, — заметил Ивар, забирая последние карты.

Беркана осмотрелась. У нее карт раза в три больше, чем у остальных, а Локи с шестью готовится праздновать победу.

— Я не позволю тебе! — задорно воскликнула она, выкладывая за раз шестерых царей: троих с листками и троих с сердечками. У Локи не было выбора, кроме как забрать. Ивар положил восьмерки — Раиду пришлось увеличить свою коллекцию карт. Беркана же готовилась к триумфу — шесть асов! Локи взял снова. Ивар из трех своих карт положил на стол две — и обе были асами. Раиду забрал. Беркана мельком взглянула на свои семь карт и пошла тремя царями бубенчиков. Это был неверный ход, ибо именно царь и был у Ивара — таким образом он выиграл. Раиду положил двух асов — Беркане пришлось взять. К концу игры она приноровилась хоть что-то запоминать. По ее расчетам, у Локи было шесть асов, три царицы и десять царей. Именно последними он и пошел. Раиду забрал и это. Беркана глубоко вздохнула и выложила две восьмерки листочков. Благодаря серии переводов карты вернулись-таки к ней, но в таком составе, который она могла с легкостью отбить и выйти из игры. Локи с Раиду остались вдвоем. Дальнейшая игра была слабо интересна: все понимали, что ученый не посмеет выиграть у божества, поэтому, когда он ожидаемо проиграл, никто не мог сказать, честно ли.