Ловушка для защитника миров
Шрифт:
Я присмотрелась к книгам у входа, только сейчас заметив, что из них складывается надпись.
— Верни Мию? Спасибо, конечно, тебе, но давай тут всё уберём. Зачем ты вообще раскидал это всё?
Чудик нахмурился и не ответил, но тут же принялся убирать книги на место, тем же способом, каким их швырял.
Я тоже не осталась в стороне: поднимала книги руками, без помощи магии. Отнесла несколько на стеллажи и, взяв очередную книгу, зацепилась взглядом за название.
— Инструкция по использованию артефактов. Что это, Рейнольд?
Ахтари взял у меня тоненькую брошюрку, и мы вместе открыли первую страницу.
— Три артефакта ахтари: бронзовое перо, янтарное око и золотое сердце. Кажется, ты была права, Ми!
Да, вот оно, подтверждение того, что третий артефакт всё-таки существовал. Я угадала и его название, и даже внешний вид.
Инструкция гласила, что сердце — особенный артефакт, он не даёт какие-то способности или силу, но он самый важный из трёх. Око и перо лишь помогают в трудном деле спасения миров, сердце же — чистый свет, источник жизни и любви.
Без сердца ахтари лишь бледные копии самих себя, не способные вершить по-настоящему великие дела, бредущие на ощупь в темноте. Если уничтожить этот важный артефакт, ахтари станут бездушными созданиями, подобными бессловесным тварям. Их жизнь превратится в пустое бессмысленное времяпрепровождение, и вместо спасения они принесут мирам горе, скорбь и уничтожение.
— Но, Мия, этого ведь не произошло, — недоверчиво сказал Рейнольд. — Хотя в последнее время миры всё чаще умирали. Мы думали, срок их жизни заканчивался.
— Сколько миров погасли за последние, скажем, сто лет?
— Девятнадцать. Если задуматься, это и вправду много.
— Значит, мы должны найти причины их гибели, сопоставить всё и сделать выводы. Должны быть записи, информация.
— То есть мы снова будем копаться в книгах? — вздохнул Рейнольд. — Как же это надоело, кто бы знал!
— Увы, другого способа мы пока не знаем.
Я виновато поджала губы, словно это из-за меня Рейни придется перелопачивать старинные книги.
— Чудик, а, может, ты всё-таки знаешь, где артефакт? — с надеждой спросила я. — Ты мог видеть, что с ним случилось.
Но он лишь застонал и бросился прочь из библиотеки.
— Что он сказал? — вопросительно посмотрел на меня Рейнольд.
— Да ничего, убежал. А, может, пойти за ним?
Я выскочила в коридор и успела разглядеть, как коварная рожица скрывается за дверями Портального зала.
— Пошли туда!
Дойдя до зала, я осторожно приоткрыла дверь. Чудик смотрел со стены в тёмную арку одного из порталов и хмурился.
— Ну, привет, сбежавший! Что ты тут делаешь? И что там, в портале?
Брови Чудика опустились, углы импровизированного рта уныло повисли. Мне почудилась даже слеза, скатившаяся из глазницы, но ведь призраки не могут плакать.
Он резко развернулся и вылетел в коридор.
— Куда ведёт этот портал?
— В мир страшного чудовища, из-за которого погибли многие ахтари пятьсот лет назад. Он заблокирован и должен таким оставаться.
— Может, расскажешь эту интересную историю?
— Да нечего там рассказывать, — пожал плечами Рейнольд. — Пришёл крэд, погубил несколько десятков ахтари, портал в его мир заблокировали. Всё. А, вспомнил. Кажется, в тот день умерла жена старейшины Рига.
— Он, наверное, тосковал по ней. Когда умирают близкие, это всегда тяжело. Ты не остаёшься прежним, ты меняешься навсегда.
Я взгрустнула, вспомнив маму. Боль за годы без неё утихла, но совсем не прошла.
— Ты о своей матери? — догадался Рейнольд. — Если хочешь, расскажи о ней.
— Не сейчас, — отмахнулась я. — Мы должны закончить уборку, а потом читать, читать и читать. Да-да, и не возражай.
Я подтолкнула Рейни к выходу, обняв сзади за плечи. Он накрыл мои ладони своими, вызвав ощущение тепла и уюта.
— А может, мы сначала… — он сделал паузу и продолжил: — … приготовим что-нибудь вкусненькое?
— Договорились. Иди готовь, — согласилась я и практически вытолкала его в коридор. — Буду ждать в библиотеке.
Я была уверена, что Чудик что-то знает или догадывается, и хотела поговорить с ним без свидетелей. Может, мне он скажет что-нибудь интересненькое.
Выйдя в библиотеку, я с удивлением обнаружила, что уборка закончена, если не считать сломанного столика. Чинить Чудик не умел, а вот стеллажи на место поставил, да ещё и бесшумно, получается. Сам же он метался по стенам, что-то негромко мыча себе под нос (если можно так сказать, ведь носа у него как раз и не было).
— В чём дело, Чудик? Портал тебе напомнил что-то плохое или страшное? Ты знаком с крэдом?
Тут я сообразила, что задаю слишком много вопросов, и поправилась:
— Давай так. Я спрашиваю — ты отвечаешь, по старой схеме. Брови вниз — да, брови вверх — нет. Ты видел крэда?
Брови опустились.
— Так, замечательно. Сердце у него?
То же движение.
— Серьёзно!? Артефакт у чудовища? Правда?
И снова положительный ответ.
— Но это многое меняет. И объясняет, почему мы не могли найти сердце в Междумирье. Его здесь давно уже и нет. Интересно, можно ли его забрать, если проникнуть в мир крэда?
Надо сказать Рейнольду и вместе решить, что делать. А пока у меня остался ещё один вопрос.
— Чудик, так, получается, никто из ахтари не помнит, что когда-то был третий артефакт? И не помнит, что он был уничтожен?
Чудик заколебался и лишь скорбно оскалился. Похоже, ответ на эти вопросы не так однозначен, как я думаю.
Я спустилась вниз, как раз вовремя, чтобы спасти яичницу от подгорания. Схватив сковородку голыми руками, я вскрикнула и выронила её на пол. Пальцы пронзила боль, я в растерянности трясла повреждённой рукой. Рейни подскочил ко мне с ведром воды, опустив мою руку внутрь.
— У нас же есть съёмная ручка, забыла? — ласково укорил он меня. — Очень больно?
— Не очень, — соврала я. — Но волдыри, наверное, выскочат.
— Зато ты спасла яичницу, — улыбнулся Рейнольд. — А руку сейчас вылечим. Я знаю одно хорошее средство.
Он подвёл меня к столу, на который водрузил ведро, усадил на стул и куда-то убежал. Вернулся через несколько минут с маленьким пузырьком тёмного стекла в руках. Рейнольд вытащил стеклянную пробку, и я сразу узнала специфический запах облепихового масла с нотками ещё чего-то.