Чтение онлайн

– Папа сказал, что ты узнала о…

– Да. Но я… я не могу говорить об этом сейчас, – отвечаю я. – Можно мы отложим это до завтра?

– Конечно. Приходи ко мне, когда будешь готова.

Я иду на чердак, сворачиваюсь калачиком на кровати и плачу, пока не засыпаю, зарывшись лицом в просоленную, пахнущую цитрусом подушку.

На следующее утро я просыпаюсь и вижу, что Слоана сидит у меня на кровати с тарелкой шоколадного печенья в руках. Я сажусь, и она протягивает ее мне.

– Я слышала, вчера ты пыталась поговорить с Купером, – говорит она. – Подумала, что шоколад будет не лишним. Но из шоколадного у нас только печенье.

Я откусываю одно.

– Очень вкусно. Спасибо.

– Как ты?

Я ставлю тарелку рядом.

– Не очень. – Слоана сочувственно кивает, а я вытаскиваю из одеяла торчащую нитку. – Ты злишься на меня?

– Что? Нет, – отвечает она. – Я немного расстроилась, потому что ты говорила так, будто кошмарнее нашего города для тебя ничего нет, но… думаю, это скорее твоя проблема. По-моему, все тебе здесь были рады, и сомневаюсь, что можно сделать что-то еще, чтобы ты изменила свое мнение.

– Нет, мне здесь не плохо. Совсем. И все очень добры ко мне, – киваю я. – Ты права, это исключительно моя проблема. Я запаниковала и рванула обратно в Нью-Йорк. Я поступила нехорошо, и мне правда жаль… но это еще не все.

Я сглатываю и нервно сдираю лак с ногтей.

– Я узнала, что папа изменяет маме.

– Что? – На лице Слоаны отражается нечто среднее между изумлением и первородной яростью.

Не удивлюсь, если как-нибудь застукаю ее, когда она будет топить папино тело в ванне с газировкой.

– И как только я об этом узнала, – продолжаю я, – я сразу захотела вернуться сюда. Весь этот город я воспринимала как должное.

Я поднимаю взгляд на Слоану.

– И Купера тоже.

Слоана закусывает губу, я вижу, как поникли ее плечи.

– Он сейчас не в лучшем состоянии, думаю, ты сама знаешь.

– Да. Я все испортила.

– Но что бы ни происходило между вами, это касается только вас двоих. Не забывай об этом, когда все вокруг начнут вынюхивать и ставить вам диагнозы.

– Блин… Эта неделя будет жесткой, да?

– У нас город маленький, так что да. Мне жаль. Но все выплывет наружу.

Слоана встает на ноги.

– Я сейчас встречаюсь с Ашером, и мы идем покупать ведьмин костюм для парада. Хочешь с нами? Это же была твоя гениальная идея…

– Нет, я лучше останусь здесь и буду страдать. Но спасибо, что не отказываешься от этой роли.

– А как иначе, это же роль мечты, – с ухмылкой отвечает Слоана.

Она уходит готовиться к грядущему параду, а я смотрю на незаконченный эскиз платья, который одиноко висит, пришпиленный к шторке. Я доедаю печенье, откидываю одеяло, вытаскиваю коробку с клетчатыми рубашками и принимаюсь шить.

Потому что это единственное, что может принести мне хоть толику радости на фоне всей остальной горечи.

* * *

Всю неделю я либо в школе, либо прячусь у себя на чердаке. Слух о том, что я со всеми разругалась, быстро разлетелся по городу. Я даже не могу сходить за кофе или пройтись по улице без того, чтобы все вокруг не смотрели на меня с таким видом, будто я разбила все их надежды.

Потому что именно это я и сделала. Снова.

Только на этот раз я все знала заранее: я знала, что Купер чувствует ко мне, знала, что он боится, как бы я снова не бросила его. На этот раз он умолял меня не делать этого. Он хотел, чтобы мы вместе нашли выход из трудной ситуации. Но я все равно сделала это. Я все равно разбила ему сердце.

Я не могу винить всех этих людей за то, что они меня ненавидят.

В школьных коридорах избегать Купера практически невозможно, но я все время смотрю в пол. На уроках сажусь подальше от него. Я не смотрю в его сторону, но знаю, что он вместе с Хлоей пересел на заднюю парту, – там он сидел и раньше, когда избегал меня.

Я больше не укладываю волосы. Не делаю макияж. Не могу есть и спать. Я выгляжу как ходячее последствие расставания, но мне все равно.

В пятницу я стою у шкафчика, складываю в сумку книги, чтобы на обеде отнести их в библиотеку, когда ко мне подходит Джейк.

– Привет… – говорю я. За эту неделю мы ни разу не разговаривали, и я не знаю, как мне сейчас вообще общаться с кем бы то ни было. Я пересела за другую парту, подальше от остальных. Если они твердо решили выбрать чью-то сторону, я понимаю, что все будут за Купера. И я не хочу, чтобы ему от этого было стыдно или неловко.

– Ужасно выглядишь, – говорит Джейк.

Я удивленно вскидываю брови.

– Это… правда. Но все равно очень грубо говорить такое.

– Извини. Я просто хотел сказать, что ты ужасно выглядишь. Купер ужасно выглядит. Может, вы помиритесь и будете ужасно выглядеть вместе?

– Нет. – Я закрываю шкафчик. – Купер предпочитает дерьмово выглядеть как можно дальше от меня.

– Он идиот.

– Нет. Я не должна была так поступать с ним.

– Не должна была, но ты в тот день расстроилась и перепугалась, – говорит Джейк.

– Я обидела его.

– Да, но сейчас-то ты здесь, – говорит он, – и, насколько я понимаю, здесь и остаешься.

Остаюсь? Я до сих пор ничего не решила. В данный момент я просто пытаюсь выжить, в то время как весь мой мир рушится на куски.

– Это не имеет значения. Купер меня ненавидит.

Джейк раздраженно выдыхает.

– Он тебя любит, Эллис. Причем с тех пор, как ему стукнуло четырнадцать.

Слезы моментально наворачиваются на глаза. Мне стоило сказать Куперу, что я его люблю, в ту секунду, когда я это почувствовала. Но вместо этого я просто растоптала наши чувства.

Я не могу ничего ответить – не потому что не знаю, что отвечать, – потому что если попытаюсь хоть что-нибудь сказать, разревусь прямо в коридоре школы. Джейк, видимо, догадавшийся об этом, обнимает меня.

– У вас все наладится, – тихо говорит он.

Я киваю, хотя и знаю, что наш поезд уже ушел.

– Тебе лучше пойти на обед, пока кто-нибудь не увидел, как ты обнимаешься с самым отвратительным человеком в городе.

Джейк отпускает меня.

– Да пофиг. Я пойду с тобой в библиотеку.