Чтение онлайн

Хотелось сказать, что он не нравится мне совсем. Но хамить демонам, в том числе лезущим не в своё дело, — штука рисковая.

— Не имеет ни малейшего значения, кто мне нравится. Младший демон второго порядка Рок до сегодняшней ночи числится моим фамильяром. Поэтому я хочу увидеть его здесь и сейчас. В противном случае договор считается нарушенным стороной исполнителя.

Вздёрнуть конопатый нос и посмотреть с презрением и уверенностью. Вот так. Будет знать, криворогий чудила, с кем связываться!

— Значит, всё-таки не нравлюсь, — с грустью отметил демон. Уселся на надгробие, погасил свечу пальцем и скинл на землю. С интересом колупнул алый отпечаток моей ладони, слизал испачкавшую руку кровь, посмаковал. — Чудесный вкус. Как изысканное вино.

Я подавила рвотный рефлекс. Ладно ещё, что кровь на вкус оценивает, но по этому надгробию какая зараза только не ползала! Птички, опять-таки, часто летают. А он всё в рот тянет. Гадость!

— На любителя, — сдержанно кивнула я и расслабленно, подражая Року, оперлась на каменный памятник. А то стою как провинившийся подчинённый перед начальством, по струнке вытянулась… Нет уж, это демон явился сюда приказы исполнять. Ведьма свои права знает!

— Жаль, очень жаль. А вот ты мне нравишься, сладенькая, — демон раздевал меня глазами. Причём, судя по выражению лица, уже мысленно избавился не только от куртки с рубашкой, но и от кожи и мышцами. — Напоминаешь одну очень старую знакомую. Я бы сказал, слишком старую. Не уверен даже, что она мне не приснилась…

Мужчина не встал, а скорее перетёк из сидячего в стоячее положение. Одним длинным движением, как змея. Подошёл неприлично близко, подцепил мой подбородок длинным ногтем, вцепился взглядом. Что мелькнуло в глубине этих вытянутых зрачков? Страх? Надежда?

— Боюсь, вы меня с кем-то спутали, — пролепетала я, не решаясь вырываться.

Ноготь больно впился в кожу. Одно движение — и перережет горло не хуже ножа. Кто их знает, на что ещё эти скрытные демоны способны?

— Конечно. Да, конечно же, ты не она, — он вплотную приблизился, обжигая дыханием, обдавая серной вонью. Почти с мольбой прошептал: — Но может всё-таки?..

Его ноздри раздулись и сразу же превратились в узенькие щёлочки.

— Ты чудесно пахнешь. Как маленькая сладенькая кукла. Обожаю играть с новыми куклами. Знаешь, что в этом самое приятное?

— Переодевать? — с надеждой предположила я.

— Ломать, — безапелляционно припечатал он. — Тебе повезло, что так похожа на неё. Я уж и забыл, в какие интересные игры мы играли. Что ж, раз так… Я помогу тебе, сладенькая. Ты хочешь Рока? Ты его получишь.

— Но вы же что-то хотите взамен, верно?

Как бы хотелось верить, что это что-то несерьёзное! Скидка в травяную лавку, увесистый мешочек с деньгами, песенку спеть или танец станцевать… Но это же демон! Какие тут песни?

Он сделал вид, что забыл о такой мелочи как оплата. Очень убедительно, кстати, сделал вид. Я аж пожалела, что подняла тему. В задумчивости приложил палец к губам.

— М-м-м… Взамен? Что ж, сладенькая, взамен я прошу тебя о сущей безделице.

— О какой же?

— Зайти ко мне в гости на ужин.

Он протянул руку. Такая простая, заманчивая сделка. Что стоит согласиться?

— И тогда я увижу Рока?

— Гарантирую, что он тоже явится.

Сколько глупостей я совершила за последний месяц? Одной больше — одной меньше…

Я сжала обжигающе горячие пальцы.

— Надеюсь на вашу честность, киро демон.

Он расплылся в острозубой улыбке:

— Разумеется! Демоны всегда говорят правду!

Ой-ой-ой, мамочки! До чего же неприятная штука — телепортация! Правду Рок говорил: нечего с этим заклинанием играться. Больно, жжётенько, да ещё и вполне реальный шанс исчезнуть в одном месте с четырьмя конечностями, а появиться в другом уже с тремя. Или с пятью, что тоже сомнительное удовольствие.

— Прекрасное место, не правда ли?

Демон раскрыл крылья, которыми обхватывал меня во время перемещения. Я пискнула и попыталась укрыться ими снова.

Место оказалось не просто неприятным, а откровенно мерзким.

— Какая-то неаппетитная обстановка, — я попыталась шумно сглотнуть слюну, но от жара, пропитавшего воздух Подземья, всё пересохло.

Пламя не трещало, никто не кричал и вообще рядом не обнаружилось ни единой живой души. Но, кажется, стоны впитались так глубоко в раскалённую красную, как кирпич, землю, что ощущались кожей.

Мой провожатый с хрустом размял шею, явно получая удовольствие от атмосферы.

— Это только поначалу. Очень скоро проникаешься к ней…хах, теплотой.

— Надеюсь, не придётся, — пробормотала я, нехотя щемясь к исчадью. Мужчина он, конечно, не слишком приятный, но всё ж с ним веселее, чем в тени, из которой плотоядно смотрит не то кто-то спрятавшийся, не то сама темнота. — Кажется, речь шла об ужине? Вы обещали, что я увижу Рока.

Он с явным удовольствием потянулся, как мог бы потянуться пригревшийся на солнце хищник. Улыбнулся мгле впереди, разрезанной надвое узкой дорогой, алой, как глубокая царапина.

— Обязательно увидишь, сладенькая! Неужели я похож на того, кто не держит слово?

Эм… Откровенно говоря, попросите нарисовать портрет того, кто лучше всех умеет обманывать, я, не задумываясь, изобразила бы именно этого разнорогого с довольной физиономией. Но признаваться в таком опрометчиво.

— Рассчитываю на вашу честность, киро демон, — переступила с ноги на ногу я: грунт начинал откровенно печь пятки.

Мужчина наклонился к уху, едва не касаясь его губами:

— Тогда позволь пригласить тебя в гости, сладенькая, — опалил он дыханием.

— Туда?!

Рука указывала на узенькую карминовую тропку меж двух невесомых чёрных стен. Кто в здравом уме оформляет подход к порогу так?!

Он ждал, слегка наклонив голову: не то издевательски, не то заинтересованно.

Ну уж нет! Ни человек, ни ведьма, ни влюблённая дурочка не может оказаться настолько безрассуден, чтобы сунуться в эту готовую схлопнуться, слизнуть тебя, как каплю варенья, пасть!

И как же в этой ситуации назвать меня? Меня, ощупываюшую носком палящую почву и нехотя ступающую по ней?

Демон шёл следом, отрезая путь к побегу.

Впереди то и дело мелькали бледные полосы, словно руки тянутся из мрака. Но стоило приблизиться, они исчезали, прятались, как перепуганные улитки. Наверняка это от усталости. Перед взором всё плыло, растекалось, как сквозь тяжёлый летний воздух. И бледные руки тоже показались. Таких ужасов не существует, не должно существовать на свете.