Мартиролог. Дневники
Шрифт:
Разговаривал с Сизовым. Лететь в Рим, чтобы подписать контракт, некому, сказал он. Ермаш в больнице, Суриков в больнице, и т. д. Решено послать им (в RAI) телекс с тем, чтобы они приезжали на подпись сами. Что все это значит? Жду, когда всплывет Польша.
Телекс уже послан, ответа пока нет. Позавчера звонил Сизов и усомнился в том, что Ларису надо отправлять в Италию на весь срок (?!). Я возмутился, а Сизов все, якобы, оставил по-прежнему. Правда, если оставил, то зачем звонил и говорил о возможных осложнениях по этому поводу?
Вчера из Лондона звонил Аббадо, хочет постановки «Годунова». Сегодня звонил Джон Робертс оттуда же и хочет новые сведения по поводу моих планов. А на каких планах сидит Госкино?
Прочел с довольно неприятным душком книжонку Еремея Иудовича Парнова (фантаст?). О путешествии в Азию и в Индию. «Боги Лотоса». Он такой умный и так безошибочно обо всем думающий, что становится противно. В художественном смысле довольно паршиво написано. Бойко, безграмотно, нахально — в общем, советский журнализм.
Ночью снился страшный сон — колоссальная ярмарка или выставка электронных развлечений в духе столкновений с механизмами и существами других планет. Страшно и пугающе — ироничная мистерия. А затем (в довершение) приснилось, будто бы я стал членом Политбюро и еду на одно его заседание, где встречаюсь с другими его членами.
Звонили от корреспондента «Униты» по поводу пресловутого предисловия к сборнику русской фантастики.
Ездил на выбор натуры. Два хороших места —
1. Новодевичий монастырь (вид с колокольни) и
2. Вид с Дома («Ударник»).
Мы звонили в Рим Тонино: итальянцы получили телекс и не могут решить на какой день отнести приезд в Москву.
Сегодня из Тбилиси звонила Светлана Дзигутова, а вечером Гарик. Сережа Параджанов арестован. Никто ничего пока не знает. Обыска в его комнате не было. Она стоит опечатанная.
Был на курсах. Взял у Веры С[уменовой] несколько работ абитуриентов. Обещал приехать на экзамены в середине апреля.
Отобрал на «Мосфильме» кое-какую мебель для съемок.
«Моя история неутешительная. Она не сладостна и не гармонична, какими бывают вымышленные истории, она отдает бессмыслицей и смутой, безумием и сновидением, как жизнь всех людей, которые не хотят больше обманывать себя…»
Слова, которые могли бы стать также эпиграфом к «Зеркалу», как и следующие (оттуда же):
«Я ведь не хотел ничего другого, кроме как воплотить то, что само рвалось из меня. Почему же это оказалось так трудно?»
А это прямо объяснение эпизода с заикой, по сути, эпиграфа фильма.
NB. «Ностальгия»: Может быть, если Горчаков — это Кайдановский, в сцене ночью в отеле все построить не на красоте рук героя, а на похожести Кайдановского на Ван Гога. Горчаков нарочно завязывает ухо шарфом и знает, что Евгения следит за ним.
«Поэт есть нечто, чем дозволено быть, но не дозволено становиться».
«Я нахожу, что действительность есть то, о чем надо меньше всего хлопотать, ибо она и так не преминет присутствовать с присущей ей настырностью, между тем как вещи более прекрасные и более нужные требуют нашего внимания и попечения.
Действительность есть то, что ни при каких обстоятельствах не следует обожествлять и почитать, ибо она являет собой случайное, то есть отброс жизни. Ее — эту скудную, неизменно разочаровывающую и безрадостную действительность — нельзя изменить никаким иным способом, кроме как отрицая ее и показывая ей, что мы сильнее, чем она».
Почему я чувствую себя таким одиноким? Конечно, прежде всего оттого, что я действительно одинок. И всегда был одинок. И буду. Пора бы знать и не забывать этого.
Болезнь. Температура. Сны, переходящие в явь, и явь в сны. Реальность снов…
Перечитываю Гессе. Как много общего у меня с ним. Ведь эти мысли по поводу «Св. Антония» тоже не были бы чужды и Гессе:
«Золото должно стать цветком, дух — стать телом и душой, чтобы обрести жизнь».
Наверное, есть смысл перед отъездом в Рим, коль скоро он предстоит, купить побольше советских марок для обмена.
Я же совсем забыл записать: Ольга-то, которая отправилась к Тосе в поисках свободы, вышла замуж за длинноволосого гитариста Мишу Алмазова (?). Так что ушла она из дому не от унижения, а в поисках возможностей женихаться. Господи! Ну и одноклеточное! Туда ей и дорога… А может быть, ей, вернее для нее, это единственный выход? Вот ведь забыл записать это событие, которое так потрясло и Ларису, и А. С.
«Есть два пути ко спасению: путь праведности для праведников и путь благодатей для грешников. А я, грешник, опять совершил ошибку, попытавшись достичь чего-то праведностью…»
Сегодня Анне Семеновне исполнилось 79 лет.
Оказалось, что уже в понедельник, т. е. вчера, был телекс от итальянцев, что они готовы на все. Опять от меня прячут телексы и телеграммы. Если они меня отправят в Рим до подписания контракта, боюсь, как бы они здесь не обманули и Ларису, и итальянцев.
Был на курсах и говорил с Кокоревой по поводу экзаменов своего курса (середина апреля) — (?!).
Я, видимо, в воскресенье лечу в Рим. Остается важный этап — отстоять срок для Ларисы и самое главное — начать борьбу за А[ндрюшу]. Что брать с собой?
Кажется, лечу в воскресенье в Рим. Сегодня говорил с Суриковым. Паспорт и виза должны быть, билет заказан. Завтра должен подтвердить Сизов.