Чтение онлайн

Они будто чувствуют и… боятся. Он ещё не появился, но они уже напрягаются, словно знают, что это их конец.

Пятно взрывается живой, бушующей тьмой.

Дэмиан появляется из чёрного провала, как хищник, выпрыгивающий из засады. Его глаза горят лихорадочным блеском, на лице застыло опасное, дикое выражение, он готов рвать и метать, уничтожать тех, кто поспел на меня напасть. Тьма клубится вокруг него, хлещет, как щупальца, сметая всё на своём пути.

За ним из портала появляется магистр Корден. Я даже на мгновение теряюсь. Мортиан в боевом режиме выглядит не так, как обычно. Никакой расслабленности, никакой ленивой усмешки. Только холодная, расчётливая ярость. Его руки охвачены алым пламенем, и он сразу начинает бросать огненные шары в сущностей.

Следом вваливаются драконы.

Арден – первым, золотой, сверкающий, с распахнутыми крыльями, от которых по залу разносится сияние, болезненное для этих созданий тьмы. Кайрен и Элориан – по бокам, молчаливые, смертоносные, каждый со своей стихией.

– Ничего себе, – выдыхает Лика, прижимаясь ко мне.

– Да тут целый драконий подряд за нами явился, – соглашаюсь я, не в силах отвести взгляд. – Эффектно.

Арден взмывает в воздух, оказываясь над сущностями. Его магия света разливается волнами, ослепительными, почти невыносимыми для глаз. Там, куда падает этот свет, сущности шипят, плавятся, распадаются на куски, будто их бьёт прямым солнечным лучом.

Выглядит это эпично.

– Это… это необычная магия для дракона, – шепчу я, и не могу скрыть своего восхищения в голосе. – Магия света! Это… поразительно просто.

– Я думала, драконы – это огонь, – отвечает Лика, чуть ли не притоптывая от этого зрелищного боя.

Нам только попкорна не хватает. Это действительно впечатляет. И мне даже почти уже не страшно. Самую малость. Просто что могут сущности против такой мощи? Да ничего.

– Видимо, он особенный, – пожимаю плечами я.

Это же Арден Сайр. Он… всегда должен быть особенным. Даже в своей магии – позёр, каких поискать. Если бы у него была огненная магия – это было бы слишком банально для него. Такие рождены чтобы блистать.

Как будто услышав меня, Арден делает в воздухе изящный пируэт, и волна света расходится от него кругами, зачищая пространство вокруг. Даже в бою он не упускает возможности покрасоваться.

– Твой дракон – шоумен, – замечает Лика со смешком. – Но выглядит круто!

– Он не мой, – хмыкаю я. – Но да. Шоумен ещё тот. И согласна с тобой на все сто.

Кайрен и Элориан держатся ближе к земле. Они тоже поражают сущности одну за другой. Борются в паре, эффективно. Каждое движение отточено, будто они много-много лет тренируются в боях вместе. Кайрен работает ветром и льдом. Я вижу, как острые ледяные копья вонзаются в тела сущностей, разрывая их на части. Тело Элориана покрыто бронзовой чешуёй, и он таранит врагов, разбрасывая их в стороны, как камни на побережье.

Но Дэмиан…

Дэмиан страшен.

Я сосредотачиваюсь на нём и понимаю, что он… поглощает этих чудовищ. Чёрная тьма, что клубится вокруг него, протягивается к ближайшей твари, обвивает её, впивается в неё, и та просто… исчезает. Она растворяется прямо на глазах и сливается с его магией, становится её частью.

Его глаза горят бездной. Он будто бы сейчас не совсем он. Он голодный, неутолимый. Я вдруг понимаю, что смотрю не на человека. Я смотрю на того, кто скрывается под маской. На монстра, которого боится он сам.

Как такое возможно? Я теряюсь. Не знаю, что и думать.

Кого же я полюбила? Кого он носит в себе? Что представляет собой его тьма?

Я перевожу взгляд на его шрам. Сейчас он не такой, как выглядит обычно. Не бледные полосы от ключицы вниз к животу. Мне прекрасно его видно, потому что кто-то успел полоснуть его рубаху. Шрам… пульсирует тем же чёрным светом, что и его магия. Будто в нём бьётся второе сердце.

– Эри… – голос Лики дрожит. – Твой магистр… Эверхарт их ест.

– Я вижу, – отвечаю я тихо. – Но зато это работает. Ничего страшного. Его магия просто обладает специфическими… вкусовыми предпочтениями.

И надеюсь, что ему не станет от этого плохо. Я просто не представляю, что с ним сейчас творится. Лишь бы это всё не обернулось в итоге для него кошмаром.

Сущности начинают отступать. Их ряды редеют под натиском магии Кордена, драконьего трио и этой чёрной, всепожирающей тьмы. Я чувствую, как моя магия внутри пульсирует в такт его действиям, будто она подпевает ему, поддерживает, радуется каждому поглощённому врагу.

– Ура! Мы побеждаем, – выдыхает Лика.

Кокон вокруг нас истончается. Моя магия, чувствуя, что опасность миновала, начинает успокаиваться, втягиваться обратно, и я позволяю ей. Мы выходим из защиты, и я делаю шаг к Дэмиану.

Он стоит в центре зала, тяжело дыша, его грудь вздымается, глаза всё ещё горят, но уже не так ярко. Он принимает свой обычный человеческий вид. Он снова приходит в себя. Тьма вокруг него успокаивается, сворачивается у ног послушным псом. Он поворачивается ко мне.

Наши глаза встречаются.

– Эллария, – выдыхает он с облегчением.

И тут из тени, из последнего нерассеявшегося сгустка тьмы, прямо за спиной Эверхарта, выныривает сущность. Маленькая, юркая. Она крадётся бесшумно, и никто – ни Корден, ни драконы, ни даже сам Дэмиан – её не замечает. А я вижу. Но понимаю, что не успею добраться до неё.

Ни я, ни моя магия. Поэтому я делаю единственное, что могу в этой ситуации. Я кричу.

– Сзади! Нет, сзади, Дэм!

Он начинает оборачиваться, но слишком поздно.

Длинный, чёрный коготь, с неестественно вытянутым лезвием входит ему в бок. Прошивает его насквозь. Тело Дэмиана содрогается от удара.

– Нет! – кричу я и бросаюсь вперёд.

Моя магия вырывается из меня со всей силы, со всей отчаянной, безумной скоростью. Она врезается в сущность, отбрасывает её, разрывает на части, испепеляет, не оставляя даже тени. Но мой магистр уже падает на колени.

– Дэмиан!

Он заваливается на спину. Я падаю рядом с ним на колени, хватаю его за плечи, прижимаю к себе. Вокруг нас что-то происходит, но я не слушаю, не реагирую, я вся сосредоточена на нём.

Нет, он выживет! Он не может покинуть меня. Боги, пожалуйста!

– Не смей умирать, – шепчу я. – Слышишь? Не смей. Я тебя не отпущу.

Кабинет ректора Маркуса Лестера огромен. Прямо под стать своему хозяину. Высокие потолки, массивная дубовая мебель, стены, увешанные портретами бывших глав академии. Сам ректор сидит за столом, положив руки на столешницу. Его яркие голубые глаза сосредоточены на мне. Чёрные волосы убраны в низкий хвост, на лице написано напряжение, которое он и не пытается скрывать.