Чтение онлайн

Я затаила дыхание, слушая прерывистый, тяжелый рокот в груди Вальтера за моей спиной. Он не спал. Стоило мне шевельнуться и обернуться, как я тут же утонула в расплавленном золоте его глаз.

В этом взгляде было всё: и нежность, и дикое, первобытное пламя страсти, которое не смогла унять даже бурная ночь. Я замерла, боясь разрушить это хрупкое очарование нашего первого совместного утра.

Я медленно подняла руку и коснулась его щеки, ощущая кончиками пальцев жесткую щетину. Вальтер с тихим вздохом прикрыл глаза, подставляясь под мою ладонь, как большой, опасный зверь, который только в моих руках становился ручным.

— Я так и не смог сомкнуть глаз, прохрипел он, и этот звук заставил всё внутри меня сладко сжаться.

— Всю ночь я просто смотрел на тебя. Слушал твое дыхание, то, как ты тихонько сопишь во сне. Как ты непроизвольно жмешься ко мне, зарываясь носом в мое плечо в поисках тепла, которого я так долго тебя лишал.

Он перехватил мою ладонь и начал покрывать её горячими, жадными поцелуями — каждый пальчик, каждый миллиметр кожи, будто клянясь в верности.

— Ты боялся? — спросила я шепотом, глядя прямо в его израненную душу. Боялся, что когда откроешь глаза, меня снова не будет рядом?

Его брови тут же сошлись у переносицы, а челюсти плотно сжались. Взгляд потемнел, становясь почти грозовым.

— Да, честно признался он, и в этом коротком слове было столько выстраданной правды.

— Поэтому я охранял твой сон. Впитывал тебя, каждую черточку твоего лица. Ты такая хрупкая, когда спишь, но я-то знаю, какая волевая натура скрыта внутри. Моя ведьма.

Я не выдержала этой пронзительной близости и сама потянулась к его губам, вкладывая в поцелуй всю ту любовь, которую хранила вопреки всему.

— Я же сказал, что теперь не выпущу тебя из рук, даже если весь мир пойдет прахом, зарычал он в мои губы, его поцелуй из нежного мгновенно превратился в требовательный и властный.

— Ненасытный, со смехом выдохнула я, отвечая на его настойчивые ласки, чувствуя, как вновь разгорается пожар.

Вальтер резко отстранился. Его ладони, теперь жестко и серьезно обхватили мое лицо. В глазах, еще секунду назад полных страсти, вспыхнули недобрые, холодные огоньки. Атмосфера в комнате мгновенно изменилась, став тяжелой и колючей.

— Твоего отца я не тронул, Мишель, его голос стал сухим. Он жив. И я оставляю его судьбу тебе. Ты сама решишь, как он закончит свои дни. Как посчитаешь нужным, так и будет.

Я похолодела. Слова ударили в самую грудь, выбивая воздух. По спине пополз липкий, первобытный страх, а перед глазами поплыли тяжелые образы прошлого. Моя рука, всё еще лежавшая на его плече, непроизвольно дрогнула и сжалась в кулак.

Я судорожно зажмурилась, пытаясь унять неистово колотящееся сердце. Образ отца — человека, который должен был быть моей опорой, но стал моим палачом, — всплыл перед глазами, принося с собой привкус пепла и старых обид. Прошлое вцепилось в меня холодными костлявыми пальцами, напоминая о каждой несправедливости, о каждом предательстве.

Наконец я заставила себя открыть глаза. Взгляд Вальтера, тяжелый и обжигающий, не отпускал меня ни на секунду.

— Я хочу увидеть его, голос мой дрогнул, но прозвучал отчетливо.

Вальтер оскалился. В этом движении не было радости — лишь глухое, хищное недовольство. Я видела, как перекатываются желваки под его кожей, как напряжены его могучие плечи. Он хотел бы стереть этого человека из истории, вычеркнуть само упоминание о нем, но он чувствовал мою потребность — потребность поставить точку в этой главе моей жизни.

— Одевайся, коротко бросил он.

Прежде чем я успела коснуться ногами холодного пола, Вальтер подхватил меня на руки. Его сила была пугающей и одновременно дарила невероятное чувство защищенности.

Когда он поставил меня на ноги, я начала натягивать платье, но пальцы дрожали так сильно, что я едва справлялась с застежками. В голове роились мысли: смогу ли я выдержать его взгляд? Не рассыплюсь ли я на куски перед тем, кто годами ломал мою волю?

Но стоило мне почувствовать за спиной жаркое дыхание Вальтера, его незримое, но ощутимое присутствие, как страх начал отступать, сменяясь холодной решимостью. Я была безгранично благодарна ему за этот жест — за то, что он дал право выбора мне.

Путь к темницам казался бесконечным. Мы спускались всё ниже, туда, где пахло сыростью, плесенью и застарелым отчаянием. Каждый шаг отдавался гулким эхом в каменных сводах.

— Я зайду с тобой, грозно прорычал Вальтер, когда стражник открыл тяжелую железную дверь. В его голосе вибрировала нескрываемая угроза.

Я до боли сжала его ладонь, ища опоры. В тусклом свете факелов я увидела его. Отец. Человек, лишивший меня дома и любви. На мгновение я замерла, оглушенная волной боли, которая поднялась из самых глубин души. Это была не просто обида.

Увидев меня, отец преобразился. В его глазах вспыхнуло безумие, он вскочил, бросаясь к решетке, и цепи на его запястьях жалобно звякнули.

— Дрянь продажная! Волчья шлюха! — выплюнул он мне в лицо. Эти слова, пропитанные ядом, ударили наотмашь, заставляя меня пошатнуться.

Вальтер среагировал мгновенно. С утробным, звериным рыком он шагнул вперед и с такой силой ударил кулаком по прутьям решетки, что металл зазвенел на всю темницу. Отец отшатнулся, едва не упав, и в его глазах на мгновение мелькнул первобытный ужас перед разъяренным хищником.

— Следи за своим гнилым языком, старик, если хочешь дожить до заката, прохрипел Вальтер.

Но отец, подгоняемый злобой, уже не мог остановиться. Он нервно, захлебываясь, рассмеялся, обнажая желтые зубы.

— Родного отца упекла за решетку ради чего? Чтобы лечь под волка? Ты опозорила наш род, Мишель! Ты — ничтожество!

Мои кулаки сжимаются до белизны в костяшках. Гнев, чистый и яростный, начал вытеснять страх. Я больше не была той испуганной девочкой.

Я медленно повернулась к Вальтеру. Его лицо было маской ярости, челюсти сцеплены так сильно.

— Вальтер оставь нас, тихо, но твердо произнесла я.

Он посмотрел на меня сверху вниз, в его глазах борются два чувства: желание защитить и необходимость подчиниться моей воле. Он оскалился.

Напряжение между нами достигло предела. Наконец он подался вперед и запечатлел на моем лбу долгий, обжигающий поцелуй.

Не говоря ни слова, он развернулся и вышел, оставив меня один на один с призраком моего прошлого. Дверь захлопнулась, и тишина в темнице стала оглушительной. Теперь здесь была только я и человек, которого я когда-то называла отцом.