Чтение онлайн

В июне найти номер в центральных гостиницах Торжка без предварительного заказа было так же нереально, как в Сочи, поэтому Максим, остановившись на стоянке у одной из гостиниц, позвонил своему давнему приятелю, здешнему журналисту, у которого все такие вопросы, он точно знал, крепко схвачены.

Пока тот созванивался с кем надо, Максим предложил Лере прогуляться по пешеходной улице. Туристов здесь было немного, и пройтись между сувенирными лавками, кафе и видами на реку, рассматривая старинные вывески и деревянные двери с коваными ручками, было просто приятно.

Примерно через полчаса они уже стояли у стойки и ждали, когда им оформят два одноместных номера.

В своём номере, бросив дорожную сумку возле кровати, Максим первым делом отправился в душ. Никогда ещё журналистские дела не приводили Максима в СИЗО, и он теперь на практике убедился, запах этого государева гостевого дома выводится из одежды с большим трудом. Скорее всего, рубашку придётся выбросить, постирать её сейчас ему не удастся.

Немного отдохнув после душа, где-то уже около девяти вечера, Максим постучал в дверь Лериного номера:

— Ну что, пошли перекусим?

Свой рюкзак она оставила в номере и не надела курточку, вечер был жарким. В одной футболке и джинсах Лера выглядела ещё более трогательной и юной, совсем ребёнок, и Максим не без удовольствия подумал, что её наверняка можно принять за его дочь. Они спустились в ресторан при гостинице, и когда подошёл официант, Максим с улыбкой спросил Леру:

— Может быть, всё же поужинаешь? Побывать в Торжке и не попробовать Пожарские котлеты, Лер, ты никогда себе не простишь.

Она возмущённо поджала губы и отвернулась, но Максим, не обращая на это внимания, заказал официанту две фирменные порции котлет с гарниром. Если что, сам съест! Он вдруг почувствовал прямо-таки волчий аппетит.

Когда принесли котлеты, Лера наклонилась над тарелкой, будто там были тараканы:

— И что это такое?

Максим, уже успевший взяться за палочку и откусивший нежную хрустящую куриную мякоть, прожевав, ответил Лере:

— Это? Фастфуд девятнадцатого века, Биг Мак, по-вашему.

И увидев её вытянувшееся от удивления лицо, рассмеялся:

— Точно-точно! Говорят, они очень легко готовятся, и такие вкусные, что даже самые непослушные маленькие дети их уплетают.

При упоминании непослушных маленьких детей Лера снова подозрительно нахмурилась, как тогда, в кафе. Но Максим сделал непроницаемое лицо и продолжил:

— Эти котлеты придумала Дарья Пожарская, у неё здесь когда-то свой постоялый двор был. И вот однажды сюда заехал император Николай Первый, заказал телячьи котлеты, а их не было. Ну и, Дарья приготовила простые котлеты из курятины, да так вкусно, что царь был в восторге.

Недоверчиво покосившись на него, Лера осторожно откусила кусочек.

Через некоторое время Максим, сыто прислонившись к спинке стула, с невероятным чувством победы над несговорчивым дитём наблюдал, как Лера доедает последние кусочки котлеты. Гарнир она всё-таки не стала. Управившись, вытерла руки салфеткой, промокнула губы и тоже посмотрела на него:

— Зря ты меня так накормил, я же сейчас усну. А нам ведь надо поговорить? Ты будешь задавать вопросы или мне самой рассказывать?

За все свои недолгие пятнадцать лет жизни Лера не помнила такого случая, когда то, что происходило в их семье, вызывало бы у неё какую-то тревогу. С тех пор, конечно, как Лера вообще себя помнила. По большому счёту, впервые с тем, что что-то идёт не так, как она привыкла, Лера столкнулась в одиннадцать лет, когда родители вдруг сообщили ей — следующий учебный год она начнёт в другой стране. Вернее, это сообщил отец, мама при этом выглядела немного отстранённой, но когда Лера перевела на неё удивлённый взгляд, мягко подтвердила:

— Лерочка, так будет лучше, языки выучишь, не напрягаясь, в конце концов, Швейцария, это почти рядом, я буду часто к тебе прилетать.

Мама подошла к ней и обняла. Это был первый раз, когда Лера обратила внимание, что прилетать к ней будет только мама. Папа промолчал.

Разумеется, тем летом мама полетела с ней и оставалась рядом до тех пор, пока Лера не обустроилась на новом месте и не перезнакомилась почти со всеми своими новыми школьными друзьями.

Пока училась в швейцарской школе, домой Лера возвращалась раза два, в основном к ней прилетала мама на каникулы, и они путешествовали по соседним странам. Иногда вместе с Ангелиной. За всё это время папу Лера видела нечасто, мама всегда говорила, что он работает. Сильно по этому поводу Лера не переживала, отец никогда не занимал в её жизни много места.

А вот с мамой они действительно дружили. Внешне очень сильно похожая на маму, с детства такая же белокурая и миниатюрная, Лера с интересом смотрела на мир такими же, как у мамы сосредоточенными карими глазами, и даже характер с годами становился маминым — спокойным и выдержанным. То ли оттого, что они много времени проводили вместе, то ли гены срабатывали так. Хотя, становясь взрослее, в одном Лера всё больше и больше отличалась от мамы — если мама чего-то не хотела, а папа хотел, через некоторое время мама соглашалась с ним. С Лерой такое провернуть было сложнее, а со временем и вовсе стало невозможным — она обо всём имела собственное мнение, и уговорить её на что-то другое можно было, только предложив равноценную замену.

Во время последних зимних каникул они с мамой остались в Швейцарии, поехали на местный горнолыжный курорт. Первую неделю наслаждались катанием на лыжах и беззаботным новогодним шопингом. А потом прилетел папа. И Лера заметила, что между родителями что-то произошло. Под предлогом того, что сейчас, в наплыв туристов, будет сложно найти семейный номер на троих, папа поселился отдельно, а Лера с мамой остались в своём номере. Потом Лера заметила, что родители почти не общаются между собой, только вместе с ней.

Но она не стала ни о чём спрашивать маму, та была такая весёлая и непринуждённая, что Лера не захотела портить ей праздники.

И очень об этом пожалела — через два месяца после их отдыха в Альпах мама пропала.

Они не созванивались с мамой каждый день, но раза три-четыре в неделю обязательно. Когда несколько её звонков остались без ответа, Лера позвонила папе.

— А разве мама не сказала тебе? — голос папы звучал холодно и даже как-то зло. — Она уехала в Италию, решила отдохнуть, у неё последнее время было плохое настроение… Лера, у меня сейчас совещание, перезвоню тебе вечером.