Чтение онлайн

Царап даже почти понадеялся, что он и правда сейчас дотащит ее до сестры, извинится, и все.

Он поднялся за ковшиком и взмолился всем известным богам сразу, чтобы больше ему с этой идиоткой встречаться не пришлось. Чтоб вышло отделаться парой синяков и мороженым.

«Придурок», — злорадно хмыкнул папаша, — «когда это боги нашу семейку слушали».

«Слушали», — возразил Кода, — «И делали наоборот».

К чести Царапа, он почти смог их проигнорировать. Только чуть дрогнули руки. Совсем немного Макари на замызганные штаны расплескал. Считай постирал забесплатно.

Развопилась.

И Коди в голове мерзко заржал еще.

Вот ведь… Царап обреченно рассматривал веснушчатое лицо девчонки, даже не пытаясь вслушиваться в ее вопли… Как будто у него мало головной боли. Еще одна.

И тоже ничего приятного ему не скажет.

Макари вдруг бросила взгляд ему на лицо. Осеклась. Взяла из рук ковшик, не глядя на задравшийся рукав.

— Но вообще, — она отвернулась, и добавила тихо-тихо, Царапу даже показалось сначала, что он ослышался, — спасибо.

И жадно приникла к ковшу.

И впервые за этот долгий день и внутри головы Царапа, и снаружи, настала мягкая, блаженная тишина.

— О, смотри, Джанни, — Патрик ткнул рукой в сторону окна, — пришло, пришло пугало твое ненаглядное. Кстати, Майра тебе говорила, что хочет ужин парами?

Джавин подняла взгляд от бумаг, повернулась всем телом, помахала двумя руками, чувствуя, как губы неудержимо расползаются в широченной улыбке.

— Мда, — Патрик проследил за ней скептически, — Кстати, Майра тебе говорила, что хочет ужин парами? Она сказала, что это первых из бесконечных твоих шансов наконец дать на него посмотреть. Между нами, у нее кончается терпение.

Джавин, все так же улыбаясь, повернулась к столу.

Краешком этой улыбки зацепило начальничка, проходившего мимо. Он был слишком молод, и поставлен сюда был отнюдь не за опыт и заслуги, а скорее за то, что в его жилах текла кровь племянника лорда, и мало что понимал в людях, хотя и прилежно учился, всему новому удивляясь, как трепетная пансионерка. Вот и сейчас он дернулся, неловко взмахнул рукой и чуть не уронил кофе со стола Патрика на колени Макари, девчонке-тифлингу.

Девчонка мигнула, на мгновение сместившись вправо и позволив кофе пролиться мимо нее.

Она состояла на учете как телепортистка и как раз пришла отмечаться.

Джавин с каменным спокойствием вернулась к работе. Не объяснять же этому мелкому дураку, как приятно бывает впервые за много-много лет завести парня, которого подруга сама зовет на свидание парами, а не забрасывает солью от порога с воплем «я думала ты еще месяц назад выгнала из дома эту двуличную нечисть».

Хотя Син из всех ее парней ближе всех будет к формальному определению нечисти…

— Да, — важно сказал Патрик побледневшему начальничку, — Джанни умеет улыбаться. А Макари отличный телепортатор, с каждым годом все лучше.

Макари довольно улыбнулась, продемонстрировав всем желающим зияющую дырку на месте правого клыка. Лорденок побледнел еще сильнее.

Джавин смилостивилась.

— Вы что-то хотели, господин Бдыкинэ?

— Нет-нет, — юноша смущенно втянул голову в плечи, точь-в-точь испуганная черепашка, — изви… в смысле, продолжайте работу, офицер.

И поспешно ретировался в кабинет.

Стражники проводили его скептическими взглядами.

Сержант Дакинс поднялся, легко подхватив кипу бумаг.

— Мерол, Хилдин, вечерний патруль, — приказал он, — Ховард, ты сегодня в шахты. Патрик, сколько вдове Лаш еще ждать в коридоре?

— Ко мне Макари пришла отметиться…

— Вот и отмечай, хватит лясы точить. Джавин…

— Я в больницу. — Джавин кивнула на паренька, сидящего перед ней, — его сам Как-его-эль послал.

— Светлейший Эйханиэль, — поправил мальчишка, и поднял на Джавин цепкий взгляд голубых глаз.

Одет он был как последний уличный побродяжка, которому посчастливилось недавно постираться. Плотная рубаха, серая от долгой носки, все равно была слишком легкой одеждой для промозглого осеннего вечера. Уже почти зима, так и до воспаления легких недалеко. Джавин с трудом подавила желание укутать его в какой-нибудь шарф.

Мальчишка ей очень импонировал, что-то в нем было такое, почти неуловимое, но скорее хорошее, чем плохое.

На его ношеных штанах было столько разноцветных заплат, что Джавин заподозрила, что мальчишка с Синосу грабили одни и те же пугала.

И движения у него были… правильные. Бродяжьи. Он и на стуле для посетителей сидел, сгорбив плечи, уронив подбородок вперед, картинно бросив руки ладонями вверх на колени: ничего не трогаю, пустые карманы, пришел сам.

В общем, в его историю Джавин почти верила: шел-шел за заработками, повезло — в больнице оказалось место санитара. Там его и отмыли, вон, мылом на травах несет чуть ли не сильнее, чем от Синосу в первый день знакомства.

И табаком. Сейчас он ничего не жевал, но едва заметные движения нижней губой выдавали привычку.

В больнице же его и причесали…

Нестриженые русые волосы закрывали уши, мягкими прядями щекотали шею и все время лезли мальчишке в глаза.

И вот это-то и не сходилось. Настоящие уличные побродяжки стриглись коротко. Чтобы не донимали вши. Мало кто тратился на специальный артефакт защиты. Разве что спереть…

Когда успел обрасти?

Джавин отмахнулся от этой мысли. Не ее дело. Парень… Как там его…

Она поудобнее подвинула бланк, повертела в пальцах перьевую ручку.

— Имя?

— Царап. Но я же не сам пришел! У нас там в больнице…

И тут парень осекся, едва заметно дрогнул головой — будто в последний момент не обернулся на оклик.

Джавин на всякий случай посмотрела ему за спину. Нет, только Мерол с Хилдином снаряжаются у шкафчиков, слишком далеко, чтобы что-то слышать. И уж тем более они стали бы мальчишку звать.

— Мне нужно заполнить бланк заявления перед тем, как пойти в больницу, — от голоса Джавин парень снова вздрогнул, глубоко вздохнул, и с таким вниманием уставился ей на кончик носа, что у Джавин невольно дернулась щека, — так что опиши ситуацию, будь добр.