Чтение онлайн

— Что происходит? — спросил он обычным голосом, который Хагалар рад был слышать, как никогда прежде.

— Предполагаю, что ты стал жрецом темных богов и теперь раскладываешь все неживое на атомы. А, может быть, это лишь побочный эффект чего-то более страшного, — Алгир наиграно равнодушно обвел рукой постоянно меняющуюся комнату.

— Это я сделал? — Локи с удивлением посмотрел на свои руки, заметил глубокий порез и текущую из него жидкость, вовсе не похожую на кровь.

— Ты, ты, — кивнул Алгир. — Но ты наверняка не знаешь, как это остановить.

— Предполагаю, что это колдовство примерно такое же, как и мое, — пробормотал царевич, с трудом вставая.

— Это вообще не колдовство, — осмелился вставить слово Хагалар. Алгир злобно зыркнул на него, но поздно: царевич заметил мага, стоящего у стены.

— Я так и знал, что без тебя тут не обошлось, — благодушно усмехнулся Локи, и было в этой усмешке что-то зловещее. — Что ж, посмотрим.

Он медленно направился прямиком к Хагалару. Вождь напряг все силы, чтобы удержать щит. Он был уверен, что сейчас энергетическое поле, созданное Локи, двинется за ним и поглотит магическую защиту. Но вышло иначе. Стоило царевичу коснуться невидимой границы, как сияние исчезло, барьер рухнул, оставив после себя комнату в первозданном виде. Лишь щит Хагалара сиротливо окружал троих асов.

— Иллюзия, — хмыкнул Локи. — Почему-то я в этом не сомневался.

Хагалар поспешил снять щит. Кого он видел перед собой? Что за монстр живет теперь в теле Локи? Оставалось только гадать.

— Наверное, ты мне в чем-то помог? — спросил царевич. — Наверное, я должен сказать тебе «спасибо». Как и тебе, — он повернулся к Алгиру.

— Рано благодаришь. Возможно, тебе понадобится длительное лечение, чтобы усмирить внутреннего зверя, — сказал Алгир, собирая разлетевшиеся по углам склянки. Хагалар неопределенно кивнул: когда-то давно Алгир говорил ему то же самое. Когда зверь бушевал в его теле и требовал чужой крови. Монстра усмиряли долгие годы. Монстра, порожденного бесконечной войной. Монстра, не способного приспособиться к законам мирной жизни.

— Что ж, тогда составь курс лечения, — Локи потянулся за одеждой. Он словно только сейчас заметил, что обнажен. — А что с Иваром?

— Думаю, он сам тебе расскажет, когда придет в себя, — поспешил успокоить Хагалар. — Он просто спит.

«И будет лучше, если его сон будет вечным», — подумал он про себя, но вслух ничего не сказал.

— Мне нужно зайти в дом исцеления и собрать то, что может тебе понадобиться в ближайшее время, — предупредил Алгир. — Я не знаю, что именно с тобой творится, Локи, но подавить и купировать могу, ведь в основе лежит выработка гормонов и прочего. Надо понять, чего у тебя в избытке и недостатке.

— Займемся этим завтра, когда я немного приду в себя, — попросил царевич. — Хотя и неизвестно, что случится, пока я буду спать, — он задумчиво осмотрел комнату. — Я ужасно устал, так что с исследованиями точно придется повременить. Хагалар, я хочу, чтобы ты охранял мой покой. И чтобы другие сильные маги были рядом, но не в одной со мной комнате. Ивар пусть спит рядом. Целители тоже необходимы. Я не знаю, чего от себя ожидать.

Хагалар подумал, что ослышался: таких разумных предложений он никогда не слышал от Локи. Неужто в кое-то веки детеныш проникся серьезностью положения?

Алгир ушел, пообещав, что приведет всех, кого нужно. Хагалар ожидал, что сейчас царевич сменит деловой тон на привычный, в последнее время, подобострастный, но нет. Локи велел рабам принести воды для промывания царапины и сел за стол к огромной искусно украшенной ламинарией туше, предназначавшейся иноземной гостье.

— Расскажи, что случилось? Что ты видел? — попросил он, отрезая кусочек пожирнее. В другое время Хагалар присоединился бы к трапезе, но сейчас опасался стоять или сидеть слишком близко к Локи. Он изложил свою версию событий, упомянув только то, что видел лично, скрыв все свои догадки и предположения. Попросил рассказать в ответ, что произошло в комнате. История оказалась на редкость короткой: царевна заговорила о войне, о том, что Локи знает только ложь, а она может рассказать правду, принесла семейные портреты, помянула мать, а когда Локи потребовал подробностей, то началось что-то странное, про что он ничего не помнит.

Хагалар примерно так себе и представлял произошедшее и радовался, что царевна не успела ничего поведать о былой войне. Никто не знал, какую версию событий войны рассказывали в детстве Локи, но истины в ней точно не было ни на грош. Он поспешил поднять портреты с пола и спрятать. Локи согласился, что они принесут много бед, если попадут не в те руки.

— Ты что-нибудь чувствуешь? Какие-нибудь изменения, связь с богами, с духами, чужое влияние?

— Жар-ко, — проговорил Локи по слогам после недолгого молчания. — Всё тело горит как при воспалении легких. Наверное, это должно быть мучительно, но я столько раз болел, что мне привычно. Еще чувствую, что магия не слушается, но сейчас я не хочу брать ее под контроль, — он говорил отрывисто, глотая и жуя одновременно. — Я попался как мальчишка!

— Я тоже, — эхом откликнулся Хагалар. — Я должен был оберегать тебя, а не смог ничего сделать против самой большой беды.

— Садись, поешь, — Локи встал и отошел к дальней стене. Он явно предпочитал не подходить близко к сильному боевому магу. Хагалар занял место у очага, но дичь не лезла в глотку.

— Принесите карандаши и бумагу, — приказал Локи своим прислужникам и, получив желаемое, принялся писать прямо на полу. Хагалар ни о чем не спрашивал.

— Пойдем в малые покои, — предложил Локи, а на рабов прикрикнул: — Принесите туда же моего друга.

Вождь не догадывался, что в доме Локи, кроме большой комнаты и каморок для рабов, есть еще малые покои, где сейчас стояла кровать и прочая мебель, которую вынесли из основных покоев ради иноземной гостьи. Локи скинул на пол несколько шкур и велел положить на них Ивара. Спать с ним на одной постели он опасался.

— Не садись на кровать, — попросил царевич. — Сядь вон туда. И возьми это, — он сложил из листка птичку и бросил в Хагалара. Тот поймал ее на лету, но не стал читать содержимое.

— Если сегодня ночью что-то случится и тебе придется убить меня, это письмо докажет отцу, что ты не виновен.

Хагалар так и сел на лавку. Своими чересчур разумными рассуждениями загадочное существо выдавало себя с головой. Локи так не говорил.

— Судя по твоему лицу, я веду себя не как обычно, — вздохнуло проницательное существо и село на кровать. — Что ж, этого следовало ожидать. Но странно: я помню всю свою жизнь, помню вчерашний разбор разных типов мидгардского и ванахеймского образований, помню, как позавчера утвердили место и время кражи людей. Помню, как осматривал молодые дубы и елки, которые нам летом высаживать.

Хагалар утвердительно кивал на каждое воспоминание.

— Я никаких изменений в себе не замечаю. Но если они будут угрожать Асгарду, ты знаешь, что делать.

— Локи, — привычное «детеныш» и прочие эпитеты казались сейчас неуместными, — если царевна вселила в тебя некую сущность для разрушения Асгарда, то, возможно, твоя смерть только активирует ее.

— Хотелось бы узнать наверняка.

— Мы никогда не сталкивались ни с чем подобным. Если только, — Хагалар прикусил губу, — не сказать твоему псевдоотцу.