Чтение онлайн

— Хорошо, Зафар. Я схожу за конём.

Никита отправился в свою здешнюю резиденцию, оседлал Тороса, взял автоматическую винтовку и верхом вернулся к дому Зафара. Тот уже ждал Никиту, закинув за спину автомат и восседая на арабском скакуне. Рядом стояла конная гвардия: Мансур и группа пацанов, все с автоматами и автоматическими винтовками.

— Та-ак… Это всё мужское население кишлака? — Спросил Никита Зафара.

— Да, Никита-бей.

— На время нашего отсутствия надо кого-то оставить для охраны посёлка, Зафар.

— Да. Мансур и половина воинов поедут с нами, остальные будут охранять кишлак. Посты уже распределены.

— Молодцы. Командуй выезд.

Зафар отдал несколько коротких команд и половина гвардии разъехалась по посёлку. Никита, Зафар, и за ними Мансур с пацанами шагом тронулись в направлении стойбища кочевников. Собственно стойбища уже не было — все шатры были разобраны и погружены на верблюдов, другое имущество тоже было упаковано в тюки и грузилось на "кораблей пустыни." На подходе к стоянке, их встретили воины и проводили к своему вождю. Джавад-бей и старейшины встретили их в центре формирующегося каравана и, после полагающихся приветствий, усадили пить зелёный чай. Встреча была недолгой: обсудили погоду, виды на урожай в оазисе при временном отсутствии колодцев, дальнейший маршрут уходящего клана. Затем кочевники пожелали клану Зафара удачи в делах, а Никита пожелал клану Джавад-бея счастливого пути. При расставании Джавад-бей не выдержал и сказал:

— Уважаемый Никита-бей, мы знаем, что ты храбрый и умный воин; мой наиб, уважаемый Рамиль-ходжа, много рассказывал мне о твоих друзьях, сила которых велика… Но, я так беспокоюсь за очень важный для нас оазис… Если бы не помощь шурави, мой клан ждала бы здесь гибель от жажды. Не мог бы ты чем-нибудь укрепить мою уверенность, что все неприятности в твоём оазисе позади?

— Джавад-бей, у тебя есть автомат или винтовка, которые не жалко сломать? Скажи, пусть принесут.

Когда Никите принесли старенький АК-47, он взял автомат за ствол и, выхватив кинжал, одним ударом пересёк автомат пополам как пушинку. Неторопливо убрал кинжал в ножны, взял поднятую Мансуром вторую половинку автомата и отдал обе его части ошарашенному Джавад-бею. Тот взял, посмотрел на абсолютно ровный срез металла, потом на Никиту. Все ошеломлённо молчали. Тогда сказал Никита:

— Уважаемый Джавад-бей, в нашем оазисе друзья всегда найдут приют и воду…

Вернувшись в кишлак, Никита пожелал всем спокойной ночи и удалился в свой дом. Минут тридцать он занимался с конём, потом посидел на лавочке под навесом, увитым виноградной лозой, затем пошёл спать. Тяжёлый день закончился. Никита разделся, залез под одеяло, закрыл глаза. Вышел в астрал и отправился в Монастырь. Надо было ознакомить Сильвестра с новостями. Никита нашёл Сильвестра в трапезной во время позднего ужина. Хранитель сидел за столом, уставившись в одну точку, и забывал подносить ложку ко рту. Гречневая каша безнадежно остывала. Никита постучал ложкой по тарелке и Сильвестр встрепенулся, выскочил в астрал:

— Здорово, Сильвестр.

— Здравствуй, Брат. Что нового?

— Работаем. Как там с китайцами-то?

— Хранитель Монастыря на Тибете обещал отправить первую группу уже завтра. А колонна из Кабула уже вышла. Везут стройматериалы, инструменты, продукты, воду.

— С водой я проблему решил по временной схеме. Нашёл там потайной резервный колодец. А заодно, похоже, тайну Небесных Шлюзов разгадал.

— Да ты что? — глаза Сильвестра загорелись, задумчивости как не бывало.

Никита рассказал Сильвестру обо всех событиях прошедшего дня, подробно остановившись на описании лифтов и тоннелей из Небесного Металла.

— Значит, ты считаешь, что Небесные Шлюзы ведут в систему тоннелей, содиняющих между собой все Монастыри земного шара? — возбуждённо переспросил Хранитель.

— Именно так. А в Монастырях эти тоннели ещё и разветвляются, образуя подземные комплексы. Или жилые, или производственные.

— И кто же там живёт или работает, Брат?

— Пока не знаю. Думаю, что сейчас уже никто. Раньше, в далёком прошлом там жили наши предки, я так думаю. Или это сохранившиеся убежища прежних цивилизаций Земли. Была война или ещё какая-то катастрофа. Цивилизация погибла, а убежища остались.

— А почему в твоём оазисе нет такого комплекса как в Монастырях? — спросил Сильвестр.

— Там просто пересечение четырёх тоннелей. Я так и назвал его — Перекрёсток. Я думаю, этих перекрёстков много. Когда будем обследовать тоннели, тогда и выясним.

— Сначала надо обследовать Монастырские комплексы. Там больше интересного можно найти, Брат.

— Это точно. Но сначала придётся решать что-то с Вашим сумасшедшим Хранителем. Если он доберётся до тоннелей, да ещё найдёт там чего-нибудь супермощное… Сам понимаешь. Если он девок без вашего ведома ворует, может и Хранителей нарожать.

— Каких девок? Где ворует? — забеспокоился Сильвестр. Никита рассказал про Долину Украденных Невест рядом с Монастырём Хранителя Ионы. Сильвестр заволновался ещё сильнее:

— И давно он невест ворует?

— Не знаю. Если легенды народ сложил, значит давно.

— Та-ак… Мне надо срочно связаться с другими Монастырями. Надо что-то решать.

— Это точно, Сильвестр. Шизофрения, к сожалению, сама не проходит. А, ни он сам, ни вы его не лечите. И если её не лечить, то болезнь постепенно прогрессирует. А с его манией величия, его умом и его возможностями, он таких дров может наломать — мало не покажется. Вы пока решайте, а я там с колодцами закончу и вернусь. Есть у меня один план…

Закончив разговор с Хранителем, Никита заглянул домой, где был встречен радостным визгом жены и не менее радостным лаем Тимура. Посидели с женой за чаем, Никита рассказал последние новости. Айша сразу загорелась слетать посмотреть как Никита устроился в его резиденции. Пришлось брать её с собой. Прибыв на место, Айша развила бурную деятельность по наведению порядка в доме Никиты. Он понял, что это надолго и завалился спать. Айша догадалась, что для генеральных уборок сейчас не время, и быстренько примостилась под бок к мужу. Когда она улетела в Монастырь, Никита не услышал.

Утром, проснувшись, Никита сразу встал, оделся и направился в конюшню. Напоил и почистил Тороса, засыпал ему овса, дал охапку сена, поговорил с конём о планах на будущее. Затем умылся сам и отправился на завтрак. На площади под навесом женщины уже кормили детей. Никита получил свою лепёшку и кружку верблюжьего молока, отошёл в сторонку, сел на каменную скамью и, запивая лепёшку молоком, стал обдумывать способ восстановления колодцев. К нему подошёл Мансур и сел рядом. Они сидели вдвоём на скамье, ели лепёшки, прихлёбывая верблюжье молоко и думали думу. Каждый свою. Лепёшки были давно съедены, молоко выпито, но Мансур всё сидел и молчал. Было видно, что он хочет что-то сказать Никите, но не знает как начать разговор. Пришлось Никите выручать парня: