Чтение онлайн

– Сейчас, – так тихо выдохнула Ана, что и я с трудом услышал, что уж говорить про нашего сына.

– Не надо, – вернув на место привставшую, но так и не открывшую глаз сеньору Солер, произнес я, оставляя быстрый поцелуй на ее губах. – Я сам. Отдыхай.

Я успел заметить слабую улыбку, прежде чем Анна отвернулась, поджав под себя подушку. Видимо, вчерашний вечер и ночь достаточно измотали ее. И я испытывал нечто сродни гордости за то, что приложил к этому руку.

И не только руку.

– Доброе утро! – поздоровался я с сыном, прикрывая за собой дверь. – Мама еще спит. Давай не будем ей мешать?

Алекс стоял посреди комнаты в одной пижаме, прижимал к себе плюшевого зайца и смотрел на меня так, словно увидел того самого деда Мороза, о котором он упоминал в первую нашу встречу. Я понимал, что для детского разума сложно вот так сразу принять тот факт, что я ночевал вместе с ним и его мамой, поэтому я просто стоял и улыбался, давая сыну возможность самому сделать какие-то выводы.

– Пап? – неуверенно произнес Александр и потер кулаком глаза. – Ты что, спал у нас?

Я кивнул и подошел ближе. Алекс на миг перевел взгляд в сторону двери за моей спиной и снова посмотрел на меня, но теперь куда более задумчиво.

– Ты спал с мамой? – убил меня своей непосредственностью прямой детский вопрос.

– Да, – слегка смутившись, ответил я и опустился на корточки рядом с сыном. Он разговаривал со мной серьезно, и я решил ответить ему тем же. – Ты против?

Мои слова заставили Александра задуматься. Он поджал губы и нахмурил брови, выражая разом и недовольство, и занятость анализом новой информации, а потом выдал:

– Мама спит со мной, потому что она меня любит. Но тебя она тоже любит, поэтому будет честно, если она будет спать и с тобой. Иногда.

Такие простые слова, а сколько эмоций они вызывали! Я и сам знал, что именно испытывала ко мне Анна, но получать подтверждение от кого-то еще было невероятно приятно.

Особенно от своего сына.

– Спасибо, – улыбнулся я, потрепав Алекса по волосам. – Так чем мы с тобой займемся, пока мама отдыхает?

Меня разбудил запах кофе.

Он осторожно проникал в комнату, давая разуму неторопливо осознать изменения в обстановке. Сначала – едва уловимый, горьковатый, обволакивающий. Потом гуще, настойчивее, пока не стало ясно: это не сон.

Я приоткрыла глаза. За окном не было привычного полумрака, а сквозь щель в шторах пробивалась узкая полоса света. Сколько же я спала?

Резко сев, я почувствовала, как одеяло сползает вниз по обнаженной коже. И только от этого ощущения – коснувшегося тела воздуха – я вспомнила, что именно вчера произошло.

И счастливо улыбнулась.

Диего все решил за нас двоих, но я была ему за это благодарна. Когда бы у меня хватило смелости самой поцеловать его так, чтобы оказаться в итоге в постели? Вероятно, после полбутылки вина, если не больше.

Зато теперь я не сомневалась, что у нас все получится. С амнезией или без, а чувства – они есть, они – живые. И не только с моей стороны.

Воспоминания о прошлой ночи возникли перед глазами, вынуждая меня упасть обратно на подушку. Каждый поцелуй, каждое объятие отпечатались на подкорке почти так же, как и наша первая близость с Диего. Забавно, что вторая «первая» произошла так же – в номере отеля.

Настойчивый аромат кофе вновь проник в легкие, заставляя организм метаться между желанием еще немного понежится в постели, окутанной ароматом нашей с Ди страсти, и удовлетворением базовых утренних потребностей. Не только в горячем напитке и завтраке, но и приветственном поцелуе от любимого мужчины.

Двух любимых мужчин.

Одежду пришлось собирать по всей комнате, но я лишь продолжала глупо улыбаться – и когда натягивала на себя белье, и когда ныряла в сорочку, и даже пока затягивала пояс халата. А дальше всего несколько шагов, тихонько приоткрытая дверь, и моему взгляду предстала самая чудесная картина на свете.

Диего и Алекс сидели на полу у дивана, обложившись листами бумаги и цветными карандашами. Но не рисовали – они говорили. На испанском.

Рядом на столике теснились тарелки с остатками завтрака и чашка кофе, оставленная, видимо, для меня. Но я сразу же забыла о еде, стоило только понять, что Ди поправляет нашему сыну произношение.

Это выглядело… забавно. Диего произносил какое-то сложное слово, Александр – повторял его, стараясь спародировать манеру отца. Получилось не сразу, но старший Солер терпеливо повторял, на этот раз медленнее, и они пробовали снова.

Я не стала им мешать: прижалась плечом к дверному проходу и смотрела. Именно так я и представляла нашу с Ди совместную жизнь когда-то давно, только отельные стены оставалось сменить на стены нашего дома. Но, кажется, думать об этом было еще слишком рано.

– Мама! – спустя несколько минут заметил меня сын.

Алекс подскочил на ноги, подлетел и обнял меня так крепко, словно мы не виделись целую неделю, а не одну ночь.

– А мы с папой занимаемся! – сразу же сообщил мне малыш, пока я обнимала его в ответ. – У меня уже получается! Вот, смотри: sacapuntas[1]!

Последнее слово Саша произнес по слогам, но без единой фонетической ошибки. Словно испанский – его родной язык.

– Ты умница, – я поцеловала сына в макушку.

– Мне папа помогал! – с гордостью произнес сын и полетел в обратную сторону – к папе.

Диего тоже улыбался – открыто, искренне, счастливо. А потом протягивал руку в мою сторону и пальцами подзывал меня подойти.

А что я? Я – пошла, как пошла бы за ним куда угодно, хоть в жерло вулкана, хоть в морскую пучину.

– Доброе утро, – я собиралась всего лишь поцеловать мужа так же, как поцеловала сына, но у Диего были другие планы: обхватив за талию, он одним рывком утянул меня к себе на колени. И вместо невинного мне достался крайне горячий поцелуй.

– !Hola carino[2]!

И снова улыбка прочно прилипла к моим губам, пока я крепче прижималась к обнаженному мужскому торсу. Вероятно, внезапное пробуждение сына не дало Диего возможности одеться до конца, но я и не думала жаловаться. Я собиралась любоваться.

– Мы заказали тебе завтрак, но он, возможно, остыл, – сообщил мне Ди, неторопливо поглаживая своей широкой ладонью мою спину.

– Тебе стоило меня разбудить, – без претензии проговорила я.

– Ты слишком сладко спала, – тихо ответил Диего, награждая таким взглядом, что мысль вернуться в постель, но на этот раз – вместе с мужем, затрепыхалась с особенной силой.