Мальчик по соседству
Шрифт:
– Я сожгу сцепление.
– Нет, не сожжешь. Выжимай сцепление до пола и удерживай тормоз.
Она выполняет это, и дальше мы вместе поворачиваем ключ зажигания.
– Теперь тебе нужно убрать ногу с тормоза и нажать на педаль газа, пока ты будешь отпускать сцепление,- двигатель начинает гудеть, но мы никуда не двигаемся. Я смеюсь. – Уупс…
Мэд пугается буксующей машины.
– О-боже-мой, что я сделала!?
– Я забыл сказать тебе, что машину надо снять с ручника, это все, - я подношу ее руку к ручнику, а пальцы моей левой руки касаются ее бедра.
Тренировка, говорит мое тело.
Не такая, говорит мой мозг.
Я еще раз шевелю пальцами.
– Попробуй еще раз, но не сильно дави на газ.
У нее белеют костяшки, когда она сжимает руль. На этот раз, она слишком быстро отпускает сцепление, но не достаточно давит на газ. Машина дергается вперед, зажимая нас в ремнях безопасности, выбивая меня из сидения, и кидая на нее. Я вновь убираю свою руку с ее ноги.
Она шепчет:
– Прости, я не могу это сделать, Гейб.
– Сколько раз ты упала прежде, чем выполнить аксель?
На ее лице появляется маленькая улыбка.
– Хм, пока я не разбила машину ни разу.
– Кем ты будешь, если сдашься сейчас, потому что это было трудно? Пробуй. Это как будто тебе нужно давить на педаль, балансируя. Отпускай сцепление и в то же время нажимай на газ. Делай это все медленно, пока не останешься только на педали газа.
– Хорошо,- выдыхает она.
– Пробует еще раз.
И машина начинает медленно продвигаться вперед.
– Вот и все, ты едешь!
– Я еду. Я еду!- на радостях, она забывает газовать и машина тормозит, но в этот раз мне не надо ей объяснять, что делать, она справляется сама.
– Давай чуть быстрее.
Она выполняет мой приказ, двигаясь, как улитка по стоянке, находясь все еще на первой передаче, ну ясно, что я без преувеличения, называю ее – улитка.
После она начинает петлять, и я говорю:
– Давай теперь переключимся на вторую. Нажимай на сцепление, передвигай рычаг на вторую позицию, а дальше все так же со сцеплением и газом.
Переход шатковат, но она делает это. Еще немного тренируемся, но уже довольно быстро, Мэд переключается с первой на вторую скорости, как будто она делала это всю свою жизнь.
Мы работаем над рулением и парковкой. Первое время, Мэд паркуется прямо на ограничительную линию, но на второй раз, одним боком попадает между ними, ну а на третий раз, прям в точку.
Она ставит машину на ручник, поворачивается и смотрит на меня.
– Спасибо, Гейб.
– Всегда пожалуйста, - я сжимаю ее руку, даже не думая, что делаю, и только потом, сообразив, я быстро отпускаю ее и смотрю на небо через лобовое стекло – небо с оттенком красноты. Я даже не заметил, как стало поздно.
– Я могу это сделать,- говорит Мэд. Я поворачиваюсь к ней, и она фиксирует свой взгляд на мне. – Все, что мне нужно, это – попробовать.
Я снова отворачиваюсь.
– Мне было страшно, но мне не нужно было бояться. Это не получается сразу. Могу поспорить, я все еще буду делать ошибки. Все иногда делают ошибки.
– Да,- говорю я, смотря в пол машины.
– Хочешь, скажу тебе секрет?
– Да, давай.
– Знаешь, чего я боюсь? Каждый раз, когда я учусь делать новый прыжок. Каждый раз. Это не значит быть бесстрашной, это значит столкнуться лицом к лицу со своими страхами.
– Мэд…
– Поменяй закон жизни. И тот, кто смотрит только в прошлое или настоящее, точно потеряет свое будущее.
– Что?
– Джон. Ф. Кеннеди. Мой папа цитирует. Знаешь… ты можешь попробовать.
Она меняется со мной местами. Мы покидаем парк в тот момент, как ржавое ведро «Рэбит» Криса тянется вверх.
Мэд машет.
– Здесь Крис и Кейт.
Делай или не делай. Не пробуй. Это глупая цитата Йоды, не президента, но в то же время очень правдивая.
– Одна вещь за один раз,- говорю я,- нам лучше уезжать.
Я сползаю вниз по сидению, глупое действие, потому что все и так по машине поймут, что это я и уж точно, Крис с Кейт заметят идиотские помахивания Мэд.
– Наверно приехали посмотреть на закат. Мы можем уезжать, - Мэд смотрит поверх плеч и теряет из виду «Рэбит», потому что я выезжаю на улицу.
Легкий вздох удивления, после которого она хихикает.
– Или нет. Это Миллер Поинт?
– Она ударяет по моей руке. – Я не могу поверить, ты взял мня в Поинт, чтобы учить вождению?!
– Люди меняются.
Мэд перестает смеяться.
– Мда, меняются. Это хорошо?
Я еще не знаю.
– Те, кто смотрит только в настоящее или прошлое, потеряют будущее,- сказал ДФК. Стоит ли из-за нашего с Мэд будущего рисковать карьерой фигуристов?
11
Мэдди
Возвращаясь домой, я пытаюсь дозвониться до папы по фейс тайму, чтобы рассказать об уроке вождения и тесте, но он недоступен. Вместо этого, отправляю ему сообщение по почте и иду к маме в мастерскую. Может быть, я смогу помочь ей: буду отрезать какие-нибудь кусочки, чтобы она быстрее закончила мое платье.
Дверь закрыта и мне не слышно звуков ножниц или швейной машинки; только молчание и суровое шептание.
Я подсматриваю через щель и вижу, что мама сидит за швейным столом, прижав к уху телефон.
– Что мы будем делать с… да, я имею в виду мы… это не справедливо.
С кем она разговаривает? Еще одна «брайдзила» звонит в нерабочие часы?
– У нее тест по переходу в старшую категорию,- говорит мама. Одна ее рука взлетает к лицу и вытирает глаз. – Она как ты, столь же решительная.
Папа. Я улыбаюсь и слушаю следующие слова мамы.
– Я знаю, ты не собираешься отрекаться от нас.
Папа? Отрекаться? И что она имеет в виду под «нас»?
Я бы и дальше подслушивала, но прекрасно понимая, что важнее быть не пойманной, я осторожно делаю шаг назад, чтобы не попасть в поле зрения мамы. И раздается протяжный скрррииипп.
Тупой пол!
– Секундочку,- говорит мама, и окликает:- Мэдди, это ты?
Я выглядываю из-за двери.
– Да. Я просто иду… почистить зубы.