Чтение онлайн

У него был такой растерянный вид, что я вдруг осознала, как нелепо звучат мои слова. Как я вообще могла поверить в подобный бред? Как могла накручивать им себя целый месяц? Стало так стыдно, что слезы, уже пару минут рвавшиеся наружу, все-таки брызнули из глаз. Я закрыла лицо руками и некрасиво всхлипнула.

Я все еще прижимала ладони к горящим щекам, когда почувствовала, как Норман подошел ко мне и осторожно обнял за плечи, легонько прижав к себе, погладил по голове, словно пытался успокоить маленького неразумного ребенка. Наверное, именно таким ребенком я ему сейчас и казалась. Я опустила руки и уткнулась носом в его плечо. От профессора едва ощутимо пахло чем-то мятным и цитрусовым. Наверное, подобное поведение со стороны преподавателя должно было меня смутить, объятия малознакомого, но довольно привлекательного, как я считала теперь, мужчины — вызвать дрожь во всем теле. Но все случилось с точностью до наоборот. Его прикосновения в одно мгновение уняли нервную дрожь. Ни одной мысли о том, что он мой преподаватель и не должен меня обнимать, не промелькнуло в голове. Я бесстыдно наслаждалась внезапно возникшим чувством защищенности, которого мне так не хватало с момента разговора с легионером.

— Просто вы единственный, кто отнесся ко мне здесь по-человечески, — сквозь слезы попыталась объяснить я, боясь лишний раз пошевелиться и разрушить прекрасное мгновение. Мне так не хотелось, чтобы оно заканчивалось. — А потом оказалось, что вы носите маску и, возможно, скрываетесь от легионеров. И я не знала, что думать. Мне стало страшно.

— И вы решили, что я убийца и хочу вас убить? — невозмутимо уточнил он. Я судорожно кивнула. — Вам самой такая глупость не могла прийти в голову. Кто вас надоумил? Не говорите, я сам угадаю. Ротт?

Я снова молча кивнула и шмыгнула носом. Норман процедил сквозь зубы что-то наверняка очень нецензурное, поскольку амулет-переводчик не стал это переводить.

— Поэтому вы решили переспать с Нотом? Мол, была не была, хоть погуляю напоследок? — Его тон прозвучал так комично, что я против воли рассмеялась. И отрицательно помотала головой.

— Не собиралась я с ним спать, — обиженно заявила я и снова шмыгнула носом.

— И на том спасибо.

— Пожалуйста.

Теперь рассмеялся и он тоже. И выпустил из объятий. Я разочарованно вздохнула и принялась вытирать слезы.

— Таня, посмотрите на меня, — попросил Норман. Как бы стыдно мне ни было, я подчинилась и встретилась с ним взглядом. — Я не могу сказать вам, кто я. Да вы все равно не поймете. Но я клянусь вам — собственной жизнью клянусь, — что никогда, ни при каких обстоятельствах я не причиню вам вреда. Я не скрываюсь от закона, я не совершал преступлений. Мне нечем это доказать. Могу дать вам лишь мое слово.

Я не могла оторвать взгляд от его глаз. Прозрачно-серые, они сейчас не выглядели холодными. И лицо у него все-таки никакое не отталкивающее. Интересно, какое оно на самом деле?

— Мне этого достаточно. Простите меня, профессор Норман.

— За что?

— За то, что я думала о вас. За то, как я себя вела, и за все, что я вам сейчас наговорила. Я такая дура.

— Вы просто молоды. — Это прозвучало без осуждения, скорее с сожалением, как будто моя молодость его по какой-то причине огорчала.

Он улыбнулся. Как обычно, едва уловимо. В какой-то момент мне даже показалось, что он качнулся вперед, словно собирался приблизить лицо к моему, но в следующее мгновение уже отошел на шаг назад и будничным тоном, словно ничего не произошло, предложил:

— Помочь вам с сумками?

Стоя перед большим зеркалом в нашей с Хильдой комнате в общежитии, я резво повернулась вокруг своей оси. Наверное, уже в десятый раз, но я ничего не могла с собой поделать. Мне безумно нравилось, как длинная легкая юбка разлетается при этом в стороны. В покое шелковая ткань изумрудно-зеленого цвета тоже выглядела красиво, но в движении она летела по воздуху, поднималась красивым воланом, и выглядело это, на мой взгляд, волшебно.

Более плотный лиф платья крепко обхватывал верхнюю часть тела, подчеркивая каждый его изгиб. V-образный вырез выглядел довольно целомудренно, демонстрируя ключицы и опускаясь до ложбинки на груди, но скрывая от посторонних взглядов все самое интересное. Полное отсутствие рукавов гарантировало свободу движений. Я влюбилась в это платье, еще увидев его на вешалке, за красивый цвет, а едва надев в магазине, сразу поняла, что оно сшито для меня. Помимо того, что платье идеально садилось на мою фигуру и было одновременно красивым, элегантным и удобным, оно еще прекрасно сочеталось с изумрудом на перстне, который я так и продолжала носить, и оттеняло глаза, благодаря ему казавшиеся более зелеными.

— Смотри, чтобы голова не закружилась, — усмехнулась Хильда, глядя на меня.

Ей пришлось смириться с тем, что в этот раз мини-юбка с мини-топом не подойдут, поэтому подруга выбрала платье небесно-голубого цвета без бретелей. Как и у меня, оно состояло из плотно облегающего верха и расклешенного низа. Только ткань верха тоньше, а юбка хоть и позволяла делать широкий шаг, что необходимо для некоторых танцев, но при вращении в стороны не разлеталась.

— А я как раз не против, чтобы у меня сегодня кружилась голова, — призналась я.

После разговора с Норманом, за который мне до сих пор было стыдно, у меня словно гора с плеч свалилась. Оставшиеся три недели до бала я буквально порхала, как бабочка. Новые заклинания на занятиях давались легко, тексты учебников усваивались с первого прочтения, по утрам на занятия я вскакивала бодрая и полная сил, настроение неизменно оставалось на верхней отметке.

Уже не испытывая страха, я все же поинтересовалась у библиотекаря подшивками газет и даже спросила, как искать статьи по интересующей меня теме. На его вопрос, какие именно темы меня могут заинтересовать, я сослалась на интерес к светским сплетням и моде. Он презрительно фыркнул, но нужному заклятию научил. Оно оказалось почти таким же удобным, как и запрос в «Гугле».

Всего одного вечера мне хватило, чтобы найти интересующую меня информацию и про погибших девушек, и про монархистов. Гибель первой Покинувшей прошла почти незаметно, о ней вспомнили только тогда, когда погибли две другие. Но, судя по прочитанным мной статьям, ни в одном из случаев Легион не нашел следов злого умысла. Оказалось, что легионеры умеют определять, был ли человек убит или погиб в результате несчастного случая, даже не изучая тело. А поскольку признаков насильственной смерти они не обнаружили, то и инициировать расследование не стали.

С лидером монархической группировки все оказалось не так просто. Ротт не упомянул ни имени, ни псевдонима, и понять, кого именно он имел в виду, оказалось непросто. Ровно двенадцать лет назад ничего такого не произошло, зато девять лет назад Легион действительно накрыл крупную группировку. Ушел только лидер, остальных арестовали. Геллерт Ротт как раз очень поднялся на том деле. Из простого легионера он стал помощником старшего легионера столицы, поскольку именно благодаря его героическим действиям смогли взять всех членов группировки. Еще через четыре года он занял пост своего начальника, погибшего при исполнении. Видимо, желание найти лидера той группировки стало для него своего рода навязчивой идеей. Возможно, потому он так прицепился к Норману, хотя появление того не совсем совпадало по времени.