Чтение онлайн

Мэдди

Я вытираю снег с лезвий, когда у меня появляется этот идиотский зуд сзади шее. Я смотрю поверх плеч. Никого. И Гейб уже прошел через двери вестибюля, направляясь к раздевалкам. Я оглядываюсь по кругу, ища свою защиту, и бутылку воды и чувствую дыхание на шее. Это должно быть…

– Крис! Ты гавнюк!
– Я кружусь, пытаясь его увидеть. – Перестань!

Игорь стоит прямо позади меня. Я, должно быть, отошла назад, когда хватала вещи. Если бы он не поднял руку, я бы врезалась прямо в него. У меня вспыхивают щеки.

– Простите.

– Пожалуйста, на пару слов в мой кабинет, Мэделин.

О чем он хочет поговорить? Я пытаюсь прочитать все по его лицу, но я не могу идентифицировать его эмоции. Игорь выглядит холодным и спокойным, в прочем как Гейб и называет его – КГБ. Как всегда. Я следую за ним по южному коридору. У него в кабинете, я сажусь на противоположенный стол, перед ним.

Игорь тянет свой стул к столу, царапая по полу. Он держит руки на рабочем столе.

– Габриель нервничает. Это не может стать проблемой.

– Вы хотите, чтобы я что-то сделала с этим?

Я уже выяснила миллионы способов, как успокоить Гейба, но я думаю, их Игорь не имеет в виду.

– Ты не сказала ему, да?

Игорь сказал держать дополнительные тренировки в секрете.

– Я скажу ему сегодня вечером.

– Нет. Это план. Завтра будем тренироваться. Один тройной выброс, потом четверной.

Темные глаза Игоря застывают на мне, будто он прицеливается.

– Ты не должна говорить Габриелю.

– Вы не хотите, чтобы он знал, что мы собираемся делать еще одну тройку?

– Это единственный способ. Это наш план. Ты поняла?

– Да.

Стул Игоря еще раз царапает цементный пол, и он встает. Я делаю то же самое. Встреча окончена.

***

Гейб не спрашивает, почему я так поздно прихожу машину. Все же, секрет сжигает меня изнутри. Это странно, оба скрывают от него что-то и еще так легко. Конечно, мы с Игорем скрывали ночные тренировки от него месяцами, но я всегда знала, что мы должны рассказать ему, в конце концов. Это было как планирование сюрприза на день рождения для кого-то. Но это что-то другое. Мы не собирались удивить его, мы собирались его обмануть.

Гейб тоже молчалив. Я кидаю взгляд на него. Он поправляет зеркало, что мама мне говорила делать как можно чаще, но видно Гейб и делает это много раз.

– Что происходит?

– Не смотри сейчас, я думаю, за нами следят.

Я заглядываю в другое зеркало. Позади нас черный седан. Он не так близко к «Вайперу» и мы на двух полосной проселочной дороге, окруженные кукурузными полями. Никого больше нет на дороге, кто мог бы нас преследовать.

– Правда?

– За нами следят с парковки катка. Ты не узнаешь их?

– Ты сказал мне не смотреть.

Но я все равно оборачиваюсь.

– Нет, не узнаю.

Когда мы въезжаем в город, Гейб едет к Макдоналдсу. Седан застревает на светофоре.

Гейб медленно продвигается к дорожке заказов, поглядывая на седан, но когда светофор меняется он проезжает за нами.

– Заказывайте, пожалуйста,- говорит кассир сквозь громкоговоритель.

– Эм, ничего, спасибо.

Покраснев, Гейб выезжает из Макдональдса и направляется к дому.

Я пытаюсь не смеяться, пока это не выходит из под контроля.

– Видишь? Ты волнуешься из-за ничего. Так же, как и из-за четверки.

– Четверка, это не ничего,- говорит он, пока пытается прочитать меня.

– Все будет хорошо, ты не доверяешь мне?

– Как далеко я смогу тебя выбросить?

Он смеется, ну пытается, по крайней мере. Какие-то крякающие звуки исходят из его рта.

Я перегибаюсь через него и сжимаю его бицепс.

– Ну, достаточно далеко. А ты доверяешь Игорю, нет?

– Чувак с шедевральным планом. Да

– И потом, ты же знаешь, Игорь уже спланировал наш успех.

Я так много хочу ему сказать. Но когда мы поворачиваем на нашу улицу, я отвлекаюсь. Этот до жути пугающий черный седан паркуется перед нашими домами. И темный внедорожник. И белый фургон, с открытым окном, камерой торчащей из него.

Гейб рывком останавливает машину на подъездной дорожке.

– Американские влюбленные.

У нас есть свои папарацци. На секундочку я забываю о четверке. Если репортеры смотрят, мы должны играть роль, верно? Я тянусь к руке Гейба.

Он игнорирует меня и выходит из машины.

– Мы идем по домам. Не трогай меня и не говори со мной, больше чем тебе этого нужно.

– Что?

Я иду за ним, когда он высовывает наши сумки из багажника.

– Но…

– Мы уже едем на мировой, нам не нужно более притворяться. Это единственный способ избавиться от них, Мэд.

Он кивает на мою сумку, потом берет свою и идет вперед к дому.

Последнее чего я хотела, так это такой картины, где я выгляжу, как идиотка, так что я беру сумку и иду в дом.

– Увидимся завтра,- кричит Гейб.

– Да, сегодня хорошая тренировка,- кричу я в ответ, не смотря на него.

Я прохожу в боковую дверь, она захлопывается за мной.

Внутри, я растекаюсь лужицей по полу. Притворяться. Тренировка. Мы возвращаемся в начало. Я устала. Я не хочу еще раз проходить через «Что такое Гейб и я?».

У меня звонит телефон «I Need You Now». Звонок, который я поставила на Гейба. Но мне это сейчас не нужно, что бы там ни было, прячемся от притворства, так прячемся от всего этого дерьма. Я игнорирую звонок.

Он звонит еще раз. Я жду, а потом поднимаю трубку.

– Мэд, прости,- Гейб говорит прежде, чем я что-то отвечаю.

Вместо того чтобы орать в ответ, я плачу в трубку.

– Почему? Почему ты хочешь это делать? Это предлог, Гейб, что б показать, что у нас ничего нет?

– Это предлог, чтобы притвориться, что у нас ничего нет. Я не хочу быть лишь шоу на камеру.

– Я тоже,- шепчу.

– Я позволил им использовать больных детей. Неизлечимо. Больных. Детей. Для публичной огласки. Я теряю себя,- он задыхается. – Я не могу потерять тебя.