Чтение онлайн

— Как ты думаешь, что он имел в виду под «это дерьмо больше, чем ты»?

Я пожимаю плечами:

— Это блеф. Валентайн знает, что он не может победить, поэтому он будет использовать что угодно.

— Не знаю, — качает головой Райкер, — что-то не так.

— Просто держите ухо востро, доложите, если что-то вызовет у вас подозрения.

— Так это все? — спрашивает Райкер, когда я встаю и допиваю остатки своего напитка. — Ты наконец собираешься попрощаться со своим маленьким гостем?

Киваю один раз и выхожу.

Как бы моему члену не нравилась эта девушка, пора свернуть этой маленькой птичке шею.

Как всегда, нижняя часть клуба переполнена, в людском хаосе плавают знакомые лица, голые девушки трутся на коленях и танцуют на шестах, а я смотрю, как люди, претендующие на власть в этом городе, наклоняются и вынюхивают. Деньги им в нос. Чертова белая пыль почти на каждой поверхности, и в трусиках девушек, которых я здесь нанимаю, снюхивают больше денег, чем смысла.

Я наклоняю голову в сторону начальника полиции, замечая направленную прямо на него камеру слежения, пока он нюхает дорожку кокаина с живота одной из моих девушек.

Это будет хорошим маленьким компроматом, если он мне понадобится.

Снаружи влажный воздух, обещающий надвигающуюся бурю. Сердитые темные тучи катятся по небу, скрывая луну и звезды.

Мой водитель ждет меня у обочины, и я проскальзываю на заднее сиденье, наконец переводя дух.

Пройдет двадцать минут, прежде чем я доберусь до комплекса, поэтому откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза.

Это будет единственный раз, когда я обрету покой здесь, в салоне Мерседеса. Окна сильно тонированы, двигатель работает плавно и тихо, пока он катит по улицам Бруксхилла.

Перегородка между задними и передними сиденьями поднята, и я могу на мгновение притвориться, что всего этого дерьма не происходит.

Я не помню случая в своей жизни, когда что-то давалось легко. Не поймите меня неправильно, мои транзакции были гладкими, мои деловые отношения успешными, но всегда что-то есть. Как тень, ты не можешь избавиться от дерьма, которое приходит с управлением этим городом, оно всегда будет следовать за тобой, даже в темноте, ты никогда не будешь совсем один.

Мы сворачиваем на Коммершл-авеню, когда разбивается заднее стекло.

— Блядь!

Я низко пригибаюсь, вытаскивая пистолет, но огонь сильный и быстрый. Пуля пробивает перегородку впереди меня, прямо там, где должна быть голова моего водителя, и машина кренится в сторону, прежде чем врезаться в уличный фонарь. Мое тело бросает вперед, ударяюсь о сиденья передо мной, моя голова врезается в борт автомобиля. Огонь продолжается, обрушивая на меня осколки стекла. Такое ощущение, что он со всех сторон, но я знаю, что только с левой стороны, поэтому использую это как преимущество и выскальзываю вправо, низко опуская голову и игнорируя то, как мое тело сопротивляется движениям.

Я выглядываю из-за края машины и обнаруживаю два мотоцикла, водители которых наводят на машину пулеметы. В нос ударяет запах бензина. Бля, бак пробили, с минуты на минуту он загорится.

Я быстро понимаю, что эти ребята — ничтожные люди, без сомнения, принадлежащие к одной из небольших банд, постоянно появляющихся в южной части города. Валентайн, вероятно, имеет их в своей платежной ведомости.

Я проверяю патроны в своем пистолете и выясняю, как лучше их достать, не рискуя при этом снести себе голову. Если бы они были моими парнями, они бы расположились по обеим сторонам машины, чтобы гарантировать, что никто не сможет сбежать, но это то, что вы получаете когда нанимаете идиотов. По всему, Валентайн не умный человек.

В конце концов, пули перестают летать, и я выглядываю из-за угла, обнаруживая, что гонщики дергают руль своих мотоциклов влево, прежде чем вывернуть дроссельную заслонку и умчаться прочь.

Блядь.

Вздохнув, я встаю со своего места и смотрю в окно. Мой водитель безжизненно смотрит на меня, лобовое стекло покраснело от его крови.

Опять же, если бы они были частью моей команды, они бы проверили, что цель мертва, прежде чем отправиться в путь.

Единственный способ, которым они могли понять, что я был один, это с чьих то слов. Сэмюэл увидел, как я ухожу, и вызвал их.

Ублюдок. Вот почему он был здесь. Не для того, чтобы передать какое-то бредовое сообщение, а для проверки моего местонахождения, моих перемещений. Я должен был знать.

Я должен был понять это дерьмо! Я не продвинулся так далеко, будучи глупым, и виноват только один человек в том, что я отвлекся.

Рен, чертова, Валентайн.

РЕН

Я слышу, как громко хлопает дверь. Учитывая, насколько тихо в доме последние три дня, могу предположить, что тот, кто только что вошел, сильно разозлился или был медведем.

Встаю с кровати, не знаю, откуда я знаю, но уверена, что кто бы это ни был, он идет за мной. Мои нервы напрягаются, адреналин бурлит по венам, скручивая мышцы. Я могу умереть здесь, но черт возьми, я не уйду без боя. И обязательно нанесу урон, куда смогу.

Я готова, когда замок на двери моей спальни щелкает, и в комнату врывается мамонт человека, которого зовут Александр.

Он весь в крови, на лбу порез, из которого сочится алая кровь и растекается по лицу, синяки уже начали затенять линию подбородка и частично спускаются вниз по шее. Черт, он выглядит так, будто его сбил грузовик.

Я замечаю пистолет, который направлен на меня: не в голову, а в грудь. Он не нажимает на курок, несмотря на убийственный блеск в его стальных глазах.

Я тороплю его, если бы он собирался меня застрелить, он бы уже сделал это, либо это, либо у меня есть последнее желание. Выстрела нет, когда мое плечо врезается ему в живот. Не буду врать, такое ощущение, что я только что врезалась в кирпичную стену, хотя он немного пошатывается от удара. Из его рта вырывается ворчание, но он быстро обхватывает меня руками за талию, отталкиваясь собственным весом, который значительно больше моего. Этот человек — танк: широкоплечая стена из чистых мускулов и насилия, хотя размер — это еще не все в бою. Я гибкая, даже элегантная, двигаюсь быстро и ни на минуту не думаю, что мой рост делает меня слабым противником.

Я выскальзываю из его хватки и обхватываю пальцами его запястье, скручивая его, пока его локоть не угрожает сломаться.

Пистолет с грохотом падает на пол, и я отпинываю его, наблюдая, куда он скользит, чтобы схватить его для дальнейшего использования.

Я использую его слабость прямо сейчас, и тот факт, что он явно потерпел поражение, прежде чем прийти сюда, является моим преимуществом, даже если крошечная частичка меня беспокоится о его травмах. Я имею в виду, насколько это пиздец? Парень похищает меня, трахает и потом уезжает на три дня. Всякий раз, когда я спрашивала, где он, в ответ слышала хрюканье и рычание, похоже, это родной язык ублюдков, которых нанимает Александр.