Чтение онлайн

Ленивый утренний свет пробивался сквозь неплотно зашторенные окна, рисуя золотистые полосы на полу. Я потянулась, чувствуя приятную, сладкую ломоту во всём теле — и тёплую, тяжёлую ладонь на своей талии.

Повернулась в уютных объятиях и посмотрела на всё ещё спящего Реймонда.

Вчерашняя ночь казалась сном. Я разбивалась вдребезги несколько раз — и каждый раз собирала себя заново. Удивительно, как всего одна ночь способна всё изменить. Перевернуть мир с ног на голову, заставить забыть о всех «нельзя» и «зачем».

Для меня определённо многое поменялось. И одновременно усложнилось. Но сейчас, в этой утренней тишине, не хотелось ни о чём думать. Только продлить это мгновение безмятежности рядом с прекрасным мужчиной.

Грудь Реймонда мерно вздымалась — он ещё спал. Его лицо во сне разгладилось, исчезла привычная хмурая складка между бровями, и он казался почти мальчишкой — тем самым, которого когда-то растоптала Кэтрин.

Я с сожалением решила подниматься — яркий луч солнца, просочившийся сквозь щель в шторах, ясно говорил, что утро уже в самом разгаре.

Осторожно, стараясь не разбудить, я выползла из кровати. Собрала разбросанную одежду, накинула халат и на цыпочках поспешила к выходу. У двери обернулась — бросила на спящего мужчину взгляд, глупо улыбнулась сама себе и тихонько прикрыла за собой дверь.

До своей комнаты добралась незаметно.

В ней привела себя в порядок, а после решила посвятить весь день сыну.

Тем самым — сознательно или нет, избегая мыслей о прошедшей волшебной ночи.

Честно говоря, я очень боялась его реакции. Как поведёт себя Реймонд при свете дня? Вчера нас захлестнула страсть, которой мы не смогли сопротивляться. Но что он думает о нас сегодня? Пожалел ли? Проснулся ли с мыслью «зачем я это сделал»?

Я не знала.

До середины дня я так и не столкнулась с Реймондом. Видимо, он решил сделать вид, что ничего не было.

Печально. Но примерно такого я и ожидала.

Что ж, я и не рассчитывала на пылкие признания и обещания безграничной любви. Мы взрослые люди. Прекрасно провели время без обязательств и разбежались.

Но почему же тогда так ноет в груди?

— Можно поздравить тебя? — неожиданно раздался знакомый голос рядом.

Я вздрогнула. Так сильно ушла в себя, что не заметила приближения Эйба. Сидела на веранде, в своём любимом кресле, с чашкой чая в руке — который давно уже остыл.

— С чем? — встрепенулась я, поднимая голову.

Эйб посмотрел на меня так, будто я и сама должна была догадаться. Но до меня, видимо, туго доходит. И тогда он красноречиво опустил взгляд на мою шею.

И я всё поняла.

Там красовался малиновый след прошедшей ночи — засос, который я заметила утром. Мне думалось, я смогла замаскировать всё следы, но, видимо, сама же их стёрла.

Меня бросило в жар от стыда. Теперь он знает. Наверное, и слуги в курсе. Неловко то как!

— Прости, я не должна была…

— Кэтрин, да брось, — перебил Эйб с лёгкой усмешкой. — Я рад за вас.

— Правда? — я не до конца поверила, что он говорит это всерьёз. — И ты не против?

Это что получается? Треугольник? Четырёхугольник? Или вообще чёрт знает что?

— Конечно, нет! — он отодвинул стул и присел рядом за маленький плетёный столик. — Это должно было случиться. Вы подходите друг другу. Раньше я думал иначе, но… за прошедшие дни я наблюдал за тобой и понял: ты словно стала другой. И мне ты, новая, очень нравишься. Реймонд заслуживает вас… тебя…

Я помолчала, обдумывая сказанное.

— А как же Кевин? — всё же спросила я. Мне было приятно слышать от Эйба слова одобрения, но судьба сына волновала меня больше всего.

— А что с ним? — Эйб удивлённо приподнял бровь. — Он должен быть рядом с вами.

Я округлила глаза. Но тут же пришла к той же мысли. Ребёнок должен расти с мамой. Даже если родители не вместе. Таких семей я знала много: когда отец оставался родителем выходного дня, и если отношения между ними выстроены грамотно, все будут только счастливы.

Но сейчас об этом говорить точно рано. Реймонд мне ничего не обещал — мы едва ли обменялись десятком слов после той безумной ночи. Но за поддержку Эйбрахаму я была очень благодарна.

В порыве чувств я накрыла его руку своей и сжала.

— Ты очень хороший, Эйб.

— Это вряд ли, — несогласно покачал он головой, но сжал мою ладонь в ответ.

И в этот момент кто-то кашлянул у входа.

Я подняла глаза. Как назло, это оказался Реймонд. Стоял в дверях веранды, скрестив руки на груди, и его взгляд метал молнии. Он смотрел на наши переплетённые пальцы.

— О, мой любимый кузен! — Эйб поднялся с места с лёгкой, почти небрежной улыбкой. — Оставлю-ка я вас вдвоём.

Он похлопал Реймонда по плечу — и бросил на меня хитрый, многозначительный взгляд.

Вот же сводник.

Реймонд, казалось, испепелит взглядом руку Эйба, которая только что касалась его плеча. Эйб отстранился, рассмеявшись.

— Не ревнуй, дружище, — чуть ли не мурлыча, пропел он, явно наслаждаясь ситуацией. — Мы с Кэтрин хорошие друзья. Правда? — обратился ко мне.

Я смогла лишь кивнуть. И осознала: Реймонд ревнует. Или нет?

— И надеюсь, ты не забыла о дне рождения сына? — Эйб обернулся уже у распахнутых стеклянных дверей. — Ничего не готовь, я всё уже организовал! — И, ещё раз подмигнув, скрылся за занавесками.

Я перевела потерянный взгляд на грозного Реймонда.

Почему только сейчас, увидев их рядом, заметила, как они схожи. И одновременно — совсем разные. Реймонд словно каменный лёд — непреступный, холодный, способный заморозить одним лишь взглядом. А Эйб — как жидкий огонь: тёплый, гибкий, притягательный, но приблизься — и обожжёшься.

Лёд и пламя.

И кажется, мне по душе больше холод.

— По твоему лицу видно, что ты забыла о дне рождения, — не смог промолчать Реймонд, всё ещё злясь — то ли на бесцеремонное обращение Эйба, то ли на меня, то ли на весь белый свет.

— Ты прав, — я не стала врать, виновато опуская голову. — Если Эйб и правда всё подготовил, то мне нужно хотя бы купить Кевину подарок. Ты поможешь?

Скажи «да». Ну пожалуйста. Скажи «да».

— Я плохо разбираюсь в том, что нравится детям, — наконец неуверенно ответил он, словно сам удивлялся своему согласию. — Но могу составить компанию.