Чтение онлайн

— Еще и подружку привела. Надо же! — поразился он. — Она у тебя с приветом?

— Это вы с приветом! — задетая его тоном, выпалила Эсфирь. — По какому праву…

— Тссс! — Он обернулся и, хитро сощурившись, приложил палец к губам.

А потом обошел кругом Пелагею, которая застыла с березой в обнимку. Трижды обошел, сканируя ее изучающим взглядом, что-то себе в уме прикидывая и хмыкая время от времени.

— Точно. Та самая. И как я сразу тебя не признал? Наверное, дело в платье. Запутывает, отваживает посторонних, отражает порчу. Ох уж этот эльф! Ох и ловкач!

Прижавшись щекой к прохладной коре березы, Пелагея приоткрыла левый глаз.

— А что не так с платьем? И кто вы такой?

— Второй вопрос стоило задать в самом начале, — усмехнулся Вершитель. — Я вроде как твой создатель. Вернул тебя, можно сказать, с того света. Но тебе не стоит заморачиваться. Живи, как живешь. А вот насчет платья… Сейчас сама поймешь, что с ним не так.

Он достал из кармана шаровар мешочек с рассыпчатым содержимым.

— Держи. Мой тебе подарок. Семена березы. Прорастут где угодно, хоть на голом камне.

— Что, правда? — Пелагея отлепилась от дерева и доверчиво приблизилась к дарителю.

— Так берешь или нет? — Улыбка Вершителя стала напоминать оскал.

Эсфирь за его спиной сделала страшные глаза:

"Нет, не бери! Ни в коем случае не принимай от него дары! Если примешь, будешь ему должна. А уж что должна, это он сам решит".

Почему, ох, ну почему Эсфирь не предупредила ее заранее?

Пелагея перед соблазном не устояла, выхватила у Вершителя мешочек и по старой привычке попыталась запихнуть его в карман. Безуспешно. Вот зараза этот куратор! Нарочно заказал для нее платье без единого кармашка!

Тут выходило одно из двух: либо эльф терпеть не мог карманы, либо ненавидел Пелагею. Что ж, придется нести семена в руках.

— Наведывайся почаще, — сказала Эсфирь, выйдя с ней на крыльцо. — Мне уже дали понять: я здесь подневольная. Так что провожу тебя до ближайшей тропинки и вернусь обратно. И знаешь что, зря ты взяла семена. Если из них что-нибудь путное вырастет, то не исключено, что тебе придется отдать Вершителю нечто ценное. Очень ценное, понимаешь?

— По-моему, ты преувеличиваешь, — сказала Пелагея. — Это ведь всего лишь семена. А ты? Что мешает тебе уйти?

— Вершитель оказал мне одну услугу, и теперь я должна учиться у него, чтобы стать преемницей, если однажды он исчезнет.

— Загадками изъясняешься, — вздохнула Пелагея. — О, а вот и тропинка! Тогда дальше я, пожалуй, сама.

Они прошли по снегу всего ничего, а месяц уже высветил между ёлок довольно широкую тропу, едва припорошенную снегом. Откуда она, спрашивается, взялась?

Пелагея понятия не имела, что буквально пять минут назад эту тропу вытоптало стадо оленей. Что олени пронеслись сквозь чащу со скоростью света и за их рога цеплялось разномастное лесное зверьё, а гонку сопровождали полчища пятнистых сов.

Подруги не знали, откуда взялась тропа, поэтому простились с лёгким сердцем и пообещали друг другу не теряться ни в пространстве, ни перед теми, кто на полголовы выше и на полторы тысячи лет старше.

Глава 15. Будешь жить со мной

Пелагея двинулась по тропе — и у природы тут же слетели тормоза. Мир сошел с ума. Он встал на дыбы и пустился вскачь, резвым таким галопом. Мимо проносились луны и созвездия, отовсюду слышались шорохи, шепотки и странная лёгкая дробь — будто горох высыпается из дырявого мешка.

Вокруг Пелагеи, не задевая, выли вьюги, росли сугробы, скакали олени с чудн ы ми ветвистыми рогами, вились стаи ворон. А она шла наедине с собственным шоком. По тропе, лишь слегка присыпанной снегом. И никак не могла взять в толк, что вообще происходит.

Пелагея терялась в догадках ровно до того момента, пока на нее не напали. Снова. В который уже раз?

Кто-то толкнул ее сзади, опрокинул на землю, навалился — и давай душить. Предыдущая попытка удушения окончилась провалом, а киллер, видимо, не располагал фантазией касательно способов убийства. Яды — это раз, грубая физическая сила — это два. В самом деле, неужели хозяин боится доверить ему оружие?

Пелагея хрипела, пыталась отцепить от своего горла узловатые пальцы и всячески отбивалась. У нее стремительно темнело в глазах. Из лёгких так же стремительно улетучивался воздух. Что, вот теперь — всё? Точно всё? И никто не придет на помощь?

Она не рассталась с надеждой — и правильно сделала. Из метели, как из-за театрального занавеса, выпрыгнул долгожданный актёр в парчовом шлафроке и с кинжалом в руке. Он точными движениями несколько раз всадил в киллера клинок, и убийца страшно завопил — скорее всего, только чтобы внимание отвлечь. После чего, несмотря на раны, ринулся наутёк, размахивая руками, как плетьми.

Ли Тэ Ри бросился за ним в погоню. А Пелагея села, подтянула колени к груди и обхватила себя за плечи. Она отделалась испугом и синяками на шее. Могло бы быть куда хуже.

Когда куратор вернулся, ее ресницы заиндевели, щёки разрумянились, нос покраснел. А сама она медленно, но верно проваливалась в сон.

— Вставай, глупая! Вставай, кому говорят! Нельзя на морозе спать! Да и как тебя угораздило? Перстень что, из строя вышел?

Он сбросил в сугроб киллера в маске лося, которого до сих пор тащил на спине, сомкнул пальцы у Пелагеи на запястье и попытался поставить ее на ноги. Ноги вели себя довольно сомнительно. На таких если и удержишься, то очень недолго.

— Горе ж ты луковое! — простонал Ли Тэ Ри. — Не хватало с тобой потом возиться… Лечебными отварами отпаивать…

Он без всяких церемоний обхватил Пелагею за пояс, чтобы она не вздумала прилечь на снегу. Закусил губу, сузил свои восхитительные глаза. И другой, свободной рукой принялся выводить в воздухе серебристые узоры — давно забытое эльфийское мастерство сооружать приспособления из подручных средств.

В данном случае подручными средствами служили ёлки. И палки. Ну а что? Лес и без того густой, его не убудет.

Быстроходные сани выстроились в момент. Сгрузив на скамейку Пелагею, а потом и обезвреженную Марионетку, куратор залез в сани сам и силой мысли запряг парочку скучающих оленей, которые ошивались тут почем зря.

Олени быстро сообразили, что от них требуется, и понесли — сквозь пургу, в обход буреломов. Всё быстрее и быстрее — к главному штабу Организации Управления Чудесами.

Ли Тэ Ри не сразу заметил, что его преследуют. За санями, отделившись от древесного ствола, гналась светящаяся синяя закорючка — самонаводящийся снаряд, очередной иероглиф, который Марионетка успела оставить перед нападением на Пелагею.