Чтение онлайн

— Сергей…

— Я буду платить тебе пять тысяч, — прикрываю пальцами спешащий женский рот с тем самым незамедлительным «вотумом недоверия» и какими-нибудь оскорбительными словами, — за ребенка и за вкусный ужин, которым ты будешь, — ухмыляюсь, — каждый запланированный по графику вечер встречать меня.

— Ты должен был понять, что это была разовая акция. У тебя был пустой холодильник, а мой приход носил спонтанный характер. Пришлось импровизировать со Святом и, — прикрывает веки, — немного для себя.

— Я понял, что попробовал остатки. Нет проблем. Это был бесплатный тест! Но теперь все по чесноку, Женя. Я раскушал предложенные яства, плюс этот стол на природе, — короче, мне полностью подходит твоя изысканная кубинская стряпня. И еще…

— Еще?

Затыкаюсь и внимательно рассматриваю ее лицо. Нет, Серый! Стоп-стоп-стоп! На этом с этой чикой все! Найдешь себе, как Леха высказал, «похуже девку» для тепленького траха.

— Я забылся, — усмехаюсь и шумно выдыхаю. — Фух! Просто сбился со счета. Все! Конечно, все!

Она замолкает, затем зачем-то дует на волнистую макушку Свята, и наконец-то смотрит мне в глаза:

— Мне нужны деньги, Сергей. Возможно, тебе этого не понять, а я не умею объяснять, хоть и преподаватель, но у меня есть цель…

— Это же прекрасно!

— Не перебивай, пожалуйста, — как будто упрекает.

Делаю серьезное лицо и моргаю в знак того, что готов внимательно все слушать.

— Я намерена достичь ее. И потом…

— Могу спросить? — исподлобья, тихонько задаю вопрос. — Пока далеко от темы не ушла.

— Да-да.

— Цель какая?

— Мне нужна научная степень по специальности и устойчивое положение в педагогическом обществе, я хочу работать на кафедре твоей матери и…

Какая женская и очень нежная цель у чики! А замуж, дети, муж-бродяга, крепкий тыл, уютный дом?

— Жень…

— У меня здесь из близких только бабушка, это мама моей матери. Мама с братьями на Кубе, в Гаване. Там еще отец. А ба… В общем, она, — выразительно сглатывает и гладит маленькую тыковку рукой, — не ходит, передвигается в инвалидном кресле, находится под наблюдением сиделки и… Меня. Иногда… Боже! У нее недавно ноги отказали — преклонный возраст, плюс общее состояние, хронические неприятные болячки, да еще я. Но бабулечка в здравом уме, и она очень переживает за все, за все — за то, что в мире происходит и за меня. А это значит, что я не могу подвести ее. Просто не имею права.

— Женя, такса — ровно пять тысяч и плюс строгое исполнение нашей договоренности. Ты согласна присматривать за Святом?

— Готовить ужин? И кормить тебя?

— Последнее по желанию! — подмигиваю ей.

— Да, — накручивает шелковистый волос мелкого, принюхивается к его головке, прикрывает глаза и целует пацана в макушку. — Он такой прикольный! Скажи, а?

Прикольный? Это же маленький ребенок! Чужой, к тому же! У нее, видимо, проблемы с привязанностью или это бабская игра, и она, как женщина, показывает мне, мол, смотри, как я люблю детей, я вся такая положительная, хорошая, я истинная царица-мать — возьми меня.

— Он смешной, — придвигаюсь ближе к ней своим лицом, — и очень целеустремленный братец. На Ксюху острый глаз свой положил, Лешка еще наплачется с этой мини одалиской.

— Да? — распахивает глаза и пытается отстраниться от меня. Прихватываю ее за шею и подтягиваю назад.

— Не бойся меня. Ты все время дергаешься, словно я инопланетянин, а не рядовой мужик. Куда сейчас собралась?

— Это…

— Куда потом? — не слушаю ее ответ.

— Потом?

— После этой вылазки на природу, — точнее формулирую и никуда ее не отпускаю.

Мне кажется… Я все ближе, ближе, ближе… Твою мать! Словно я не слышу, что она говорит, а как глухонемой, только по ее губам читаю. Это какой-то долбаный гипноз! Она, по-видимому, тоже ведьма, как и ХельСми брата.

— К бабушке, — она шипит и все равно оттягивается назад. — Сергей… Сергей…

Я смаргиваю и отклоняюсь:

— Извини меня.

— Му-у-у, — Свят упирается в мою грудь ручонками, а ножками толкается в живот, — я-я-я-я.

— Ты слишком напираешь, — Женя шепчет.

Ерзаю и двигаюсь задницей назад. Что вытворяю? С какой целью? Брат завел или она своей блаженной целью довела?

— Пойду пройдусь, пожалуй, — срываюсь с гамака.

— Сергей…

— Лежите-отдыхайте. К бабушке когда?

Не глядя на часы мне отвечает:

— В половину шестого. Мне нужно еще кое-что купить…

— Я подвезу тебя.

Отворачиваюсь от нее и тут же натыкаюсь на хищный братский взгляд. Кивком головы показываю Лехе, мол, чего ему на хрен надо от меня, а он в ответ зыркает глазами и говорит:

— Не смей, Сережа, — шепчет губами… Но я ведь музыкант с прекрасным слухом, да к тому же не дурак.

Отрицательно мотаю головой и, почесывая и так взъерошенный затылок, убираюсь с этой райской поляны куда-нибудь в сосновую чащу погулять…

— Здесь? — медленно подруливаю под подъезд многоэтажного дома.

— Да-да, спасибо. Дальше я сама.

— Тяжелые сумки, Женя. Ты подцепишь на себя Свята, а я твои баулы дотяну на нужный этаж. Без возражений, — отстегиваю свой ремень и моргаю мелкому. — Брат!

— А-а-а!

— Пора на выход. Поедешь с комфортом на женских руках. Надо помочь, Свят. Давай-давай.

Мальчишка лыбится и швыряет мне в лицо резиновую игрушку.

— Ну, шалопай, — отмахиваюсь от нее. — Женя…

Она застыла на переднем сидении и внимательно разглядывает меня.

— Это лишнее, Сергей.

— А как же… Дай Бог памяти… Как ты там утром завернула спросонья? «Пра-ви-ла при-ли-чия». Ты очень слабенькая женщина, а я сильный мужчина. У «женщины» был, как обычно, грандиозный поход в продуктовый магазин, а значит, этот вынужденный, рядом с ней, «мужчина» обязан дотянуть ее кошелки до указанного места назначения. Так что… Вперед, чикуита!

Не спуская с меня глаз, кубиночка отстегивает свой ремень безопасности, а затем все-таки вынужденно смотрит вниз при выходе из салона машины.

Перегибаюсь через свое кресло к мальчишке:

— Свят, не подведи меня, — шепчу бойцу и отщелкиваю его страховочные лямки. — Ты должен джентльменом показать себя. Там наверху очень пожилая чика, поэтому никаких истерик — зашел, увидел, подмигнул и покорил. Это, братец, исключительно для дела! Для дела! Как понял?

Пацан хохочет и шустро бьет ногами.