Чтение онлайн

Михаил совершенно не ожидал, что Маша окажется настолько притягательной. И что ему будет стоить огромного труда сдержаться и не взять то, что так настойчиво предлагали. Она казалась самим совершенством. Он видел множество женщин, но еще ни к одной его не тянуло с такой силой, что хотелось рычать, как дикому зверю. Совершенно потерять рассудок и наброситься на нее. Такая маленькая, нежная и одновременно сексуальная.

А она сама не знала, насколько хороша. Выглядела неуверенной. Ей было неуютно под взглядом Михаила. Она боялась. Боялась его. И это отрезвило Михаила, подобно ледяному граду, настучавшему по макушке. Да, она выглядела как женщина. Как роскошная женщина, словно и рожденная только для того, чтобы сводить с ума всех мужчин без исключения.

Но в то же время Маша еще девочка. Совершенно чистая, невинная и испуганная. Михаил даже в мыслях не позволил себе прикоснуться к ней. И он нашел единственный способ заставить ее отказаться от затеи.

— Что же ты молчишь и стоишь как вкопанная? — спросил он, понимая, что вовсе не этих слов она ждет. — Ты, вроде, обещала меня соблазнить.

Михаил хотел, чтобы Маша возненавидела его. Презирала его так же сильно, как презирал себя он сам. Ведь именно это заставило бы ее отказаться от затеи с замужеством. И хотя он полагал, будто не боится ничего в этой жизни, это было далеко не правдой. Михаил опасался именно этой девушки, с ясными глазами и телом роковой искусительницы. Судьба словно посмеялась над ним, разорвав его планы в клочья и развеяв по ветру. Он поклялся, что больше никогда не полюбит. А если и женится, то это будет брак по расчету.

Но сейчас он был в шаге от того, чтобы передумать.

Когда Маша заплакала, он, не раздумывая ни секунды, бросился ее утешать. Забыв о данном себе обещании и о той роли черствого эгоиста, в которую вжился за последние годы. Это было выше его сил. Маше столько пришлось вынести в жизни, меньше всего на свете он хотел бы добавлять ей мучений.

— Всё хорошо, малышка, — прошептал он, гладя ее по волосам.

Этот неосознанный жест почти привел его к краху. Краху его гордыни и благих намерений, которыми, как известно, устлана дорога в ад. На ощупь волосы Маши были гладкими и шелковистыми. Они пахли сладкими яблоками и солнечным светом. Девушка инстинктивно прижалась к нему, и тело Михаила молниеносно отреагировало на эту близость. Он ничего не мог с собою поделать, с каждым вздохом погружаясь в ту самую дьявольскую западню, что сам себе устроил.

— Это не твоя вина, а моя, — шептал он в каком-то полузабытье. — Я дал тебе ложные надежды и должен извиниться за это. И за утреннее поведение. Ты старалась для меня, а я повёл себя как полный козёл. Кстати, оладьи были очень вкусными. И я действительно их люблю, черт побери.

— Глупая была затея, — призналась Маша, промакивая кончиками пальцев уголки глаз. — Я не должна была уговаривать тебя на мне жениться. Да и приезжать сюда вместо сестры тоже… Ты прав, я всего лишь глупая, наивная девчонка, возомнившая себя тем, кем не являюсь.

Высвободившись из его объятий, она резко встала. Подобрала с пола сорочку, натянула ее и, не глядя на Михаила, стала искать пояс. А, так и не найдя, сложила руки на груди и просто выключила ночник, чтобы остаться невидимой.

— Я больше не стану пытаться женить тебя на себе, — сказала она, развернувшись к Михаилу.

На секунду ему показалось, что перед ним стояла совершенно другая девушка. Маша словно мигом повзрослела и посерьезнела. Он не был готов к таким резким и радикальным переменам.

— Хорошо, — голос его прозвучал неубедительно.

Михаил все еще сидел на полу, наблюдая за Машей. Впервые он рассмотрел в ней то, чего не заметил сразу. В этом хрупком теле имелся стальной стержень. Тот самый, что не позволил ее отцу сломить эту девчушку. Лиза — та всегда была бунтаркой. В Маше же подобные качества проявились впервые.

— Ты говорил, что я могу остаться в Майами и не возвращаться домой? — напомнила она.

Кто бы знал, какого труда ей стоило вести серьезный разговор и оставаться внешне спокойной. Внутри нее все клокотало от обиды и разочарования. Но именно в этот миг словно включился какой-то защитный механизм. Именно он не позволил ей поддаться порыву и, плача, убежать в отведенную ей комнату. А наутро покинуть Майами и навсегда забыть об этом неудачном приключении.

Возвращаться назад она не хотела. Не только потому, что отчетливо понимала, какое будущее ее ждет. Но и потому, что не могла жить так далеко от Михаила. И пусть он не станет ей мужем, это не так важно. Она останется. И пусть будет мучительно больно находиться рядом, расстаться навсегда просто невозможно.

— Так и есть, — подтвердил Михаил, поднимаясь. — Я желаю тебе только добра. Потому помогу с жильем и работой. К тому же, оплачу репетитора.

— Я все отдам, — сообщила Маша, даже мысленно не представляя, сколько все это может стоить. — Обещаю. Все до последней копейки.

— Ма-а-аш… — Михаил протянул руку, чтобы коснуться ее в примирительном жесте. Но она уклонилась от этой случайной ласки.

— Я понимаю, что для тебя, может быть, ничего не стоит помочь провинциалке с дремучего севера, — сказала она. — Но в то же время мне известно, что по счетам нужно платить. Ты хотел потратиться на будущую жену. А раз я ею не стану, то и не должна брать у тебя ничего просто так, без возврата.

— Какие глупости, — попробовал отмахнуться Михаил. — Ты права, мне ничего не стоит помочь тебе. И это я делаю от чистого сердца, так что не обижай меня, обещая отдать деньги.

— Не могу, — она покачала головой. — Ты сам сказал, что жизнь для тебя — это сделка. Так что давай считать, что я взяла у тебя взаймы. Работать я могу начать хоть завтра. По любой специальности, хоть посудомойкой, хоть уборщицей в одном из ресторанов, это не важно. Жить могу вообще где-нибудь под лестницей, мне не привыкать.

— Это уже лишнее, малышка.

— Ничего подобного. Хоть мне не так много лет, но я прекрасно понимаю, что без образования и знания языка мне не на что особенно рассчитывать. Но я быстро учусь. В общем, съехать из твоего дома и начать работать могу хоть сейчас. Только вот надену что-нибудь более привычное и подходящее.

Сказав это, она направилась к двери. С гордо поднятой головой и разбитым вдребезги сердцем.

Возле порога она остановилась, расправила плечи и, сдержав предательский всхлип, добавила:

— Не зови меня больше малышкой, ладно? Меня это обижает сильнее, чем что-либо.

Маша уже вышла, а он все еще стоял посреди комнаты, не веря в то, что все произошедшее не сон. Эта девушка раззадорила его интерес. Она, пожалуй, была единственным человеком, чью реакцию и поведение он не мог предугадать. Совершенно непредсказуемая и — дьявол! — до чего же соблазнительная. Ее походка: плавная, грациозная, напоминала мягкую кошачью поступь. Не хватало только пушистого хвоста, которым Маша могла бы помахивать из стороны в сторону.

— Я поступил правильно, — убеждал себя Михаил.

И сам себе не верил. Сейчас у него возникло ощущение, что не он отказался от Маши. А она от него. И это, признаться, больно кольнуло его чувство собственника. Из жертвы Маша вдруг превратилась в агрессора. И он, Михаил, приложил к этому руку. Его отказ жениться словно заставил темные стороны ее характера выплыть на поверхность.

— Она еще слишком мала и наивна для брака, — продолжил он рассуждения.

Вспомнил ее последние слова, то, как его тело отреагировало на ее близость, и усомнился. Маша была достаточно взрослой и более чем готовой для семейной жизни. Это он опасался серьезных отношений. Да и мстить больше не желал.