Чтение онлайн

Телефонный звонок в кабинете дежурного раздался минут через десять, он отвлекся от Тины и взял трубку. Вовчик не прислушивался к его разговору, он пристально рассматривал пригорюнившегося в «обезьяннике» мужчину.

Таких Добрыня повидал в своей оперской жизни немало – явно отсидевший, недавно вышедший на свободу, идти некуда, скитается по вокзалам, спит где придется, питается с помоек, будущего нет, документов тоже, кроме справки об освобождении, с которой, конечно, не берут на работу. И маячит ему впереди то же, что и у большинства – снова срок за какое-то мелкое, а то и не очень, преступление, опять зона, где хотя бы есть место для ночлега, баня и ежедневная кормежка.

«Интересно только, где Тинка его подцепила», – размышлял Добрыня, ловя на себе недовольные взгляды капитана через окно дежурки.

– Вы ведь капитан Кущин? – раздалось рядом, и Вовчик развернулся – на него смотрел высокий молодой парень в сержантских погонах.

– Я частный детектив Кущин.

– Ну… – смешался парень. – Майор Кошелев просил вас найти. Мы тут приехали за подозреваемым…

И Вовчик понял, что этот парень из отдела Кошелева и именно он должен по дороге в Хамовники отдать ему сидящего на лавке бомжа.

– Ясненько, – сказал Добрыня. – Оформляйте и забирайте, я так понял, что местное начальство уже в курсе.

Местное начальство недовольно кидало на них взгляды, быстро забивая что-то в компьютер, когда из глубины отделения раздался истошный женский крик. Капитан вскочил и побежал туда, а Тина, выйдя наконец из дежурки, попросила сержанта:

– Вы слишком быстро не уезжайте, ладно? Тут, смотрю, еще что-то наклевывается…

Парень пожал плечами:

– Да нам-то что… сказали забрать и передать – сделаем.

Крик между тем стих, а по коридору быстрыми шагами проскочил тот самый старший наряда, что забирал Тину и Ларису Ифантьеву с соседкой. Он держался за щеку, и сквозь его пальцы Тина заметила ярко-красные полосы.

– Подождите, товарищ старший сержант! – она быстро пошла следом, догнала. – Позвольте посмотреть!

– Что там смотреть? – огрызнулся он, убирая руку. – Идиотка бешеная… вцепилась ни с того ни с сего…

– Кто?

– Да богомолка эта… Ифантьева. Сидела-сидела, потом как прыгнет… я даже сообразить не успел, хоть руку бы вытянул…

– Отлично! – вдруг обрадовалась Тина. – Это ж нападение на сотрудника, так? Оформите ей пятнадцать суток, пусть посидит.

– Непременно оформлю! – мстительно сказал старший сержант. – И квартиру сам лично, на хрен, переверну… Устроили, понимаешь, богадельню с молельным домом! И начальству завтра же рапорт на участкового накатаю, пусть тоже попрыгает!

Тина порылась в рюкзаке и протянула ему упаковку антисептических салфеток:

– Возьмите… Протрите как следует царапины, а то нагноятся еще…

– Мне, по ходу, укол от бешенства бы не помешал, – пробурчал он. – Спасибо за салфетки.

Тина вернулась к Добрыне довольная, хотя сама еще не понимала, что ей даст изоляция Ларисы Ифантьевой. Ни с каким, конечно, обыском никто к ней на квартиру не поедет, для этого просто нет оснований, а вот мелкое хулиганство запросто сейчас натянут, и минимум десять, а максимум пятнадцать дней Лариса проведет в изоляторе временного содержания.

– А мы за это время что-то да придумаем! – торжественно заявила она мужу, и тот не понял:

– Это ты о чем?

– А… Да про Ифантьеву. Ее сейчас оформят за хулиганку.

– И нам что это даст?

– Как минимум она не расскажет матери о моем визите. Я, если честно, не подумала, когда пошла к ней, что мы так можем бабушку насторожить, – призналась Тина. – Так что удачно все у нас сложилось.

– Куда удачнее… – хмыкнул Добрыня. – Я весь день вхолостую промотался, ловил эту Лену Берестову, будь она здорова…

– И что – поймал?

– Нет! – развел руками Добрыня. – Дома не застал, поехал в медучилище, там сказали – группа на практике в больнице, я метнулся, прилип в пробку, пока доехал – все, практиканты ушли. Перекусил в кафешке, поехал снова домой, там мать – говорит, вот только перед вами вышла, а куда – не сказала. Ну и тут ты…

Тина внимательно посмотрела на мужа, чуть задрав голову:

– То есть ты, Вовочка, вообще ничего полезного, кроме как пообедать, сегодня не сделал, так получается?

Кущин вытаращил глаза:

– Да?! А кто тебе выемку ханурика этого организовал?! Не я?!

– Мы его еще не вынули.

– Дело техники. Вон, гляди, капитан бумажки несет, – хмыкнул он, кивнув головой в сторону выхода из дежурки.

Капитан действительно передал сержанту, ожидавшему у двери, сопроводительные бумаги и отомкнул дверку «обезьянника»:

– Ивановский, на выход со вшами!

– С какими вшами еще? – подозрительно спросил сержант, снимая с ремня наручники.

– Ну, вещей-то нет у него, а вшей вполне мог наловить, – хохотнул капитан. – Все, забирай, некогда мне.

Сержант сковал запястья Ивановского наручниками и подтолкнул к двери:

– Мы поехали, скажи всем до свидания. – При этом он бросил быстрый взгляд на Кущина и еле заметно кивнул.

Когда за ними закрылась дверь, капитан устало посмотрел на Тину:

– Не представляю, как вам это удалось, но очень рассчитываю, что больше вас не увижу.

– Не могу вам этого обещать, – притворно вздохнула Володина. – Работа такая, понимаете же…

– Ой, все, идите, а то мне еще эту истеричку оформлять…

– Спасибо, товарищ капитан. – Вовчик выпихнул Тину за дверь, а сам задержался: – Слушай, капитан, давай телефончиками махнемся, вдруг пригодится?

– Ты, я так понял, бывший опер?

– Да. Работал в Химках.

– А ушел чего? В детективах платят больше?

– Ага – и бегают дольше, – фыркнул Кущин, роясь в бумажнике в поисках визитки. – Так получилось. Мы сейчас дело крутим в твоем районе, давай договоримся – если что-то будет, я тебе мгновенно отзвонюсь, лады?

– «Что-то» – это что? – поинтересовался капитан.

– В наших делах всегда что-то уголовное всплывает. Так я не жадный – так понятно?

– Вполне, – засмеялся капитан, беря ручку и листок бумаги. – Меня Иваном зовут.

– А я Вовчик, – Кущин протянул руку. – Ты не беспокойся, мы стараемся не причинять бывшим коллегам неудобств, даже наоборот. Но и не хотелось бы, чтобы нам тоже мешали, понимаешь? Мы закон уважаем, действуем четко в рамках, Тинка – тоже бывший опер.