Чтение онлайн

«Зато я смогу всласть и без подозрений потренировать собственные заклинания. Ну, из унаследованного куцего списка. Причем с прикрытием, практически безопасно. Никаких подозрений: мнение Аристона ниже того, что у него есть сейчас, упасть не сможет в принципе. Так что… спасибо Колхида за царский подгон».

— Вы не будете надевать доспехи, наставник?

Тренер вышел спустя каких-то четверть часа, в шлеме, с копьем-трезубцем, зеркальным щитом начищенной меди и забавным доспехом с рельефом мужского тела. Жаль, женщин воительниц не имелось как устойчивой структуры ни в этом государстве, ни в его реальном аналоге — античной Греции. Он бы посмотрел на такой доспех, только с женской анатомией.

Все это время, пока коллега облачался в броню гигачада, Медей так и простоял напротив двери. Он с благостным, расслабленным предвкушением перебирал доступные реципиенту заклинания или некоторые возможные эксперименты. Выходило не то, чтобы густо, однако для проверки хватит, даже через край.

— Ах, какие доспехи? Разве не сказал ментор Алексиас: «доблестью моей облекаюсь»? Вы доверили прикрыть спину железу, я же — доверяю ее коллеге и другу, — он изобразил самую мерзкую, самую лицемерную, самую широкую и слащавую улыбку.

Аристон чуть не заплакал. На шрамированной роже тоска и обращенные к небу мольбы смотрелись просто уморительно. Надо почаще его доставать. Желательно, в наиболее безопасной обстановке. Плевать на смерть или нет, боль Медей сильнее любить не стал.

«Да-а, теперь защищай меня от смерти. Ведь если я умру или серьезно покалечусь, то репутация Академии нехило так пострадает. И твой любимый ментор будет очень, ОЧЕНЬ разочарован».

— Никто не сомневается в вашей доблести, наставник Медей, — кажется, он даже отсюда различил скрип его зубов, — однако выходить на монстров в хитоне не совсем разумно. Может быть вы все же найдете для себя удобную защиту? Например, среди моего личного арсенала…

О, как же несчастный воин ненавидел себя за эти слова. Однако Медей рассчитал все верно: защита отродья стояла на первом месте ради репутации Академии. Они не смогли бы найти достойной замены за остаток недели. За месяц или даже три — тоже сомнительно. Хотя бы из-за чернильных процедур, сомнительных клятв и общего нежелания нормальных, востребованных волшебников поднять жопу с насиженного места.

«Вот и гадай, кому из нас Колхида подгадила больше. Вероятно, все же мне. Если водонагреватель будет защищать меня слишком много и часто, то не справится нормально с заданием, а там данный косяк подошьют в папочку с моим делом. Несколько косяков — и вотум недоверия в конце учебного года. А летом найти нормального наставника проще, хотя поднапрячься все равно придется. Неплохо, рыжуля, совсем неплохо».

— Ну раз вы настаиваете…

Глаза коллеги начали бешено вращаться.

Медей не стал дразнить гусей еще сильнее: сделать болезненную или грязную, но неопасную подлянку все еще возможно, лучше не доводить тренера до греха. Поэтому он надел лишь льняную броню, линоторакс, зачарованную на противостояние всяким косвенным или слабым ударам: инстинктивные проклятия монстров, контактный яд, удары вскользь и прочие легкие неприятности.

А против тяжелых его не защитит никакой доспех: запинают, перекроют кислород или зальют в щели кислоту. Хорошо, если кислоту. Здешние твари такие выдумщики.

У самого отродья валялся в загашнике похожий линоторакс. Проблема в том, что зачарование на нем изнашивалось от каждого попадания, да и в целом доспех лучше от использования не становился. Починить его проблематично: чаще выкидывали и покупали новый.

— Можете захватить себе меч по руке, — с более смиренным вздохом сказал Аристон.

— Ах, думаю, я не настолько хорош на мечах, как наш уважаемый наставник по боевой подготовке, — он взялся за рукоять и тут же выронил клинок.

Меч зазвенел по мозаичной плитке, а коллега снова начал багроветь.

«Расстреляй меня Ринго Сталин, в этот раз даже не специально. Какого черта оружие такое тяжелое? Он им бицуху качает или врагам глотки режет? Судя по его роже, ни то, ни другое. А, нахрен меч, споткнусь еще и сдохну. Возьму кинжал, раз нет моего любимого гранатомета „Муха“. Эх, теперь никто не поймет, если я скажу: „прихлопнул, как Мухой“. Хотя-я-я, все еще можно назвать пса Мухтаром и шутка проканает. Куда бы только деть трупы учеников?»

Они вышли из замка.

? Не ставьте детей на перила

Не кормите животных ?

Летний Холм.

Небольшая охотничья локация рядом с Академией. Там происходила немалая доля социальных взаимодействий главгероини, там она впервые поцеловалась с мальчиком после изнурительного, тяжелого боя против тварей выше положенного уровня.

И укусила его за губу. Неловкость, которую автор новеллы живописал со всем злорадством социально озлобленного интроверта.

«Хм. Неужели Аристон в одиночку просто не успел зачистить всех опасных для перваков страхолюдин? И надо ли ему тогда помогать? Ну, если бы отродье могло иметь отличную от нуля боевую ценность».

Медей удивленно замер сразу за порогом Академии, раскрыл рот в непритворном удивлении, потому что

Краски этого мира сияли ярче. В Академии — сумрачном, готическом месте с магическими светильниками и изможденными лицами это не чувствовалось настолько сильно. Стоило выйти на улицу, как Медей встал в ступор от сенсорного шока. Иконописно-голубое небо, мягкое, гипнотически приятное солнце, запах цветущей зелени, плодовых деревьев парковой территории, первых цветов. Все чересчур, напоказ, с выкрученной до предела графикой.

Очередное напоминание местной нереальности.

Катись к черту, выдуманный мир. Если желание неизвестного Демиурга — заставить его изменить историю, то пусть подотрется авторскими листами. Он продолжил путь после недовольного окрика Аристона.

Летний холм появился с внезапностью скримера.

Вот они идут по цветущей пасторали, а вот деревья и травы зеленеют хищными, кислотными окрасами внизу, бликуют кронами, когда сверху открывается вид на далекие крестьянские поля.

А дальше события понеслись вскачь.

Не успело их маленькое товарищество согнуться в низком старте перед пробежкой за веселыми приключениями, как целый сонм уродливых тварей поспешил пристроиться к ним сзади.

— Ау-у-ум-м

— Эа-А-а-м

— Хом, хом. ХОМ!

Олени. Нет, лоси. Нет, говнина, похожая на огромных парнокопытных гомосеков с рядом акульих зубов, плотной коричневой шкурой и остро заточенными копытами.

Они поднялись на ноги, выскочили из-за высокой травы, ринулись на вторженцев стремительной иноходью.