Чтение онлайн

– Все, все, успокойся. Господи, да заткнись же ты, - не выдержал он. – Я всего лишь делаю свою работу. 

– Тебе стоит поискать другую работу, - заявила я ему. – Потому что эта – полный отстой. 

Я уселась на скамейку и скрестила ноги. Как истинная леди. Я собиралась оставаться здесь. Я была спокойна. Невозмутима. Я посмотрела на свою грудь. Я прямо видела, как бьется мое сердце. Бу-бух, бу-бух, бу-бух. Все, кто находился на яхте, смотрели на меня. Я игриво помахала им пальчиками и послала улыбку. Люди на посудине вернулись к завтраку. Кроме Шлепка. Шлепок по-прежнему таращился на меня. В конце концов Делорес пихнула его локтем, и он перестал глазеть. 

Я пару раз глубоко вздохнула и огляделась. Лысого нигде не было видно. Прошло полчаса, и показался Хукер. 

– Ну, - спросил он. – Как дела? 

– Подходил Лысый и пытался прогнать меня, но я сказала ему, что жду тебя. 

Хукер нахлобучил мне на голову кепку и надел на кончик носа солнечные очки. 

– И почему он хотел тебя прогнать? 

– У Рэя были гости на завтраке, и он решил, что я порчу окружающий пейзаж. 

– У этого человека нет вкуса, - возмутился Хукер. – Ты всегда на высоте. – Он подал мне айпод и тюбик солнцезащитного крема, потом достал из кармана бальзам для губ и тоже сунул его мне. – Мне захотелось оставить твои губки мягкими… на всякий случай. 

– И все-то ты помнишь, - вздохнула я. 

Он постучал указательным пальцем по лбу: 

– Мозги покуда паутиной не заросли. 

Я встала и потянулась. 

– Мне надо передохнуть. Пойду прогуляюсь. 

– Если будешь проходить мимо гастронома, купи мне содовой. И может, сэндвич. И немного печенья.

Я купила шестибаночную упаковку диетической содовой, пакет печенья, два длинных бутерброда с ветчиной и сыром. И сейчас стояла перед скамейкой, на которой отсутствовал Хукер. Я посмотрела на яхту. Палубы пустовали. Есть две возможности. Хукер пошел искать туалет или решил за кем-то увязаться. В любом случае, странно, что он не позвонил мне. Я пошла по тротуару к парковке и стала искать внедорожник. За день парковка битком набилась. Никто не выезжал и не въезжал. За зеленым фургоном без окон слышались голоса. Один был похож на голос Хукера. Я обошла фургон и обнаружила, что Хукер валяется на земле, а над ним возвышаются Жеребец с Лысым. Оба бандита увлеченно пинали Хукера и не смотрели в мою сторону. Лысый стоял боком, Жеребец – ко мне спиной. 

–  Эй! – заорала я, налетев на Жеребца. 

Тот повернулся ко мне, и я заехала ему по физиономии тяжелой упаковкой с содовой. Раздался громкий хруст, и из носа Жеребца брызнула кровь. Ошалев на мгновение, он застыл на месте, и я, недолго раздумывая, врезала ему снова, на этот раз в висок. Потом отпрыгнула, чтобы меня не достали. И побежала к выезду с парковки, вопя во всю глотку: 

– Пожар! Горим! 

Я услышала, как захлопали дверцы машины и звук заводимого мотора. Побежав обратно к Хукеру, я увидела, как машина громил разворачивается, и они на полном ходу улепетывают с парковки. Хукер встал на четвереньках. Потом, пошатываясь, поднялся на ноги и потряс головой, сгоняя пелену с глаз. 

– Да уж, чертовски стыдно, - признался он. – Мою задницу только что спасла женщина с помощью упаковки содовой. 

– Какого черта ты с ними сюда поперся? 

– Они сказали, что хотят поговорить. 

– А не могли они поговорить с тобой на скамейке? 

– Сейчас, оглядываясь назад… 

Я разорвала упаковку и протянула Хукеру банку содовой. 

– Черт, да ты совсем наивный. Будь ты женщиной, и десяти минут не просуществовал бы в целости и сохранности. Сдается мне, что на самом деле Уэво не хотел, чтобы кто-нибудь вообще сидел на этой скамейке. 

– Все дело в машинах. Он хочет назад свои тачки. Они потому меня и пинали, что хотели узнать, куда я дел машины. 

– Ты им сказал? 

– Конечно, я им сказал. Они же меня били! 

– Тебе ничего не повредили? Ты в порядке? 

– Помнишь, как я врезался в стенку и перевернулся четыре раза в Талладеге? Смутно напоминает. 

– Ребра сломали? 

– Да не думаю. 

– Внутреннее кровотечение есть? 

– Трудно сказать. Кровью не харкаю, а это хороший знак. Они могли попинать гораздо сильнее. Убивать-то не хотели. Просто хотели донести до моего сведения, что Уэво настроен серьезно. 

– Нужно уходить отсюда. Я не хочу, чтобы они передумали и вернулись выяснить, а что известно мне. 

Плавали, знаем. 

Хукер дохромал до внедорожника и осторожно вполз на пассажирское сидение. Я устроилась за рулем, задраила двери и выехала со стоянки. 

– Наверно, стоит вернуться в отель и сменить тактику, - предложила я Хукеру. – Я вот тут думала насчет чипа. Может, есть люди, которые разбираются в схемах и помогут определить точно, что этот чип делает. 

– Я думал, мы знаем, что он делал. 

– Я хотела бы, чтобы это оказалось какой-нибудь нелегальной технологией, возможно антипробуксировкой, но я не могу сказать, что точно знаю назначение этой штуковины. Меня сбивает с толку, что эта фигня просто сидела в ручке без всякой связи с какой-нибудь электронной системой. И понятия не имею, зачем нужны два чипа. 

– Ты кого-нибудь знаешь, кто мог бы разобраться? 

– Да, но не в Майами. 

Я только что свернула на Четвертую, держа курс на Коллинз. Вела я на автопилоте, стараясь не показать Хукеру, как меня трясет, сдерживая слезы при мысли, что ему причинили боль. Я остановилась на перекрестке и посмотрела вправо. Через перекресток двигалась машина. Мы с Хукером без задних мыслей таращились на нее. Это был еще какой-то черный «БМВ». Абсолютно непримечательный… кроме большого собачьего носа, прильнувшего к заднему окну.

– Бинз! – заорал Хукер. 

Я уже среагировала. Замигала левым сигналом и до побеления костяшек пальцев вцепилась в руль. Пропустила пару машин, пока смогла тронуться с места. Я завернула за угол, и мы подались вперед на сиденьях, не отрывая взглядов от черного «БМВ». Не выпуская из вида черную машину, я проехала три квартала. «БМВ» проехал на желтый, машина передо мной остановилась на красный свет, и «БМВ» исчез с поля зрения. 

Я рванула изо всех сил за ним после смены сигнала светофора, но безуспешно. Он исчез, напоследок направляясь на север. 

– По крайней мере, мы знаем, что с Бинзом все в порядке, - произнес Хукер. 

Чего нельзя было сказать о самом Хукере. Глаз распух, а на скуле расплылся великолепный фиолетовый синяк. Я отказалась от поисков Бинза и направилась обратно в отель. 

– Тебе нужно приложить лед, - заявила я Хукеру. 

– Ага, и не помешает «Джек Дэниелс» впридачу, - добавил Хукер. Глаза его были закрыты, голова откинута на подголовник. 

Я поехала в отель. Сердце саднило, мысли ворочались с трудом, пытаясь разобраться в путанице неудач и ужасных событий, приключившихся за четыре дня. Мне нужно все расставить по местам. И найти способ со всем справиться. 

Я нашла дорогу в «Лауэс», оставила внедорожник на попечение служащего гостиницы и помогла Хукеру дойти до номера. Номер был не люкс, как у Сюзанны, но комната была красивая, с кроватью королевских размеров, письменным столом, стулом и двумя креслами с маленьким столиком между ними. 

Хукер опустился в одно из этих кресел. Я дала ему сандвич и пристроила к глазу пакет со льдом. Потом села в другое кресло и стала поедать такой же сандвич. 

– Как ты думаешь, Рэй Уэво знает, что его брата прятали в перевозчике? – спросила я.