Чтение онлайн

Судьба новеллы «Смерть Бальдассара Сильванда», которая по своему содержанию напоминает «Смерть Ивана Ильича» Толстого, окажется гораздо более интересной с литературной точки зрения, потому что она станет одной из основных в сборнике «Утехи и дни», опубликованном Прустом в 1896 году. Новелла будет открывать сборник. Главным действующим лицом ее является Бальдассар Сильванд, светский человек, который болен неизлечимым прогрессирующим параличом, последствием венерического заболевания. История Сильванда в первой половине новеллы описывается с точки зрения юного племянника Сильванда — Алекси, который узнает о болезни дяди и вместе со своей матерью наносит ему несколько визитов.

Во второй части новеллы повествование концентрируется на описании переживаний самого Сильванда. Кульминация новеллы приходится на последнюю ее страницу. За несколько секунд до смерти, услышав звон колоколов, проникший в его комнату благодаря особенно тихому вечеру, Сильванд вспоминает о том, что было самым важным в его жизни. Он видит перед собой свою мать, которая в детстве каждый вечер приходила к нему в комнату, чтобы согреть его ледяные ступни и помочь ему заснуть. Он ясно различает радость на ее лице в тот момент, когда учитель музыки сообщает Бальдассару о его больших музыкальных способностях. Он вспоминает и о своей скрипке, игрой на которой он так мало занимался при жизни, а также о своей несостоявшейся женитьбе.

Система персонажей новеллы во многом напоминает роман «В поисках утраченного времени». Первое, что бросается в глаза, это распределение автобиографического материала, сходное с тем, что можно обнаружить в романе. Автобиографические реминисценции просматриваются в характерах не одного, а сразу двух персонажей новеллы: в самом Бальдассаре Сильванде и в его племяннике. Очевидный автобиографический характер имеет образ графа: его привязанность к матери, его одаренность, его светские увлечения, чувство вины, которое он ощущает по отношению к обманутым надеждам своих родителей, а также его тяжелая болезнь — все это почерпнуто из собственных переживаний Марселя Пруста. Юный племянник графа Сильванда также напоминает самого писателя: он, так же как граф, привязан к своей матери, он отличается артистической чувствительностью. Кроме того, в новелле с Алекси связана и важная для Пруста проблема выбора призвания: Алекси напоминает графа внешностью, и вопрос о том, повторит ли он судьбу своего дяди или сможет преодолеть искушения светской жизни и придать своему существованию больший смысл, в скрытой форме присутствует в новелле. Как видим, не только автобиографизм, но и некоторые важные темы сближают новеллу с романом «В поисках утраченного времени», при этом в образе графа Сильванда уже можно различить характер Шарля Свана, тогда как племянник графа напоминает главного героя романа.

Как уже было отмечено, новелла «Смерть Бальдассара Сильванда» станет первой в сборнике «Утехи и дни», в который войдут произведения (более пятидесяти), написанные Прустом в течение, как уверял он сам, десяти лет начиная с четырнадцатилетнего возраста. Как представляется, сборник «Утехи и дни» может быть рассмотрен как первый вариант романа «В поисках утраченного времени». Сходство между двумя произведениями возможно проследить и на уровне тематическом, и на уровне структурном.

В центре интереса молодого писателя в сборнике окажутся две темы, которые в романе будут символически обозначены как направление к Свану и направление к Германтам. Пруста, с одной стороны, интересует психология любви. Это чувство, его парадоксы, этапы и стадии, а также связанные с ним опасности и разнообразные «темные аллеи» исследуются писателем в нескольких новеллах. Второй главной темой его размышлений становится испытание тщеславием, которое связано в романе с направлением Германтов. Оба названных сюжета присутствуют, например, в новелле «Виоланта, или Светская жизнь», которая состоит из четырех глав: «Мечтательное детство Виоланты», «Чувственность», «Страдания любви», «Светская жизнь». Та же смесь описаний светской жизни с психологическим анализом любовного чувства составляет основу новелл «Меланхолическая поездка госпожи де Брев», «Исповедь молодой девушки», «Ужин в городе», «Конец ревности». Рядом с этими основными линиями присутствуют размышления о проблемах памяти, об искусстве, о красоте природы. Все они, но только в более глубоко разработанной форме, снова появятся в романе «В поисках утраченного времени».

В структурном отношении сборник также очень сходен с романом. Уже упомянутая новелла «Смерть Бальдассара Сильванда» напоминает главы «Комбре» и «Любовь Свана», которые расположены в начале романа и в которых основным персонажем является Шарль Сван, а повествователь остается в большой степени наблюдателем. Структура новеллы «Виоланта, или Светская жизнь» в сокращенном виде представляет историю повествователя из романа: мы знакомимся сначала с мечтательным ребенком, который, взрослея, проходит через разочарования в любви и через разрушение иллюзий, связанных с тщеславными притязаниями. «Исповедь молодой девушки» посвящена разработке проблем гомосексуальности, а также близкой к ним проблемы вины по отношению к родителям. «Конец ревности» исследует другой «темный» аспект любовного чувства, который будет играть важнейшую роль в романе. Как видно из названия, речь идет о ревности, которая будет подробно исследоваться Прустом и во взаимоотношениях Свана с Одеттой, и в истории влюбленности повествователя в Альбертину.

С точки зрения структуры, сборник может быть представлен как состоящий из двух типов новелл. Часть из них напоминает светские повести и представляет собой повествования с подробно разработанной сюжетной линией и детально обрисованными персонажами. При этом некоторые действующие лица переходят из одной новеллы в другую, а другие настолько похожи, что простая смена имени может превратить их из одного в другого и трансформировать, таким образом, истории из жизни разных персонажей в единое повествование. Вторая группа текстов в сборнике представляет собой небольшие философские и психологические эссе, пародии, стихотворения. Они также легко могут быть включены в длинное романное повествование, поскольку не имеют собственной системы персонажей. Таким образом, сборник довольно легко может быть трансформирован в роман, и эта возможность, как представляется, была осознана Прустом. Писатель чувствует себя способным создать более крупное литературное произведение, поэтому, оставив работу над разрозненными новеллами, он обращается к написанию романа «Жан Сантей».

Возвращаясь к истории создания сборника «Утехи и дни», необходимо отметить вклад, который был сделан в него близкими и знакомыми Марселя, и прежде всего Анатолем Франсом, который написал предисловие к этому первому крупному произведению Пруста. Почему маститый писатель согласился поддержать начинающего собрата? Этот вопрос занимает не только сегодняшних исследователей биографии Пруста, он интересовал и его современников и, как мы увидим позже, даже привел к тому, что Прусту пришлось участвовать в дуэли с одним из критиков.

Между тем на решение Франса могло повлиять не только желание поддержать молодого и не лишенного дарования автора, но и то, что Пруст не просто посещал салон мэтра французской литературы рубежа веков, но и разделял многие его идеи в оценке современной ему французской литературы. Он, например, поддерживал критику, которую Франс направил против символистов, упрекая их в мистицизме и неспособности ясно выражать свои мысли. В опубликованной в 1896 году в «Ревю бланш» статье под названием «Против неясности» Пруст присоединяется к мнению о символизме, высказанному Анатолем Франсом.

Ответил на критику Пруста, кстати, сам лидер символистов Малларме в своей статье «Тайна в поэзии», вышедшей в свет через шесть недель после публикации молодого автора. Оправдывая использование символистами усложненных форм и туманных выражений, Малларме объясняет, что поэзия не может ограничиваться описанием поверхности вещей (легко доступной интеллекту), но должна намекать на ту тайну, которая спрятана в глубине каждого предмета и каждого человека. Отметим, что стремление преодолеть плоское, поверхностное изображение вещей и людей, желание раскрыть закономерности и тенденции, которые скрываются в глубине описываемого, — этот подход очень близок и самому Прусту, а значит, можно сказать, что противоречия с символистами носят у него скорее внешний характер. Отличает Пруста от символистов не отрицание тайны, которая присутствует в человеке, но выбор способов ее отражения. Можно сказать, что символисты в одной форме, а Пруст как представитель психологического романа — в другой обратились к загадке человека. Загадке, которая, как было показано Мишелем Фуко, является центральной проблемой для европейской культуры с конца XVIII века. Новое, более свободное по сравнению со средневековым общество трансформирует представления о людях: если раньше их жизненный путь был известен заранее, поскольку полностью был определен социальным статусом, то теперь человек трансформируется в существо «таинственное», непредсказуемое, загадку поведения и жизненных выборов которого пытаются понять и новые науки (социальные и гуманитарные), и литература.

Чтобы обеспечить успех произведению молодого и малоизвестного писателя, текст Анатоля Франса в июне 1896 года публикуется в двух влиятельных газетах — «Фигаро» и «Галуа». В предисловии к сборнику в первую очередь отмечается новизна приемов молодого автора, а вместе с тем и интерес к традиции (о чем свидетельствует отсылающее к «Трудам и дням» Гесиода название). Франс также подчеркивает способность Пруста к психологическому анализу, умение одной чертой передать секретные мысли и невысказанные желания персонажей. Это проникновение во внутреннюю жизнь других показывает, по мнению Франса, то, что автор хотя и не невинен, однако искренен и правдив, и именно эти последние два качества составляют основу привлекательности его таланта.

Свой вклад в издание сборника сделали и еще несколько близких к Прусту творческих личностей. За иллюстрации к изданию принялась Мадлен Лемер, которая изобразила любимые ею цветы, а также замок Ревейон и портрет Пруста в кругу его друзей. Рейнальдо Ан, со своей стороны, написал несколько музыкальных иллюстраций к стихотворным портретам художников. Партитуры этих отрывков также вошли в книгу, в которой в итоге получилось 273 страницы.

Сборник был издан как дорогое произведение искусства, однако именно это и стало одной из главных причин его неуспеха. Издание стоило 13 с половиной франков (около 40 евро), что существенно ограничивало число потенциальных покупателей. Продать за 22 года после публикации удалось чуть более трех сотен экземпляров из полутора тысяч напечатанных. Исключительная дороговизна книги стала поводом для шуток. Был даже придуман небольшой скетч, представлявший собой диалог между Прустом и двумя литературными критиками — Фернаном Грегом и Эрнестом Лаженесом. Диалог начинался вопросом Пруста о том, читали ли критики его книгу. На что один отвечал, что не читал из-за дороговизны, а другой признавался, что читал только потому, что должен был опубликовать отзыв. Пруст затем задал вопрос о том, считают ли критики, что цена за книгу слишком высока. В ответ один из собеседников сказал, что цена справедлива, так как она соответствует содержанию книги: 4 франка за рисунки мадам Лемер, 4 франка за партитуры Ана, 4 франка за предисловие Франса, 1 франк за прозу Пруста и еще 50 сантимов за его стихи. Как видим, в литературном кругу книгу Пруста не восприняли серьезно: она была оценена как произведение, созданное дилетантом. Эта репутация поверхностного автора надолго останется с Прустом и даже помешает ему в момент, когда он решится начать публикацию своего романа «В поисках утраченного времени».