Чтение онлайн

Он отправился бродить по станции, надеясь на удачу. Лабиринт не так уж велик, рано или поздно они с Виктором должны пересечься! Раньше ведь пересекались… Но на сей раз его попытки длились недолго: его перехватил патруль. Мучить дополнительными проверками не стали, просто велели идти домой и не высовываться. Все равно распределителю заданий заниматься нечем, потому что и заданий нет.

Роману пришлось подчиниться. Он вошел в дом, оптимистично допуская, что Виктор ждет его – и уже зная, что не ждет: замок показывал, что последний раз его запирали снаружи. Роман все еще надеялся, но надежда без действия по-своему мучительна. Хочется не ждать на месте, а сделать хоть что-то! Как будто сквозь пальцы утекает все сразу: и время, и жизнь.

Но вариантов не было, он оказался в тупике. Время издевалось над ним, оно замедлилось. Роман, запертый в тесной квартирке, даже не заметил, как день сменился ночью… не то чтобы это имело значение. Он прекрасно знал, что не уснет, энергия переполняла его, она ждала своего часа.

Когда в дверь все-таки постучали, Роман чуть ли не слетел с места, открыл за секунду, надеясь наконец увидеть своего ребенка – а увидел лишь слегка изумленного Скайлара Ллойда.

– Ты что, под дверью поджидал? – хмыкнул Скайлар. Он ко всем, кроме немногих высших, обращался на «ты».

– Нет, я… Я ждал сына.

– На работе подождешь. Собирайся, временно переезжаешь на второй уровень. Поздравляю.

Кто-то другой обрадовался бы на его месте… Да и Роман в иное время только этого и ждал, он не раз подавал запросы на перевод. Но сейчас это принесло лишь новый удар тревоги.

– Это ведь… из-за той истории, да?

– Не нужно болтать, из-за чего это, – отмахнулся Скайлар. – Особенно здесь и со мной. Тебе будет, с кем поговорить!

– Но я не могу уйти, я жду своего сына!

– Младенец сам не выживет?

– Я без него никуда не пойду!

Роман был не из тех, кто склонен к мятежу и протестам. Он считал, что любые конфликты лучше решать мирно и тихо, если надо – уступить, гордыня никому пользы не приносит! Виктор не такой, он характером скорее в мать пошел… Отсюда многие его беды. Поэтому Роман приучился быть смиренным ради них обоих.

Но даже у его терпения есть предел. Роман никогда бы не затеял спор из-за оплаты или привилегий, а вот ради своей семьи мог. Скайлар, должно быть, понял это, он сменил тактику:

– Вы туда-сюда ходить собрались? Не проще ли тебе объединиться с сыном, чем ему тратить время на то, чтобы притащиться сюда и привести престарелого папашу за руку?

– В смысле? – растерялся Роман. – Виктор уже на втором уровне? Но почему?

– Все узнаешь на месте. Идем!

Роман догадывался, зачем он понадобился высшим. Но по этой же причине им не нужен был Виктор: от полицейского в такой ситуации никакого толка, не на втором уровне так точно. Поэтому его могли притащить туда только с одной целью: шантажировать его отца, сделать все, чтобы Роман вел себя правильно и не болтал лишнего.

Пусть будет так. Роман понимал, что это неправильно, и теперь, когда он признал правду, он никогда уже себя не простит. Но он готов был сделать что угодно, лишь бы его сын не пострадал.

Ему не позволили покончить с собой, и это само по себе подпортило впечатление от подвига.

В таких ситуациях нужно действовать быстро и решительно, особо не раздумывая, чтобы страх смерти не успел тебя догнать. Потому что умирать Рино совершенно не хотелось, он просто не видел другого выхода: либо умирает он один и в действии, либо все и в мучительном ожидании.

Ну и конечно, он рассказал про свой план беженцам. Потому что именно кому-то из них предстояло взять на себя руководство, когда он покинет челнок: на Кети надежды нет, а Овуор уже не встанет. Требовалось от этих истеричек немного, всего-то запустить программу автопилота, подготовленную Рино. Однако они решили проявить совсем уж неуместную любознательность:

– А эта программа точно доведет корабль до станции?

– Должна.

– Через такой маршрут?

Что ж, беженцы были не такими тупыми, как хотелось бы… Видимо, среди них остались механики или даже пилоты. Они смогли определить, что челнок оказался в предельно сложной для полетов зоне, да еще и с серьезными повреждениями. Рино не сомневался, что он как раз машину выведет, но… Он же не мог быть везде и сразу!

– Придется рискнуть, – заявил он. – И вообще, я отдаю свою жизнь, имею право!

– Ты и нашими рискуешь!

– У вас что, альтернатива есть?

– Есть, – неожиданно ответил один из беженцев, которого вся их чумазая группа главным назначила. – Ты уже послал на станцию сигнал бедствия, по протоколу они должны прислать ремонтных роботов. Мы дождемся их, а потом ты поднимешь челнок!

– Роботов мы можем не дождаться.

– Так отключи часть защитных полей, чтобы выиграть время!

– Нас без этого кристаллы сожрут.

– Не успеют!

– Они распространятся по всему челноку, при таком уровне заражения нас не пустят на станцию.

– А ты не говори об уровне заражения, – хищно ухмыльнулся беженец. – Мы тебе поможем следить за правильной речью!

Они не позволяли ему выйти не потому, что беспокоились о нем. На жизнь пилота им было плевать, Рино допускал, что они уже приготовились убить его на подлете к станции, когда он станет не так нужен. Но сейчас они хотели уменьшить риск для собственных драгоценных шкур.

Рино не представлял, что вообще можно сделать с этими тупнями. Он мог бы справиться с любым из них, мог бы раскидать группу человек из пяти… а их тут намного больше. К тому же устраивать драку в челноке, который и так еле держится, – сомнительная идея. Но и торчать тут в ожидании нельзя, это смертный приговор для всех!

Рино пытался найти решение, но решения не было. Мозг просто отказывался работать, мысли ползли лениво, будто спотыкаясь друг об друга. Постепенно зрение становилось мутным, перед глазами уже плясали черные точки. Все это было плохо: похоже, он прозевал момент, когда перестала работать система подачи кислорода.

Почему компьютер не предупредил об этом? Рино не представлял, да и не до того ему сейчас было. Он попытался вернуться к панели управления, чтобы понять, что случилось, исправить хоть что-нибудь, если это вообще возможно. Но он ничего не успел: тело подвело его раньше, чем он добрался до своего кресла, и падения на пол он уже не почувствовал.

Проснулся Рино не по собственной воле, а от легкого похлопывания по щекам.

– Вставай! – твердил рядом знакомый голос. – Ну же! Времени совсем мало!