Чтение онлайн

— Пепита, — демон встал за моей спиной, и секретарь сразу замолчала, буквально подавившись собственным языком.

Мужчина подтолкнул меня в сторону охраняемой бдительной стражницей комнаты.

— Распорядись ужином, — бросил он.

— Документики прихватите, — прокашлявшись, в тон ему ответила секретарь. — На всякий случай.

Перед тем как зайти в кабинет, я ещё раз оглянулась. Картина, с которой демон так упорно стирал дополнения неизвестного художника, вновь была украшена усами и не одним, а сразу двумя неприличными словами. Секретарь сидела с невозмутимым видом, и только под столом мелькнуло нечто гибкое и чёрное, похожее на щупалец. Мелькнуло — и тут же исчезло, скрытое длинным, до пола, пледом. Старушка, не переставая строчить что-то, зыркнула на дополненную иллюстрацию и загадочно сверкнула стёклами очков.

— Киро!

Не сказать, что я жаждала остаться наедине с малознакомым мужчиной, но от общества этой конкретной демоницы всё же предпочла бы отказаться. Нас поджидала Сели. Она бросилась навстречу, упала на колени и принялась сладострастно лобызать ботинки тёмного, испачканные кладбищенской грязью.

Демон брезгливо отпихнул обнажённую женщину:

— Не знаю, как ты пробралась через Пепиту, но лучше исчезни тем же способом. Я занят, Сели, — скинул сюртук, оставшись в свободной белоснежной рубашке, расслабил воротник, уселся и закинул ноги на стол, появившийся именно в то мгновение, как мы переступили порог. Указал на пустующее сидение напротив и больше приказал, чем попросил: — Садись, сладкая. Ты должна мне ужин.

Повиновалась. Пришлось, куда деваться? Не возмущаться же, что страшное исчадье Подземья не считается с моими желаниями. Я ухватилась за какую-то невероятных размеров булку, но так и не надкусила.

— Киро! — Сели так и осталась на коленях и несколько метров униженно ползла, натирая обнажённой идеальной грудью пол. Подтянулась, перебирая руками по ножке кресла. — Киро, умоляю вас…

Демон размахнулся и влепил ей такую оплеуху, что женщина распласталась, едва не утащив за собой скатерть.

— Пошла прочь, падаль, — спокойно, без злобы, без доли ненависти. Как само собой разумеющееся. — Сладенькая, я велел тебе сидеть на месте.

Но я уже не слушала: помогала мотающей головой демонице сесть.

— Уйди, тварь! — рыкнула она, как только осознала, кто проявил к ней милосердие.

— Я пыталась помочь…

— Ты уже сделала всё, что могла, — прошипела она, снова цепляясь за сидение демона. Чтобы получить ещё один удар. — Прошу, киро!

Он упёрся на подлокотник и одарил пресмыкающуюся снисходительным хмыканьем:

— Не помню, чтобы ты смела мне перечить. Неужели ревность заставляет сходить с ума даже демонов?

Осчастливленная вниманием, Сели позволила себе схватиться за бедро господина:

— Простите мою наглость, киро! Я не имею права просить вас…

— Верно, не имеешь. Ты и говорить со мной без разрешения не имеешь права. Так что же заставило тебя рискнуть?

— Рок, — пролепетала она и тут же уперлась носом в пол, придавленная уверенной жёсткой дланью.

— Слишком многие просят за бесполезного слюнтяя в последнее время. Обрадуй меня, Сели. Ты ведь пришла извиниться за то, что задание провалил тот, кого учила ты?

На мгновение почудилось, что её губы искривились в гримасе сочувствия и обиды. Она учила Рока? Ну конечно, возраст демона определить не так просто. Сели могла быть его матерью или бабкой, учителем или дальним потомком. С чего бы ей беспокоиться за моего фамильяра, рассказывать об участи, что его ждёт, если я не спущусь в Подземье? Только если она пыталась защитить его. И пожертвовать ради его благополучия наивной ведьмой — мелочь.

— Прошу, киро. Он глуп и молод, он совсем недавно получил рога и не выдержал красок верхнего мира, дал слабину. Прошу, киро… Он не заслужил Завесы…

Мужчина ухватил её за загривок и легко, как котёнка, приподнял. Сели не сопротивлялась. Руки безвольно болтались по швам, рот открылся от напряжения.

— Так кто же тогда заслужил наказание, если не он? — кисть легла на спину Сели в том месте, которое украшал продолговатый бардовый шрам, погожий на след ладони. Кожа сразу покрылась пузырями ожогов, а демоница лишь кусала пухлые губки и не позволяла себе ни стона.

— Я заслужила, киро, — хрип разом выдал всю боль. — Это я плохо подготовила его, сочла, что Рок справится. Я ошиблась. Прошу вас, киро, если Завеса голодна… — по щеке скатилась единственная слеза. Демоница закончила едва слышно: — Отправьте меня вместо него.

Запахло палёным.

— Прекратите!

Демоны удивлённо повернулись, и только тогда стало ясно, что крик — мой. Пришлось перевести дух и требовательно повторить:

— Прекратите! Киро, вы пригласили меня на ужин. Не помню, чтобы в меню значились пытки.

Я и не заметила, как оказалась рядом. Как уперлась в раскалённые руки, пытаясь отнять их от обнажённого, беззащитного и покорного тела. Он и не думал отпускать. И тогда я сделала то, что точно не следовало делать благоразумной и дальновидной ведьме: вытащила из-за пояса её — скалку. Нет, не так. Её — Скалку! С большой буквы, как имя разящего клинка. Куда более умело, чем думала, размахнулась и… зарядила по самому темечку так, что рога зазвенели. Пока тёмный, откинувшись на спинку кресла, осознавал произошедшее, я кинулась приводить в чувство Сели.

— Не лезла бы, ведьмочка, — слабо отмахнулась она.

— Дельное замечание, — раздался щелчок — и скалка вспыхнула факелом по воле исчадья. — Ты сейчас очень сильно меня расстроила, сладенькая. А я этого не люблю.

Следом стало горячо уже мне. Он держал глупую ведьму, как на прицеле, и собирался спалить до тла. Назревающая на лбу шишка (и почему она так веселит и кажется третьим рогом?) подтверждала, что демон имеет для этого все основания. Но он передумал. Опустил руку и отпустил мою волю, позволив воспользоваться краткой передышкой и поддержать Сели.

— Прости меня, — хотелось чем-то прикрыть бесстыдную наготу, но, кроме куртки Рока, предложить нечего. Расставаясь с ней, как с величайшей ценностью в мире, я накинула одежду на израненную спину женщины. — Понимаю, что у него проблемы из-за меня. Прости. Я не знала, что ты тоже любишь его…

Демоница издевательски расхохоталась, словно не страшилась уже ничего.

— Люблю? О нет. Я не люблю его. Есть вещи, куда сильнее связывающие людей, чем любовь. Мы с Роком были друг для друга памятью. Тем единственным, что не давало нам забыть…

Приведший меня в Подземье подался вперёд, упираясь подбородком в сцепленные ладони:

— Что забыть, Сели? Хочешь сказать, что после всего, что ты натворила, после стольких десятилетий ты всё ещё помнишь, как быть человеком? Никто, чья лара хоть немного светит, не выдержал бы груза вины. Демонов с живой ларой не существует. Подземье — ваш бог. Тьма — ваш свет. Ты не можешь помнить.

Водоворот мыслей, страх, боль и ненависть, — всё, что кружилось в её зрачках, в этом миг вырвалось наружу. Обдало холодом до мурашек. Она неуверенно поднялась. Так, словно отвыкла стоять прямо перед этим мужчиной. Покрытая сотней ожогов, свежих и застарелых, почти незаметных, гордо выпрямилась. Встретила его взгляд в последний раз: достойно.