Чтение онлайн

– Уверена в этом, – одарила его доброй, светлой и просто ангельской улыбкой Сели, которая так сильно запечатлилась в сердце шамана. Ради такой улыбки обращённой в его адрес он был готов горы свернуть, но не для себя, а для той, кому она так шла. – Знаешь, – немного поджав розовые губки, призадумалась златовласка, – если бы я не была замужем и не знала Трея, из всех ребят я бы выбрала именно тебя, потому что встречаться с таким добрым, заботливым и чутким парнем, как ты – дорогого стоит.

Спустя пару дней. Вечером.

– Хм… – сидя на своём футоне в позе лотоса, задумчиво потирал подбородок Рио, напряжённо думая над своей стратегией, которая должна была привести его к победе, – хм… – снова, как будто издеваясь, прозвучали звуки раздумья параллельно со смехом парня, который лежал на противоположном футоне и читал какую-то интересную книжку.

– Сели, он тебя морально решил задавить, – кинул поверх книжки смеющийся взгляд на двух друзей Лайсерг, который наблюдал за баталией между ними.

– Рио, ты уже думаешь десять минут, ходи, давай, – нервно дёргая бровью, произнесла недовольно Юсуи, указав на лежащую между ними шахматную доску и говоря байкеру то, что, сколько бы он не думал, исход будет один.

– Хм… – в ответ лишь задумчиво произнес Умемия, заставляя пар повалить из ушей златовласки и снова рассмешив своего малахитового друга, который не хотел влезать в их игры, хотя краем глаза видел, что дело там реально гиблое, и, скорее всего, байкер это и сам понимал.

Сложив руки на груди, девушка вытянула недовольно губы, как утка, и стала ожидать решения своего оппонента, однако прежде, чем это произошло, в комнату заглянул весьма ожидаемый гость.

– Сели, – растянул имя жены Трей, повиснув в проёме двери, и по его голосу можно было понять, что он поднялся на второй этаж против своей воли и очень лениво, – спать пошли.

– Сейчас, мы ещё партийку сыграем, и я приду, – не отрывая глаз от шахмат, чтобы Рио не смухлевал, наспех ответила златовласка, не видя, как её муж закатил недовольно глаза, в точности, как маленький ребёнок.

– Сели, – снова противно протянул он, – потом доиграешь, пошли спать, – его упрямство, которое ни в грош не ставило предпочтения любимой женщины, не первый раз проявляло себя.

– Трей, если ты не можешь подождать пять минут и хочешь спать, то ложись и спи, – всё же одарила мужа своим возмущённым взглядом девушка, которой не нравилось, что парень её не слышал.

– Отлично, – психанул северянин, отпрянув от проёма и захлопнув за собой дверь так, что даже страницы книги у малахитового принца завернулись ближе к центру от мощного потока не только ветра, но и недовольства, исходящего от истеричного северянина.

– Псих, – заявил Рио, который видел, как златовласка тяжело и устало выдохнула от такого поведения мужа, и которому было безгранично больно видеть её подавленность.

– Иногда мне кажется, что он меня совершенно не любит, – печально опустив глаза, тихо сказала Сели, и дело было не в том, что рядом находился Дител, просто сил говорить громко не было.

– Не говори так, – всё понимающе, но не желая, чтобы девушку посещали подобные мысли, старался переубедить её Умемия. – Он просто большой и капризный ребёнок.

– Но я не нянька ему, Рио, – с чувством ужасной обиды произнесла девушка, во взгляде которой он увидел много боли, скопившейся за тот год, сколько они уже женаты. – Я – его жена, и я тоже хочу, чтобы со мной и моими желаниями он считался.

Ответить на это Умемия просто ничего не смог, ведь опровергнуть правду очень трудно, а доказать это ещё сложнее, то есть, невозможно.

В шамане сейчас бушевало очень много эмоций. Это и сострадание, которое он испытывал к девушке, выглядевшей побитой эгоистичным поведением её нерадивого мужа, это и гнев, который был адресован только что психанувшему северянину, желая надавать ему тумаков за такую безответственность перед чувствами любимой девушки. Но самое главное чувство, которое было выше всех, это любовь. Любовь была не в том проявлении, которую мы все привыкли видеть, но также и не братская.

Любовь к душе – это самое возвышенное чувство из всех, которое могут постигнуть не многие. Когда человек чувствует именно эти чувства, он готов и даже не против видеть предмет своего обожания с другим, который сделает её счастливой. Эта любовь к душе не требует ответных чувств, мечтая лишь бы у неё всё было прекрасно.

– Вот так, – решил сменить тему Рио, иначе он, и правда, пойдёт и настучит Трею по голове тем конём шахматной доски, которым он сейчас сделал свой шаг.

– Шах и мат, – сквозь печаль улыбнулась девушка, которая, наконец-то, закончила эту партию в свою пользу и теперь была готова получить свой приз в виде большого лба и зажмуренных глаз проигравшего парня.

Потерев ладошки, она с насмешливым и маньячным видом зарядила парню не сильный в силу своей же хрупкости щелбан, а он решил включить в себе актёра и с громким поражённым криком упал поверженный на пол с футона, слыша, как не только его друг, но и подруга засмеялись сдержанным, но умилительным смехом.

Выглянув из-под кровати, всё ещё изображая опасливость, словно девушка могла снова ему «серьёзно» навредить, он видел, как её глаза сверкают задорными огоньками, когда она прикрывала ладошкой рот, а значит, ему удалось сделать её пусть и только на данный момент, но счастливой, а большего ему и не надо. В душе разливалось тепло, а в глазах любовь, однако зевать по сторонам ему не следовало, ибо ещё один мощный щелбан прилетел ему в лоб, и теперь он уже действительно упал от неожиданности на спину, но счастливый, ведь девушка засмеялась ещё сильнее.

Вчера.

– Пожалуйста, прекратите! – уже падая без сил, хриплым от надрыва своих голосовых связок голосом кричала, утопая в слезах, блондинка, видя, как её подругу мучают на арене.

Если бы не сильные мужские руки, которые поддерживали её обмякшее тело в вертикальном положении, то она бы уже давно валялась на бетонном полу трибун.

– Сели, Сели, прошу, успокойся, – пытался привести её в чувства Умемия, который постоянно перехватывался руками, ведь златовласка была подобна золотым шёлковым нитям, которые утекают из рук, как вода.

– П-пожалуйста, – уже хватая воздух ртом и чувствуя, как невыносимо бьют визги подруги по вискам, не переставала Юсуи не просто плакать, а кричать в мольбе о прекращении этих пыток не только для подруги, но и для себя самой.

Кидая взгляд на не менее любимую шатенку, Умемия и сам чувствовал, что его голову сейчас разорвёт мощным взрывом, однако он продолжал терпеть, понимая, что златовласке тоже больно, и даже в два раза тяжелее, чем ему.

Конец Flashback.

И вот сейчас, спустя столько пережитого по большей части с златовлаской, Рио пришлось рассказать о своих чувствах другу, то есть её мужу.