Чтение онлайн

Если речь действительно шла о существах из четвертого измерения, то они могли внешне не отличаться от тех же асов. Явись они в Иггдрасиль, все увидят только трехмерную проекцию, возможно, похожую на человекоподобное существо, которое господствовало как в Иггдрасиле, так и в Бездне.

А вдруг царевна переступила через третье измерение в четвертое? А вдруг утащила с собой Локи? Подняла над третьим измерением, подобно тому, как плоскую фигуру можно поднять в несуществующий для нее верх и позволить обозреть крохотную двухмерную вселенную?

Вождь терялся в догадках. Безобидные с виду царевны оказались достойными дочерьми своего подлого отца. Они довели ритуал до конца, теперь Локи себе не принадлежал. Может ли четырехмерное существо вселиться в трехмерное? Для ответа на сей вопрос познаний Хагалара в математике не хватало. Зато его сил хватало на то, чтобы убить царевну: не жрицу, а простую полукровку, что сидела сейчас подле Локи. Потом стоило отправиться в Етунхейм, добить раненых ученых и вторую царевну… Только вот кто сказал, что сестры Локи ни о чем не говорили другим етунам? Почему мастер магии считал, что они безобидны? Потому что они годами общались с Иваром и не выказывали дурных намерений? Зато теперь выказали сполна.

Хагалар прекратил сканировать Ивара: он даже не мог понять, является ли магией тот сумбур, который он ощущает. Возможно, горе-ученому уготована роль двойника, еще одного посланца темных богов, призванного уничтожить Асгард и отомстить за разрушение Етунхейма на случай, если с Локи ничего не выйдет. Убить Ивара? Кто знает, куда денется сущность, в него вселенная?!

На полу подле Хагалара лежали две большие картины. Семья Лафея в полном составе. Царица выглядела так же, как в их последнюю встречу. Это была старая, умудренная годами асинья, которой вовсе не по возрасту было рожать шестого ребенка.

Старшая Царевна молча сидела рядом с Локи и водила руками над ним. Царевич походил на старших братьев. Маг видел их в обличие асов только однажды и то мельком, царевна же знала их с детства, и, конечно, ей приятно встретить знакомые черты. С другой стороны, умри Локи тысячу лет назад, ее семья была бы жива. Или нет. Хагалар помнил, что сыновья Лафея пали до ритуала, как и царица. Но Етунхейм мог победить, и етуны диктовали бы условия Иггдрасилю, а вовсе не асы, царица была бы похоронена рядом со своими сыновьями, а не на асгардском кладбище.

Хагалар старался равномерно дышать, чтобы привести мысли в порядок, настроиться на благодушный лад и втереться в доверие к божественной гостье. Усыпить Ивара — вопрос минуты, в крайнем случае, двух. Но что делать дальше? Царевна не стремилась завести разговор, Локи лежал в беспамятстве, Ивар спал. У Хагалара был только один козырь в рукаве: царевна его не узнала, а значит, считала обычным боевым магом, чуть более сильным, чем прочие, умудренным годами и шрамами. Видела она и какую-то его связь с Локи, только вот какую? Хагалар проклинал приемыша за то, что тот заговорил с царевной на языке асов, не передающем и сотой доли оттенков ётунхеймского языка. Стремясь выразить свои мысли правильно, етуны, особенно женщины, прибегали к безумным метафорам, из-за которых речь вовсе теряла смысл. Если бы царевич проявил малейшее уважение к гостье и заговорил на ее языке, Хагалар понял бы гораздо больше из недавнего разговора. Впрочем, никто не мешает попробовать перейти на язык етунов сейчас и узнать подробности произошедшего.

— Когда же очнется наш новый государь, прекрасная царевна? — осторожно начал Хагалар на запредельно вежливом наречии. Он с трудом вспоминал порядок слов и все положенные частицы, но дело того стоило.

— Когда станет истинным служителем темных богов, — ответила царевна, не поднимая глаз. Хагалар возликовал: она сказала «служитель богов», не «бог» — для ётунов это огромная разница. По крайней мере, богом она Локи не сделала.

— Разве может служить темным богам тот, кто не проходил болезненных ритуалов с вырезанием символов и рисованием татуировок?

— Лаугиэ они ни к чему.

— Ах, вот как.

Хагалар замолчал. Царевна не стремилась поддержать разговор, все её внимание было сосредоточено на лице Локи. Наверняка она ждала, когда же старый ас уберется восвояси и оставит ее наедине с братом. Вождь хотел расспросить о недавнем ритуале, мол, он наставник царевича и должен донести до Одина случившееся, но вовремя прикусил язык. Царевна убьет опасного свидетеля, связанного с Всеотцом. Кто знает, какими силами она обладает на самом деле. Если она — тайный посланник Етунхейма, если всё произошедшее — не случайность, а давно запланированная военная акция… Однако проход между мирами закрыт, царевна одна в недружелюбном мире асов. Хагалар скосил глаза на Ивара, а точнее на цепочку с осколком Тессеракта на его шее. Если царевна доберется до нее… Вождь смерил расстояние. Нет, одним резким движением она цепочку не схватит, а несколько движений он успеет отследить. Впрочем, кто знает, на что она способна и не сидят ли вокруг какие-нибудь темные духи, которых он не чувствует, но которые только и ждут подходящего для атаки момента?

— Могу ли я подойти к Локи, прекрасная царевна? — спросил Хагалар, откладывая подальше бесчувственного Ивара.

— Конечно, ты можешь оказать себе такую честь, — безучастно ответила жрица.

Маг медленно встал, сделал несколько шагов, примериваясь. Вот лежит Локи, вот царевна стоит на коленях перед ним. Полностью обнаженная — это упрощает задачу. И роста она на коленях как раз со взрослого аса.

Хагалар остановился, сделал вид, что ему тяжело преклониться. Царевна только мазнула по нему взглядом и снова углубилась в созерцание Локи, так что не успела ни заслониться, ни уклониться от мощного удара в солнечное сплетение. Она даже вскрикнуть не успела: подавилась воздухом и свалилась на Локи. Хагалар в мгновение ока порвал цепочку с осколком Тессеракта, схватил за руку бесчувственную гостью и перенесся в женские покои Етунхейма. Ему повезло, что он еще помнил их примерное расположение настолько хорошо, что не материализовался в какую-нибудь стену.

Они оказались в одной из многочисленных пустых комнат, устланных шкурами. Тело царевны приобрело свой естественный синий цвет, доказывающий, что кровь етуна гораздо сильнее крови аса. Хагалар убедился, что вокруг никого нет, после чего перенесся обратно. Все произошедшее заняло от силы полминуты, но Вождь чувствовал, как норадреналин, или как там называлась та мерзость, которую изучали естественники, разлился по всем членам в прошлом сильного тела. Правая рука чуть побаливала от удара: безумием было идти врукопашную против великанши.

Гром не грянул среди ясного неба. Духи, если и присутствовали в доме царевича, никак не среагировали на нападение. Пронесло.

Немного расслабившись, Хагалар приступил к детальному осмотру тела Локи. Он начал именно с тела, потому что, вопреки словам ётунхеймской жрицы, был уверен, что отметины богов должны проявляться телесно. Раздеть царевича было не так просто, учитывая многослойную одежду. Впрочем, здесь пригодились рабы, которые настолько привыкли к странностям хозяина, что не стали задавать неуместных вопросов и даже не поинтересовались, куда делась огромная госпожа. Хагалар внимательно осмотрел физическое тело, но не нашел никаких признаков чего-то зловещего.

Взял руку Локи — привычный голубой свет резанул такой яркой вспышкой, что пришлось зажмуриться, чтобы не ослепнуть. Потревоженная магия из своих сосудов проникла в кровеносные, смешалась с кровью и лимфой. Этой магии было так много, что Хагалар даже попробовал часть забрать, но лучше не стало — магия вырабатывалась слишком быстро. И именно она была причиной забытья царевича. Организм не справлялся с бешеными потоками энергии. По крайней мере, это Хагалар увидел на поверхности, а углубиться никак не мог — плотные слои магии не пропускали внутрь, сознание вязло на подступах. До истинной сути докопаться было невозможно, а физическому телу становилось всё хуже от переизбытка магии.