Чтение онлайн

Наступила тишина. Я стоял среди тел, переводя дух. Адреналин гудел в ушах, непривыкшее к таким схваткам тело ныло.

— Фух, ну и разминочку вы мне устроили, — посетовал я, подходя к костру. — В горле пересохло. Что у вас здесь?

Поднял флягу и понюхал. Фу, бурда какая-то. Не буду пить.

Первым делом я обыскал убитых. Денег нашёл немного, но кое-какие полезные мелочи отыскались — неплохие ремни, сапоги, та же булава, в конце концов.

Потом мой взгляд упал на то, что было спрятано в тени за сторожкой — грубо сколоченную телегу, запряжённую парой усталых кляч. На ней лежало добро.

Не ахти какое богатство, но для моего положения — целое состояние. Несколько мешков с рудой — небогатой, но всё же содержащей крупицы металла. Несколько брезентовых тюков, в которых, на ощупь, угадывались какие-то тряпки. Возможно, старая одежда.

Тоже пригодится, почему бы и нет.

Затем я взял факел одного из бандитов и направился к шахте. Мне нужно было увидеть всё своими глазами. Войдя внутрь, я не увидел ни завалов, ни каких-либо следов присутствия волков.

Напротив, штрек был расчищен, укреплён свежими подпорками, а под ногами проложены деревянные трапы.

Я прошёл дальше, и увидел свет в боковом ответвлении. Подойдя ближе, я заглянул в небольшую камеру, где четверо мужчин что-то грузили в мешки. Услышав шаги, они обернулись. Рожи у них были явно бандитские.

— Вечер добрый. Я граф Шахтинский, и это место принадлежит мне.

— Мы знаем, — недобро насупился один из бандитов.

— Молодцы. Давайте ещё кое-что интересное расскажу: те, что были на улице, уже убиты, — сообщил я. — У вас есть выбор: подчиниться или умереть. Если подчинитесь, останетесь в живых. В качестве наказания будете на меня работать, в этой же шахте. Отличные условия, что скажете?

Вместо ответа в меня полетела кирка. Я отшатнулся, и орудие труда со звоном ударилось о стену позади меня.

Понятно, не хотят работать. Воровство их больше прельщает.

Ну ладно, моё дело предложить.

Схватка была короткой. Бандиты дрались как пьяные медведи — с громкими воплями, но очень неуклюже. Я использовал узкое пространство, чтобы не дать им окружить себя. Парировал размашистые удары и наносил ответные — короткие, точные, смертельные.

Через минуту в камере не осталось никого живого. Кроме меня, само собой.

— Полежите пока, скоро вернусь, — сказал я и отправился дальше осматривать шахту.

Да, они успели поработать. Участок был небольшим, но явно перспективным. Рудные жилы, пусть и бедные, шли дальше вглубь.

Здесь можно было развернуться. Но позже, пока что у меня были другие дела.

Я вернулся к телеге и сложил в неё всё, что показалось ценным: оружие, ботинки, инструменты. Потом взгромоздился на телегу, щёлкнул вожжами и тронулся в сторону имения. По пути не забыл отвязать свою лошадь, и она потопала следом.

Подъезжая к своим владениям, я ощутил знакомое покалывание в сознании. Сигнальные нити, которые я расставил перед отъездом, сработали.

Прямо сейчас в моей спальне находилось минимум три-четыре посторонних человека. Меня это скорее развеселило, чем обеспокоило.

— Интересно, — пробормотал я под нос, медленно подводя телегу к конюшне. — Они что, каждый день будут ходить? Может, пора уже не нити ставить, а капканы? Или что-нибудь более серьёзное?

Мне удалось подъехать совершенно незамеченным. Ночь и заклятие бесшумности сделали своё дело.

Я въехал в тёмную конюшню. Раздался шорох соломы, и передо мной возник сонный конюх. Молодой ещё, лет двадцать с небольшим. Звали его, кажется, Фёдор.

— Ваша милость? А вы откуда это…

— Ни слова, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Ты меня не видел. Понял?

Федя молча, широко раскрыв глаза, кивнул. Смышлёный, видно.

— Слушай, что надо сделать. Распрячь лошадей, поставить в стойло. Телегу разгрузить, всё спрятать под солому. Потом самому исчезнуть и делать вид, что спишь. Если кто спросит — ты ничего не видел и не слышал. Если выполнишь как надо, награжу. Если проговоришься — найду и придушу своими руками. Ясно? — спросил я.

Конюх снова кивнул, уже более энергично, и тут же принялся за дело.

Я не пошёл в свою спальню. Вместо этого выбрал другую комнату, давно заброшенную. Тихо вошёл, запер дверь и сел на пол, скрестив ноги. Пришло время восстановить силы.

Я погрузился в медитацию, подпитываясь от крохотного кристалла в кармане. Одновременно с этим я тонкими, невидимыми струйками энергии расставил по дому целую паутину сигнальных нитей. Гуще, чем в прошлый раз.

Под утро одна из нитей на двери моей настоящей спальни дрогнула.

Я к тому времени уже был на ногах, свежий и полный энергии. Взяв два заряженных арбалета, бесшумно вышел в коридор и встал в тени напротив своей комнаты.

Дверь медленно, с тихим скрипом отворилась. Первая фигура выскользнула наружу, оглядываясь по сторонам.

Я выстрелил.

Болт с глухим стуком вошёл незваному гостю в висок. Он рухнул как подкошенный.

Из-за двери тут же появился второй. Я выстрелил из второго арбалета. Бандит с хрипом рухнул на спину.

Тут поднялся крики, вопли, топот. Из комнаты выбежало ещё двое, а из дальнего конца коридора уже неслись на шум мои гвардейцы во главе с Ильдаром.

Мои ребята быстро сориентировались и с яростью обрушились на бандитов. Схватка едва успела начаться и уже закончилась.

Когда всё стихло, Ильдар с окровавленной саблей в руке уставился на меня.

— Ваша милость! Что случилось?

— Да вот, вышел в уборную, — пожал плечами я. — А у нас же сейчас опасно, волки, бандиты, кто их знает. Так что я арбалеты с собой прихватил, на всякий случай. Возвращаюсь, открываю дверь с ноги, по-барски, как я люблю… а там кто-то стоит. Ну, я и выстрелил. Потом ещё раз выстрелил, а потом уже вы прибежали.

Гвардейцы ошарашенно кивали, переглядываясь. Ильдар же выглядел смущённым и виноватым.

— Как же они вторую ночь подряд сюда проникли, ваша милость? Как мы их пропустили? — он с отчаянием дёрнул себя за бороду. — Прямо в дом пробрались…

— А вот не знаю. Разберись с этим, ты же у нас гвардией командуешь.

— Сделаю. Примите мои извинения, — пробурчал Ильдар. — А вы, граф, очень везучий человек!

— Да-да, очень везучий, — согласился я

«Очень везучий», — эхом отозвалось у меня в голове. И в памяти всплыли образы величественных арен Валдариса, сверкающих лабораторий, моя личная мастерская, где я был властителем порядка и творцом чудес.