Лучшие друзья
Шрифт:
– Найдите своих друзей, им необходима ваша помощь, – произнесла уже оказавшаяся у дверей Валери, которая была, словно неуловимый воздух. Трею хотелось о многом спросить, но она ускользала от ответов. Сели желала искренне отблагодарить её за спасение Рио, но она убегала от не такой уж и значимой сейчас вещи.
– А Вы? – успел всё же задать короткий вопрос Трей.
– Мне нужно найти того, кто изменил ход событий, – снова дала туманное пояснение своим планам внеземная девушка, после чего скрылась за дверью комнаты.
– Кто это был? – наконец-то придя в себя и не сразу осознав, что происходит, спросил байкер, смотрящий на место разорванной одежды, но не находя ранения, которое, он был готов поклясться, что было раньше.
– Мы сами не знаем, но она спасла тебя, – ответила Сели, до сих пор возводящая взгляд к потолку, словно благодаря всевышнего за его милость и доброту.
Не приняв того, что его спасительница вот так взяла и ушла без его личных благодарностей, Рио тут же поднялся на ноги. Не ощущая ни слабости, ни усталости, после чего распахнул дверь и вышел в коридор, попеременно бросая взгляд в разные стороны.
Но ни справа, ни слева внеземного ангела не было. Она словно испарилась в воздухе, так как было просто нереально исчезнуть из виду за такое ничтожно малое время.
– Странно. Куда она делась? – наспех выйдя вслед за мужем и другом, тоже удивилась златовласка тому, что Валери исчезла так же неожиданно, как и появилась. Она была, словно посланник небес, знавших, на чей стороне правда, за которую стоит бороться.
Но вдруг, когда недопонимание, сомнение и настороженность поглотили двух шаманов и златовласку с головой, с верхних ярусов вновь донеслись звуки выстрелов, заставившее троих друзей вздрогнуть и переглянуться между собой испуганными взглядами.
– Это ребята, – поставил абсолютно точный диагноз Рио.
– Благодарить потом будем. Бежим! – скомандовал Трей, взяв свою любимую за руку и помчавшись вперёд по коридору, в надежде найти лестницу, ведущую наверх.
По мере того, как слабели звуки удаляющегося бега шаманов, в очередной камере, располагавшейся по соседству с той, в которой Валери только что спасла байкеру жизнь, атмосфера предстоящего разговора становилась всё холоднее и холоднее.
Королева, схваченная кем-то неизвестным, едва переступила порог своего убежища, чувствовала позади себя широкоплечее тело мужчины, который ладонью зажимал ей рот, а второй рукой держал её за запястье так, что одно неловкое движение могло стоить ей перелома.
Однако, несмотря на принуждение со стороны мужчины, чьи фиолетовые глаза блестели в тени, Валери и сама не собиралась кричать и вырываться, наоборот надеясь, что шаманы убегут и сделают так, как она сказала.
– Как же я сразу не поняла, кто ты такой, – едва рука мужчины перестала зажимать ей рот, да и свою хватку он ослабил, произнесла Валери, не поворачиваясь лицом к похитителю, но и не боясь его дыхания с примесью рычания.
– Просто Вы не слишком хорошо можете предсказывать будущее, – раздался за её спиной холодный, надменный, но абсолютно спокойный голос человека, который не просто прятался во мраке, он и был этой тенью, мглой, что затемняла видимость.
Почувствовав себя оскорблённой, так как ещё никто и никогда не обводил её ведения вокруг пальца, Валери резко развернулась, смотря на высокого мужчину в чёрном одеянии с достоинством, но с явной неприязнью.
– Ты... – прищурила взгляд королева, узнавая в мужчине «правую руку» Генриха. Он никогда не мелькал в её видениях на первом плане, всегда был в тени Шварца, но даже это не повод для того, чтобы не суметь рассмотреть его сущности. – Ты не из этого мира.
– Возможно, – неоднозначно ответил Вальдемар, уловив в словах королевы сомнение. – Но сейчас это не самое главное, – Вальдемар вытащил из-под плаща сферу, находящуюся на стадии того, чтобы разлететься вдребезги, судя по тому, как быстро вращается красная дымка внутри. – Вы не закончили свою работу, однако прежде... – последовала пауза, а в пугающих глазах вспыхнула яркая ненависть, – я закончу то, что уже давно было пора сделать.
====== 169. Про боль, про розы... про любовь. ======
Розы этим летом были особенно прекрасны. Разнообразие их колорита, который создавал впечатление тянущегося вдоль изгороди разноцветного ковра, ярко отображал то, как всё в нашей жизни имеет свою индивидуальность. Казалось бы, вот они – два куста красного цвета, однако каждый из них отличается при свете дня своими оттенками, количеством пигментных прожилок, и даже шипы у каждого из цветка индивидуальны. Так и с людьми...
Нет на свете абсолютно одинаковых людей. У каждого из нас, как и у этих цветов, есть своя индивидуальная особенность. Даже взять тех же близнецов: они внешне похожи как две капли воды, однако внутри у каждого свой собственный и никем неповторимый мир.
Смотря на белую розу, края лепестков которой имели нежно розовый оттенок, и слегка прикасаясь к её нежному бутону, который мог лишь от одного дуновения ветра разлететься в разные стороны, молодой парень лет пятнадцати старался понять, кто же он на самом деле. Подобно этой розе, он был всего лишь одним из множества подобных, и лишь немногие могли разглядеть в нём те самые едва заметные розовые оттенки, делающие его неповторимой личностью.
Его весьма редкие для людского мира фиолетово-чёрные глаза всегда так целенаправленно, будто ошарашено, смотрели на людей и всё, что его окружает, и это не раз становилось предметом отнюдь не обсуждения, а простого опасения и воздержания от общения.
Да и какое может быть вообще общение, если ты всего лишь слуга богатой и древней семьи Шварц, где все смотрят на тебя, как на предмет интерьера, например, торшер. А что? Весьма удобно: нужен – включили, нет – выключили.
– Вальдемар! – внезапно вторгся в мысли юноши сильный, но отнюдь не злой голос мужчины, разыскивающего его повсюду, и, завернув за угол огромного особняка, наконец обнаружившего его в саду, красота которого была подобна райской обители. Спокойный и немного печальный взгляд пятнадцатилетнего юноши медленно устремился к тому, кому он сейчас был так нужен, хотя в душе парень уже знал, что ищут его отнюдь не для того, чтобы позвать к тесному семейному кругу и вкусному обеденному столу. – Господин Генрих упал, я же попросил за ним присмотреть, – несмотря на смысл этой выражающей недовольство фразы, высокий черноволосый мужчина, чьи глаза были очень похожи на глаза Вальдемара, произнёс её со спокойствием, но твёрдостью.
– Там полно прислуги. Куда они смотрели? – так же спокойно приковав своё внимание снова к белой розе, ответил безразлично юноша, всей своей манерой и выдержкой напоминая больше взрослого мужчину, чем подростка.
– Им я уже сделал выговор, однако наша с тобой обязанность – не допустить, чтобы хоть что-то произошло с семьёй господина Шварца, – подойдя к мальчику, ещё раз напомнил ему об этом высокий мужчина, имеющий широкий лоб, волевой подбородок и широкие брови, которые давили на глаза.
– Отец, – так и не оторвав взгляда от цветов, в которых даже от его зоркого взгляда убежала та самая индивидуальная роза, произнёс Вальдемар, – ты говорил, что когда я подросту, то ты расскажешь мне о том, почему мы вынуждены служить семье Шварц.
– Вальдемар, я не думаю, что ты готов сей...
– Дело в том, что мы отличаемся от простых людей, ведь так? – даже не дав отцу шанса отклониться от острого вопроса и продолжая искать глазами тот самый цветок, быстро поставил вопрос ребром Вальдемар, который устал слушать отговорки отца о том, что он ещё не готов к правде. Он давно понял, что он не принадлежит простому бытию людей, и молчание отца было тому подтверждением. – Когда мне было пять лет, я уже мог говорить на двух языках и на несколько классов обогнал своих сверстников. Всё же, что делает Генрих в свои пять, так это играет в войнушку и не даёт никому спокойствия.