Чтение онлайн

– Любезная принцесса! – вскричал калиф. – Скажите нам, когда они собираются и где эта зала?

Сова, помолчав несколько минут, произнесла:

– Не считайте меня жестокой, но я отвечу на это только при одном условии…

– Назовите его, прошу вас, – воскликнул калиф, – каждая минута дорога, и нет такого условия, которое бы я счёл слишком тяжёлым!

Сова отвечала:

– Я тоже хочу освободиться; но это может произойти только в том случае, если один из вас пожелает жениться на мне. Вот моё условие.

Аисты, по-видимому, были смущены, и калиф отозвал великого визиря в сторону.

– Мансур, – сказал он ему шёпотом, – конечно, это нелепая мысль, но почему бы тебе не взять себе в жёны Сову?

– Это зачем? – сказал визирь. – Чтобы жена выцарапала мне глаза, когда я вернусь домой? Да посмотрите сами, ведь я совсем старик. Вы молоды и не женаты и могли бы предложить руку молодой и прекрасной принцессе!

– Это верно! – вздохнул калиф и с сомнением помахал крыльями. – Но откуда мы знаем, что она молода и красива? Не хотелось бы мне покупать кота в мешке.

Они поспорили ещё немного, но, когда калиф убедился, что визирь скорее готов на всю жизнь остаться аистом, чем сделать предложение Сове, он уступил и решил сам принять это условие. Сова была в восторге от результата их совещания. Она сообщила, что они встретились в особенно благоприятное время, потому что именно в этот день должно было происходить собрание волшебников.

Все трое вышли из комнаты. Тихо пробирались они по тёмным коридорам и наконец заметили свет, падавший из трещины в стене залы.

Они приблизились и тихонько устроились на камнях, с которых могли видеть всё, что было в зале. Посреди стоял круглый стол с отборными блюдами, а рядом на подушках сидели люди. Калиф узнал среди них разносчика, продавшего ему волшебный порошок. Сосед спрашивал его о последних похождениях. Тот рассказал ему историю калифа и его визиря.

– А какое слово ты назначил им? – спросил другой волшебник.

– Латинское слово: «мутабор», – был ответ.

Услышав это, аисты были вне себя от радости. Они побежали так быстро, что Сова с трудом поспевала за ними.

Наконец калиф сказал, обращаясь к ней:

– Спасительница жизни моей и моего друга, прими нашу горячую благодарность и осчастливь меня, став моею женой.

Потом он обратился к востоку, где первые лучи солнца уже показались из-за вершин гор, и вместе с великим визирем они склонили свои длинные шеи.

– Мутабор! – воскликнули они и в ту же минуту приняли свой прежний вид. Визирь и калиф плакали и смеялись от счастья в объятиях друг друга. Каково же было их изумление, когда они увидели прекрасную молодую девицу, которая стояла перед ними и, улыбаясь, подавала руку калифу.

– Узнаёте ли вы вашу ночную Сову? – сказала она.

Калиф, очарованный её красотой и грацией, не один раз повторил, как осчастливила его судьба. Все трое отправились вместе в Багдад. У калифа за поясом, кроме табакерки, был ещё кошелёк с деньгами. Это дало им возможность быстро добраться до города.

По прибытии калиф узнал, что его оплакивали как умершего.

Теперь народ радовался его счастливому возвращению. Толпа устремилась во дворец и схватила узурпатора Мизра и его отца. Старика калиф велел повесить в той самой башне, где томилась принцесса. Сыну, который не знал про колдовские дела отца, калиф предложил на выбор смерть или понюшку табаку. Когда он выбрал последнее, визирь подал ему табакерку. Добрая понюшка и волшебное слово, произнесённое калифом, обратили Мизра в аиста. Запертый в железную клетку, он провёл остаток своей жизни в дворцовом саду.

Калиф Касид с женой жили долго и счастливо.

Но самым приятным временем для них были те послеполуденные часы, когда приходил великий визирь и они вместе вспоминали свои странные приключения. Если калиф был в особенно весёлом настроении, он подшучивал над визирем: бегал взад и вперёд по комнате, размахивая руками, как крыльями, и кланялся, как это делал забывчивый великий визирь, приговаривая: «Му-му!» Эта сцена всегда доставляла удовольствие жене и детям калифа. Но после этого визирь обыкновенно просил, чтобы историю Совы рассказала сама супруга калифа.

Мнимый принц

У одного портного в Александрии была большая мастерская. Один из его мастеров, Лабакан, отлично знал своё дело и был ретив, так что нередко целыми днями шил, не разгибая спины, и иголка так и сновала в его руках. Правда, бывали дни, когда он подолгу сидел задумавшись, не замечая, что делается вокруг него. В эти дни хозяин и мастера смеялись над ним, говоря:

– Наш Лабакан сегодня опять замечтался.

По пятницам – мусульманским выходным, – когда народ возвращался домой из мечети, Лабакан важно прогуливался в праздничной одежде по базарной площади и на приветствия друзей и знакомых лишь снисходительно кивал головой.

Когда хозяин шутил: «Ты, Лабакан, не портной, а настоящий принц», Лабакан обыкновенно отвечал:

– Да, мне это часто и самому кажется, и я очень рад, что вы такого же мнения.

В эти дни хозяин тем не менее не сердился на Лабакана за его странное поведение, так как в целом тот был очень хорошим работником.

Однажды проездом в Александрии был принц Селим, брат султана; он прислал портному своё праздничное платье, которое нужно было перешить, и портной поручил эту работу Лабакану.

Когда настал вечер и мастера кончили работу, Лабакан остался один в мастерской и долго любовался роскошным платьем принца – шёлковым, с богатой вышивкой. Он не утерпел и примерил его; оно сидело на нём как нельзя лучше.

«Чем я не принц? – говорил он сам себе. – Чем я хуже Селима? Ведь и хозяин всегда говорит, что я больше похож на принца, чем на портного».

Глядя на себя в зеркало, Лабакан всё больше убеждался в том, что он высокого происхождения, и в конце концов решил покинуть свой город, жители которого были такие недалёкие, что видели в нём простого портного.

Ему казалось, что наряд принца послан ему в подарок доброй волшебницей, и вот, захватив с собой свои скромные пожитки, он вышел ночью из Александрии.