Ложь
Шрифт:
– Сейчас, хозяин, – Аеша грациозно, как молодая, дикая тигрица, примостилась у ног Деметрио и с вызовом посмотрела на Веронику.
– Чудесная семейная картина, – презрительно усмехнулась в ответ Вероника и добавила, глядя на индейца: – Не сиди, как на иголках, Игуасу, я сейчас же допишу письмо.
– Не хочешь, чтобы я тебе спела, хозяин Деметрио?
– Да, Аеша… спой, – попросил тот.
– Я знаю одну очень красивую песню… Ее поют женщины из таверны.
Вероника прошла в обеденную залу. Ручка медленно скользила по белоснежному листку бумаги, а с веранды доносилось вызывающе-радостное пение Аеши.
Глава 25
– Теодоро, пришло письмо от Вероники! – сообщила мужу радостную весть донья Сара.
– Ну слава богу, наконец-то у нее нашлось время ответить на мое письмо, – дон Теодоро облегченно вздохнул.
– Да, но она написала не тебе, а мне.
– Тебе? С чего бы это? – удивился дон Теодоро.
– Мы написали ей в один и тот же день, и Вирхиния отправила наши письма вместе.
– Вот как? – Теодоро де Кастело Бранко отодвинул стул и быстро поднялся из-за письменного стола. – Я думал, что сначала Вероника напишет мне, – досадливо поморщился он, напрасно пытаясь скрыть свое недовольство.
– Теодоро, я вообще боялась, что она забудет мне ответить, но впервые в жизни Вероника поступила как воспитанная девушка из благородной семьи.
– Ты уверена, что не было другого письма для меня?
– Абсолютно. Хенаро только что принес почту, и там были приглашения, счета, журналы и вот это письмо от Вероники.
– Что ты сказала, мама? Письмо? – нетерпеливо спросил Джонни, появляясь в дверях кабинета. Кто знает, что привело его сюда в эту минуту: предчувствие любящей души, случайность, рок? Побледнев от волнения, он поспешно подошел к отцу. – Письмо от Вероники! – повторил он снова.
– Ну да, я только что получила с почтой письмо от нее, – подтвердила донья Сара.
– Ты? – Джонни изумленно уставился на мать.
– Да, я, – донья Сара с недоумением посмотрела на сына. – Не понимаю, почему все так удивлены. Я написала Веронике, и она мне ответила. Кажется, рудник и счастье делают более воспитанными и культурными даже таких норовистых людей как Вероника!
– Счастье? – убитым голосом переспросил Джонни.
– Да, сынок, похоже, что так, – дон Теодоро прочел первые строчки письма и посмотрел на Джонни, но тот был слишком возбужен, чтобы ждать продолжения. Он нетерпеливо наклонился над отцовским плечом, чтобы самому прочесть письмо, как можно быстрее.
– Хенаро сказал мне, что есть новости от Вероники, – в проеме застекленной двери, ведущей в столовую, неслышно появилась вездесущая Вирхиния.
– Да, голубка моя, Вероника написала мне письмо.
– А почему ты мне его не показала, тетечка?
– Твой дядя был так нетерпелив…
– И Джонни тоже, как я погляжу, – ревниво заметила Вирхиния и, помолчав, добавила: – Ну, как она там? Что пишет?
– Я лишь мельком взглянула на письмо, – ответила племяннице донья Сара и предложила: – Может, кто-нибудь прочтет его вслух?
– “Моя дорогая тетя, меня обрадовало и удивило твое письмо, – начал читать дон Теодоро. – Я не ожидала получить новости от тебя, и очень тебе благодарна. Мне приятно думать, что несмотря ни на что, в Рио-де-Жанейро есть хоть кто-то, кто вспоминает обо мне…” Вот тебе на! – удивился дон Теодоро. – Вероника несправедлива, я тоже написал ей в тот же день…
– Продолжай, продолжай, папа, – поторопил отца Джонни. Без кровинки в лице, он стоял рядом с отцом, вцепившись руками в край стола, а его душа, казалось, целиком сосредоточилась в ушах.
– “Я очень рада, что в вашем доме царят покой и счастье, – продолжил дон Теодоро. – И в самом деле, меня замучили бы угрызения совести, если бы вы были несчастны в то время, как я так счастлива...”
– Она именно так написала? Ты уверен, папа? – перебил отца Джонни.
– Вот письмо, прочти сам! – дон Теодоро ткнул пальцем в письмо, а затем продолжил чтение: – “Как глупо, что все боятся этих мест! Здесь очень красиво! У нас с Деметрио большой и уютный дом со всеми удобствами, и мы живем в нем так же хорошо, как в Рио-де-Жанейро. Мату-Гросу – это небольшая деревенька. Из нашего дома, стоящего на высоком холме, она видна как на ладони. Конечно, здесь нет водопровода и электричества, но это и не нужно, в нашем распоряжении почти дюжина слуг-индейцев…”
– Веронике повезло, она родилась в рубашке, как говорится! – заметила донья Сара.
– Продолжай, продолжай, папа, – нетерпеливо затеребил отца Джонни.
– “Кроме того, Деметрио приберег для меня великолепный сюрприз: мы сказочно богаты. Рудник, совладельцем которого он является вместе с доктором Ботелем, нашим соседом, самый богатый на сотни лиг вокруг. В нем каждый день открывают новые жилы. Если так будет продолжаться и дальше, думаю, мы станем непростительно богатыми миллионерами!”
– Не может быть, это неправда! – не сдержавшись, выкрикнула Вирхиния, выйдя из себя. – Она шутит, издевается над нами. Вероника выдумала все это, чтобы посмеяться надо мной!
– Посмеяться над тобой? – удивленно спросил дон Теодоро, прервав чтение.
– Причем здесь ты, голубка? – поддержала мужа донья Сара.
– И верно, абсолютно ни при чем, – опомнилась Вирхиния. – Я неправильно выразилась. Я сочла это шуткой, потому что считаю, что в одном руднике не может быть столько золота! Я знала людей, кто промучился почти год, живя в Мату-Гросу, и не добился ничего, а здесь в Порто-Нуэво, и именно Рикардо Сильвейра… Все это глупости, чушь несусветная!
– Рикардо Сильвейра был там? – удивилась донья Сара. – Откуда ты это знаешь, дочка?
– Ну не то, чтобы знаю, просто мне так кажется… Ходили слухи, что он умер в Мату-Гросу! – заюлила Вирхиния.
– Рикардо Сильвейра умер?.. Что же ты мне не сказала?..
– Не обращай на меня внимания, тетечка. Я разволновалась и наговорила кучу глупостей. Дочитывай письмо, дядя Теодоро, – попросила Вирхиния, меняя тему.
– Да, папа, дочитывай скорее, хоть я его уже и прочел, – поддержал кузину Джонни.
Дон Теодоро устало опустился на стул и с сомнением посмотрел на племянницу, словно подозревая ее в чем-то, а затем продолжил читать.
– “Мне доставила большую радость новость о помолвке Джонни с Вирхинией. Я от всей души желаю, чтобы они были очень счастливы, и надеюсь на это… Передай от меня привет тем, кто меня любит… Любящая тебя племянница Вероника.”
– Очень милое письмо! – спокойно заметила донья Сара.
– Ты рассказала Веронике о помолвке Джонни и Вирхинии, хотя она была неофициальной, – неодобрительно покачал головой дон Теодоро.