Чтение онлайн

— Да, просто в голове до сих пор не укладывается, она выдохнула. Он видел во мне только силу, Вальтер. Только инструмент.

Она поцеловала меня в щеку . Затем она уткнулась лбом в мое плечо, и я почувствовал, как она обмякла в моих руках.

— Он признался, что не любил меня никогда, прошептала она так тихо, словно стыдилась этого.

Кровь закипела. Если бы этот старик был сейчас здесь, я бы перегрыз ему глотку, не раздумывая. Сжать ее сильнее, защитить, спрятать от всего мира — вот единственное, чего я хотел. Моя рука почти инстинктивно опустилась на ее живот, накрывая то место, где под сердцем Мишель теплилась наша общая жизнь. Наша надежда.

Мишель накрыла мою ладонь своей. Ее пальцы переплелись с моими.

– Нельзя было тебя пускать к нему, только хуже сделал, я выругался, злясь. Мишель едва заметно улыбнулась, поцеловав меня.

– Нет, мне нужно было посмотреть ему в глаза, чтобы окончательно убедиться в том, что я для него ничего не значила, грустно сказала она мне.

Мишель сильнее сжала мою ладонь на животе, пытаясь успокоить меня.

— Я его уже так люблю, Вальтер, она подняла на меня взгляд, полный горького недоумения.

— Я чувствую его. Каждую частичку. И я не могу представить, как можно не любить своего ребенка? Как можно использовать его, как вещь?

Я смотрел в ее лицо, и во мне поднималась волна первобытной, сокрушительной нежности.

— Наш ребенок будет самым любимым, я произнес это как клятву, вкладывая в каждое слово всю свою силу.

— Он никогда не узнает, что такое холод в глазах родителя. Он никогда не усомнится в нашей любви. Я обещаю тебе это, Мишель.

Она улыбнулась и прижалась ко мне всем телом.

Экипаж остановился.

Верстроф.

Здесь каждый камень, каждое дерево подчинялось моей воле.

Мишель тяжело вздохнула, и этот звук, полный усталости и пережитого стресса, резанул меня по сердцу. Я не дал ей даже шанса потянуться к дверце. Одним движением я подхватил её на руки, прижимая к своей груди так бережно.

Когда я спрыгнул на землю. Стая уже ждала. Я чувствовал их взгляды: смесь благоговения, преданности и легкого трепета. Моя аура, теперь тяжелая и осязаемая, расходилась от меня волнами, заставляя даже самых смелых воинов инстинктивно пригибать головы.

Я осторожно поставил Мишель на ноги, но тут же переплел наши пальцы, накрывая её ладонь своей. Моя охрана склонилась в едином порыве, признавая не только своего Альфу, но и ту, кто стояла рядом со мной. Здесь она была в безопасности. Здесь я был законом и правосудием.

Мы двинулись к воротам. Она не пряталась за моей спиной, нет. Она гордо вскинула подбородок, её плечи расправились, а в глазах, несмотря на остатки теней, зажегся огонь достоинства.

Отец ждал нас на ступенях. Он стоял, скрестив руки на груди, и в его мудрых, глазах я прочел то, что искал всю жизнь: безусловную гордость. Он почувствовал мою новую силу еще до того, как мы вошли в ворота.

Заметив нас, он широко улыбнулся. Мишель сжала мою ладонь так сильно, но взгляда не отвела. Я притянул её ближе к своему боку, давая понять всем и каждому: она — часть меня.

Отец усмехнулся своей фирменной усмешкой и шагнул навстречу, протягивая руку.

— Долго ехали, его голос рокотал. Думал, уже не дождусь.

Его взгляд, острый и проницательный, переместился на Мишель. Я почувствовал, как защитный инстинкт внутри меня вздыбился шерстью, но тут же успокоился — я знал своего отца. Он видел её насквозь: её чистоту, её боль и ту невероятную силу, что позволила ей выстоять.

— Вот значит какая у меня невестка, протянул он, и в его интонации не было ни капли сомнения, только теплое одобрение.

Я сжал руку Мишель еще крепче, транслируя ей через прикосновение свою уверенность и любовь.

— Добро пожаловать, милая, отец склонил голову в знак уважения, чего почти никогда не делал перед чужаками.

— Долго же я ждал тебя в этом доме.

Мишель коротко усмехнулась. Она посмотрела на меня — и в этом взгляде было всё.

— Я тоже очень рада нашей встрече, произнесла Мишель.

Отец коротко, одобрительно рассмеялся, но этот смех вдруг оборвался. Я видел, как его ноздри едва заметно дрогнули. Воздух вокруг нас был пропитан ароматом моей пары, но в нем появилось нечто новое — едва уловимый запах новой жизни, который мог почувствовать только оборотень его силы.

Его взгляд мгновенно опустился к её животу, а затем, резкий и ошеломленный, метнулся ко мне. Я не смог сдержать торжествующей, почти хищной усмешки и едва заметно кивнул. В глазах старого волка что-то дрогнуло. Весь его грозный вид на мгновение осыпался, обнажая чистый, первобытный восторг. Он не просто не ожидал — он даже мечтать не смел, что так скоро станет дедом, что наш род продолжится так быстро .

— Это правда? — голос отца стал хриплым, он указал жестом на её живот, словно боялся спугнуть это чудо.

Ладонь Мишель легла на еще плоский живот — защитный, нежный жест, от которого у меня внутри всё перевернулось от любви.

— Да, она улыбнулась. Мы ждем ребенка.

Отец издал какой-то гортанный звук, среднее между рыком и вздохом, и в следующий миг он уже обнимал Мишель. Он прижал её к себе бережно, безмолвно признавая в ней не просто мою женщину, а часть нашей семьи.

Я выдохнул. Огромный камень, который я даже не замечал, свалился с моих плеч. Одобрение отца было важно, но в глубине души я знал: если бы он её не принял, я бы не раздумывая швырнул свою корону к его ногам и ушел с ней в неизвестность. Мой титул, моя власть — всё это не стоило и одного её волоска. Но видеть их вместе было высшим благословением.

— Я стану дедом, пробормотал он, отстранившись и не сводя глаз с моей ведьмы. Как же долго я этого ждал, дочка.

Слово «дочка» повисло в воздухе, окончательно закрепив её статус.

— А я ведь думал, он обернулся ко мне, и в его глазах блеснули слезы гордости, — что этот упрямец до конца дней будет только мечом махать да о границах думать. Спасибо тебе, Мишель, что появилась в его жизни.

Я лишь усмехнулся, чувствуя, как внутри разливается тепло. Но это было еще не всё. Я сделал знак рукой, приказывая слугам открыть двери бокового флигеля.

— Вальтер ты куда?.. — Мишель вопросительно посмотрела на меня, но тут же замерла.

Из дома буквально вылетели две фигуры. Эдгар и Делия, которых я тайно перевез в Верстроф, неслись к нам. Делия что-то кричала на ходу, её лицо было залито слезами радости.

Мишель не верила своим глазам. Она перевела взгляд на меня вновь, и в её зрачках отразился такой шквал благодарности и шока, что у меня перехватило дыхание.

— Это правда они, спросила она, взяв мою руку. Поцеловал ее ладонь, пригладив ее щеку.