Чтение онлайн

Правду говорят, что мысли умных людей часто идут в схожем направлении.

Немного подумав, Андрей Петрович предложил: -Заселяйтесь в имение Чайкиных. Дом, конечно, за городом, но не далеко, пешком дойти. Это даже лучше, что за городом. Может быть не всю мебель вынесли и не так много поломали. На месте уже будет точно видно.

– Что ещё за Чайкины?

– Один из наших местных аристократических домов в Каменске. Раньше они сильны были, даже то ли один, то ли два архимага из рода Чайкиных вышли, но то совсем давно. Род выдохся. Кто остался – в магии понимали не сильно больше простых людей. Последний Чайкин работал чиновником в мэрии. Вот вместе с другими чиновниками и сбежал.

– Куда сбежал?
– поинтересовался я.
– Заграницу или к этому вашему генералу Комелю?

– Думаю к генералу, -решил Андрей Петрович: -Кому он там заграницей нужен? Да и не настолько он был богат, чтобы в других королевствах нормально устроится. Род выдохся. Сокровища предков, какие были, давно потрачены. Имение вот неплохое имелось, да только землю с собой в кармане не унесёшь.

– Добро. Скажите только как к этому имению добраться.

– Вот, Глинка проводит, -явно обрадовался нашему уходу смотритель.

– Я?
– удивился тот. Потом встретился с насмешливым взглядом Маши и снова попытался распустить перья: -А что, и провожу! Почему бы не проводить дорогих гостей из самой столицы! Тем более, это, народ должен во всём помогать народной власти, так говорил Вершитель?

На самом деле не совсем так, но не спорить же здесь и сейчас.

– Благодарю, товарищ, твоя помощь будет оценена по достоинству. Любой поступок: к добру или к худу, будет тщательно запротоколирован, взвешен и учтён. Ничто не будет напрасно, -пообещал я ему.

Кажется, Глинку мои слова не очень-то обрадовали. Ну и ладно. Я вообще приехал сюда чтобы как следует разворошить местный муравейник. А то развели у себя бандитов, да ещё какого-то недоделанного генерала на шею повесили и теперь сидят бедные, мучаются. Значит нам и придётся их спасать. А знаете, что самое главное в спасении утопающих? То, что это дело рук самих утопающих. Я такой плакат видел на массовых купаниях, которые каждое лето в столице устраивали на чудинских прудах. Очень правильная мысль. И, самое главное, что с революцией и сменой старой прогнившей власти на новую народную – всё абсолютно тоже самое.

Спасение утопающих - дело рук самих утопающих.

А нам, нам в первую очередь нужно будет найти единомышленников, на кого мы могли бы здесь опереться и начать с ними работать.

Но то дело хоть и ближайшего, однако всё равно будущего. Сейчас же мы едем на извозчике которого поймал Глинка, предварительно уточнив есть ли у нас деньги, чтобы этому самому извозчику заплатить? Деньги были, что порадовало и нас самих и извозчика, а больше всех самого Глинку, которому не пришлось тратить личные средства.

Сидя на продавленных сиденьях, сложив вещи в багажное отделение, но самые важные держа при себе, мы двигались через город Каменск наслаждаясь его провинциальными видами. Цветущая сирень и дикие яблони словно соревновались между собой наполняя улицы белыми и фиолетовыми лепестками. Волны запахов плыли как слоённый пирог, и мы прорывались через них слой за слоем. Одуряющей яблоневый запах сменяется резким ароматическим шлейфом цветущей сирени и затем снова яблони, а потом снова сирень.

Успевшее подняться по лестнице небосклона солнце прогнало утренние тучи, светило ласково и мягко. Пока мы ехали прямо, солнечный зайчик какое-то время лежал у меня на руке согревая её, заставляя думать всякую ерунду о том, что весна – время цветов, время любви. Но вот извозчик свернул в сторону. Солнечный зайчик пропал с моей руки и также пропало сонное провинциальное очарование. Вдалеке послышались отрывистые, резкие звуки очень сильно напоминающие выстрелы из ручных пищалей. Где-то близко, может быть прямо на соседней улице, кто-то закричал, однако крик подозрительно быстро оборвался. Прежде чем я успел сориентироваться и приказать остановиться, извозчик успел отъехать и возвращаться уже не имело смысла.

Нет, Каменск только притворялся, причём не слишком успешно, тихим провинциальным городком. Однако, под тонким покровом внешней добропорядочности здесь кипят нешуточные страсти. Бандиты или кто там стрелял, не стеснялись действовать даже в середине дня чувствовали себя хозяевами в городе. Запуганный давлением и угрозами физической расправы ревсовет самораспустился, буквально вручив власть над городом и его жителями в руки бандитов. Не удивлюсь если здесь уже начались войны банд за территорию и ресурсы, и мы как раз слышали сейчас звуки одного из сражений этой необъявленной войны.

Поймав встревоженный взгляд Глыка я успокаивающе кивнул помощнику. Ситуация, конечно, сложная. Но нас сюда и прислали, чтобы мы тут разрешили все имеющиеся сложности, не так ли?

Выехав за пределы города извозчик повёз нас мимо полей и крестьянских домишек. Ехать было и вправду недалеко так как вскоре показались сломанные ворота в частично развалившейся стене, собранной из дикого камня. Проехав в имевшийся проём и объехав валяющуюся прямо на дороге одну створку выломанных ворот (второй, кстати, нигде не было видно) извозчик привёз нас к большому, хотя и обветшалому, трёхэтажному дому поострённому из красного кирпича, впрочем несколько тронутого временем и небрежным отношением прежних хозяев.

– Бывшее имение рода Чайкиных, -объявил молчавший всю дорогу Глинка словно был экскурсоводом.
– Сим вынужденно оставляю вас так как дела железнодорожные не ждут, а Петровичу сложно справляться со всем одним. Однако по первому зову готов…

– Езжай уже, -посоветовал я ему.
– А если сам захочешь вступить в милицию или в новый ревсовет, или кто другой у вас там захочет, то приезжай и пусть приезжают сюда завтра. Поговорим, посмотрим. Каждому найдём дело и применение сообразно его способностям.

Глинка в ответ только криво улыбнулся, а извозчик выпучил глаза, видно не зная кого и зачем он вёз и только сейчас догадавшись об этом.

Когда они уехали обратно в Каменск, а мы втроём остались стоять перед заколоченным не струганными досками крест-накрест входом в имение, Глык вполголоса заметил: -Не придёт он, боится.

– И хорошо, что не придёт, -решил я.
– Если в милицию много таких прохиндеев набрать, то это не милиция будет, а ещё одна разбойничья банда, только со звёздами на рукавах. А если в ревсовет подобный прохиндей пролезет, то считай вместо ревсовета у тебя шиш с маслом.

– Так что же?
– подала голос Маша.
– Такие люди революции не нужны? Не для них она делается?

– Нужны, -сказал я.
– Революция – она для всех. И таких вот «Глинок» перевоспитаем, дай только срок.

Амазонка только хмыкнула, но спорить не стала.

– Товарищ Пахучий, -попросил я.
– Будьте так добры: освободите вход.

– Лучше просто Глык, -смутился орк, отрывая доски вместе с заколоченными в них гвоздями.
– У нас, орков, так принято, чтобы просто по имени.

– Хорошо, товарищ Глык, учту на будущее, -пообещал я.
– А пока давайте посмотрим можно тут жить или только переночевать, а завтра другое место искать придётся.