Чтение онлайн

Эндан никогда не понимал, почему его всё время сравнивали с вампирами, толи за вампирскую внешность (бледная кожа, зелёные глаза, чёрные волосы, только длинных клыков не хватало), толи за очень дружественные отношения с вампирами.

– Леди Сегреда, Вы сегодня выглядите потрясающе как и всегда, – сказал Сандро, обнимая жену Эндана.

– Спасибо на добром слове Сандро, – ответила Сегреда.

Пока все здоровались, Джарвис вручал подарки от семейства Саркиных.

– Так этот деревянный меч малышу Загроту… Этот браслет тебе Сегреда… А вот эти сапоги из кожи грызбока 7 тебе Эндан.

– Из кожи грызбока? – с удивлением спросил Эндан. – Но ведь охота на грызбока запрещена! Где вы их достали.

– А в лавке одного наёмника. Кажется, его зовут Скидр… или Скипр… в общем как-то так, – задумчиво отвечал Сандро. – Он торгует запрещенными товарами на улицах Магграда, ну мы у него и купили. Правда Джарвис предлагал воспользоваться моим служебным положением и конфисковать вещи, но я решил, что злоупотреблять им не стоит. К тому же потратить деньги раз в год на нужную другу вещь, не такая уж и плохая идея.

– Но ведь вещи из кожи грызбока хороши в затяжное путешествие, где может и не быть даже самой мизерной цивилизации, – проговорил Эндан.

– Или же в длительной войне, – спокойно сказал Сандро. – Ты ведь не думал, что Илдур оставит тебя в стороне.

После последних слов Сандро на лице у Сегреды вдруг пробежал мимолётный испуг, и, поняв, что намечается рабочий разговор, она взяла ребёнка на руки и понесла к уже натянутому шатру. Когда Сегреда с Загротом отошла, Сандро продолжил.

– Ты же ведь прекрасно понимал, что появление Убийцы с армией на западе Басмунда 8 напугает Илдура, и тот решит действовать. И, конечно, ему понадобится кудесник, что сможет поймать опасного преступника или же даже убьёт, что, по мнению Илдура, ещё лучше. А такими вещами у нас сейчас только ты занимаешься.

Эндан вздохнул и закрыл глаза. Конечно, он понимал, что рано или поздно Совет Магии прикажет ему пойти на новое самоубийственное дело, и понимал, что Убийцей предстоит заниматься именно ему, но он ожидал этот приказ на пару месяцев позже, когда армия непосредственно ступит уже на землю людей, а не когда она топчется на территории южных орков 9 .

– И когда они придут за мной? – спросил Эндан.

– Со дня на день.

Эндан ещё раз ненадолго замолк, а потом произнёс:

– Ну, сегодня же выходной у всех, а значит, явиться они не могут, так что предлагаю забыть на время о работе и постараться перепить мертвецов.

В то же самое время в небольшой беседке у лесного ручья отдыхал величайший кудесник трёх планет чудесфор 10 Шуалтыш. Ему всегда нравилось слушать пение птиц в начале лета, оно привносило какое-то спокойствие в его душу, помогало отвлечься от дел Совета Магии и просто напоминало, что он ещё жив. Но зачастую магистру просто не хватало времени насладиться неспешностью и размеренностью природы, на дела совета и школы магии, в которой он был несменным директором, тратилось очень много сил, порой ему даже не хватало времени на личное увлечение, на перевод старинных текстов и древних заклинаний. Однако магистр Шуалтыш даже не думал об уходе на пенсию, уж точно не во времена правления Илдура, человека, который даже не догадывался, куда он ведёт кудесников, город Магград да и всю страну.

Магистр давно перестал праздновать Пуна-Вэймар, но не потому, что потерял удовольствие от торжества или же перестал верить в Госпожу Удачу, в неё он никогда не верил, он просто знал, что она есть; а потому, что отмечать праздник было уже не с кем. Все кого магистр любил, все, кого он считал друзьями, все погибли множество лет назад, могущественный чудесфор даже уже успел потерять счёт времени со смерти последнего близкого ему человека, так давно это было. Единственные, кто у него остались, были его ученики и слуги, да и те умирали так быстро, что стоило только закрыть магистру глаза, как их уже не было рядом. Много раз Шуалтыш старался перестать привязываться к людям, появляющимся в его жизни, чтобы не испытывать боль потерь снова и снова, но достичь этого уровня безразличия ему так и не удалось. Но день празднования Пуна-Вэймара, несмотря на одиночество и горечь потерь, доставляло ему некое удовольствие, ведь именно в этот день он мог насладиться природой, не отвлекаясь на посторонние дела. Но, к сожалению, это был не тот случай.

И вот, сидя в беседке, и, слушая пение птиц, грохот ручья и шелест листвы, магистр Шултыш даже не заметил прихода юного гостя. Это был Канок, сын конюха, работающего на чудесфора, и подобная ситуация ввела мальчика в ступор. За все девять лет, что прожил мальчик в этом имении, а это без малого вся его жизнь, магистр никогда не засыпал, сидя где-то, и всегда знал, что к нему сейчас кто-то подойдёт, поэтому всегда здоровался первым. Чтобы привлечь к себе внимание и не навлечь на себя гнев магистра за беспокойство, а магистр не любил, когда его кто-то отрывал от привычного распорядка дня, особенно в Пуна-Вэймар, Канок решил тихонько постучать и также тихо начать разговор.

– Извините, что отвлекаю магистр Шуалтыш…

На большинство существ магистр бы рассердился за нарушение его успокоительных процедур, но Канок к этому большинству никогда не относился. Старческое лицо магистра улыбнулось мальчику, а глаза стали на редкость добрыми.

– А, Канок, я не услышал, как ты идёшь. Наверное, слишком глубоко погрузился в природу, – говорил магистр. – Надо контролировать себя, когда так делаешь, а не то однажды можешь просто не вернуться. Да, видимо я начинаю терять концентрацию, старею…

Магистр закрыл глаза, и Каноку представилось, что ещё немного и старый чудесфор улетит далеко-далеко, даже не попрощавшись. Любому же другому человеку, находящемуся рядом и не знавшего привычек старого магистра, могло показаться, что у старика стало всё совсем плохо с памятью. Но оба варианта были ошибочны, магистр ничего не забывал и уж точно никуда не собирался улетать, его бы сердце этого бы точно не пережило, он просто снова словил себя на осознании того, насколько он стар, и от этого ему становилось только хуже. Старость – это вторая проблема всех людей (первая это те болезни, которые приходят вместе с ней), никто не хочет стареть, а признавать свою старость тем более.

Но вскоре магистр снова вернулся и продолжил говорить:

– Ну, давай, Канок, говори, что у тебя там. Вряд ли же ты пробежал через всё имение в выходной, чтоб просто поговорить со стариком.

Канок, ничего не ответив, протянул магистру почтовый свиток с эмблемой Совета Магии и, ожидая худшего, отошёл за одну из колонн беседки. От магистра данный поступок Канока не скрылся, и потому, сразу догадываясь о теме свитка, постарался отреагировать максимально спокойно.

Прочитав содержимое свитка несколько раз, магистр понял, что история начинается на пару дней раньше ожидаемого и это несомненна была плохая новость, потому что он не успел ещё всё до конца подготовить.

– Что ж мы перешли к последним главам книги Насмучиса, и как же долго я этого ждал, – сказал магистр, а затем посмотрел на Канока. – Канок, ты сейчас сбегай в библиотеку и возьми третий том Насмучиса, он стоит на пятой полке седьмого шкафа слева от входа, и принеси его ко мне в подвал, перечитаю на досуге. А позже отправь письмо под номером пять Астралу, пусть будет готов.

И, закончив говорить, магистр Шуалтыш в последний раз вдохнул аромат летней природы и направился к своему особняку.