Чтение онлайн

Ковыляя к двери, я замечаю мелькающее движение на балконе и вижу там Амелию. Она стоит в одной лишь шелковой розовой ночной сорочке, её светлые волосы танцуют на ветру.

— Что ты делаешь? — сон всё еще цепляется за мой голос, когда я подхожу к ней сзади, протирая глаза, чтобы убедиться, что это не очередной странный кошмар. Не первый в моей жизни, но в последние недели они немного поутихли.

— Ты помнишь ту ночь в атриуме… когда мы поцеловались? — спрашивает она, не потрудившись обернуться.

Потирая затылок, я усиленно моргаю, пытаясь сосредоточиться.

— Да.

— Это был лучший поцелуй в моей жизни. Неделями я думала о нем. О тебе. Я была уверена, что стану той самой девушкой, которая завоюет холодное, недоступное сердце Люциана Блэкторна.

Хотя гнев, который я питаю к Амелии, всё еще течет по моим венам, со временем он притупился, пока я наблюдал, как она вместе со мной погружается в депрессию. Теперь я знаю, что это была ошибка с её стороны — оставить те таблетки на виду. Простая человеческая оплошность. Но я не могу заставить себя простить её, и что бы она сейчас ни затеяла, это лишь укрепляет мои чувства — мне нет дела до какого-то детского поцелуя.

Смерть сына превратила меня в пустую оболочку. Если я когда-то и был способен на такие глупости, как любовь, то это время давно прошло.

— Когда я забеременела Рорком, у меня был выбор. Оставить ребенка, сына мужчины, за которого, как я знала, мне суждено выйти замуж. Или уничтожить его, а вместе с ним и все связи с тобой. — она протягивает руки, вцепляясь в перила балкона, и смотрит вниз. От этого зрелища у меня зубы сводит.

— Давай лучше поговорим здесь, внутри.

— Тебя ведь это возбуждает, не так ли? Смотреть смерти в лицо?

— Амелия. Брось. Пойдем в комнату.

Она оборачивается, и по красным, опухшим глазам я вижу, что она плакала.

— Я любила Рорка. Знаю, ты в это не веришь, но я любила. Каждое утро я просыпалась с мыслью: «Сегодня тот самый день, когда я стану матерью, которую он заслуживает». — её голос срывается, вызывая новый поток слез, которые она быстро смахивает со щек. — И каждый день я подводила его. Подводила, потому что была в полном смятении, не понимая, как мне угодить мужу.

Конечно, она винит в этом меня, но я не рискую раздувать пламя её настроения, так как еще не понял, какого дьявола она пришла ко мне на балкон.

— Мне жаль. Жаль, что я не дал тебе шанса. Заходи внутрь. — я протягиваю ей руку, маня пальцами. — Мы обсудим это здесь. В моей комнате.

— Но, кажется, теперь я понимаю, — говорит она, продолжая игнорировать мою просьбу. — Эту свободу знания о том, что со следующим вздохом ты можешь просто перестать существовать. Как думаешь, Рорк это чувствовал?

Сердце колотится где-то в горле, я делаю шаг к ней, и в этот момент она перекидывает ногу через перила, буквально оседлав грань между жизнью и смертью.

— Амелия, не делай этого. Тебе не обязательно так поступать. Давай поговорим. Мы можем начать сначала. — я сам не понимаю, что несу и верю ли в возможность такого исхода, но жажда вернуть её на эту сторону балкона, кажется, сама управляет моими связками. Я делаю еще шаг, и она дергается — резкое движение заставляет меня отступить, чтобы она не совершила глупость.

— Никакого «сначала» не будет. В ту ночь, когда Рорк умер… я видела в твоих глазах чистую ненависть. Если ты когда-то и чувствовал что-то ко мне, оно умерло вместе с ним. И я тебя не виню. — её взгляд опускается, она пытается перевести дыхание. — Но я продолжала любить тебя вопреки всему. Не было ни минуты, когда бы я перестала любить тебя, Люциан.

Она соскальзывает, срываясь за край перил, и паника взрывается в моих мышцах. Я инстинктивно бросаюсь вперед, тянусь и хватаю её за руку. Только поймав её запястье, я осознаю свою ошибку. Боль пулей прошивает запястье и уходит в плечо — весь её вес повис на моей когда-то сломанной руке.

— Ах, твою мать! — хриплю я сквозь агонию, разрывающую мышцы. — Кто-нибудь, помогите!

В её глазах блестят слезы, она смотрит на меня снизу вверх, удерживаемая лишь за тонкое запястье.

— Ты можешь отпустить меня сейчас.

— Нет. — упершись ногой в край перил, я тянусь к ней другой, здоровой рукой. — Хватайся за вторую руку. Пожалуйста, Амелия. Этой рукой я смогу тебя вытянуть.

— Я хочу, чтобы ты меня отпустил. Я хочу быть с Рорком. Обещаю, в этот раз я буду ему хорошей матерью. Тебе не придется беспокоиться.

Моя рука дрожит, я перегибаюсь через перила еще сильнее, пытаясь дотянуться до неё крепкой рукой. Я не могу даже приподнять её настолько, чтобы перехватить за предплечье.

— Пожалуйста, возьми меня за руку. Я умоляю тебя.

Сосредоточившись до предела, я пытаюсь напрячь плечо, чтобы подтянуть её и схватить, но невыносимое ощущение раздирает мои мышцы, словно они отделяются от тела.

Ей удается вырваться.

Звук мучительной боли вырывается из моей груди, разлетаясь эхом в ночи.

Через секунду она ударяется о мостовую, и красная лужа расползается по цементу, создавая кровавый ореол вокруг её головы, отчетливо видимый в свете сработавших прожекторов.

Сжав дрожащие руки в кулаки, я прижимаю их к вискам и сползаю по стене на пол. Мир снова вспорол меня до костей, и я истекаю той самой скорбью, что была заперта внутри меня.

ГЛАВА 53

Исадора

Наши дни...

Я должна это выяснить. Эта мысль гложет меня изнутри, свербит в голове и не дает покоя. Неужели Нелл действительно умерла от передозировки? Была ли она постоянным клиентом в баре моей тети? Лгала ли она всё это время? И что, черт возьми, значило то предупреждение, которое она оставила перед уходом? И почему она работала с частным детективом?

В голове роится уйма вопросов, сталкивающихся друг с другом.

Если я прямо расскажу тете Мидж о случившемся, это просто станет очередной порцией сплетен о Блэкторнах. Она предупредит меня держаться подальше от этого места и скажет, что я ищу неприятностей, связываясь с Люцианом.

Но что, если у Нелл не было передозировки? Что, если с ней что-то случилось? Может, тетя Мидж видела её в баре. Может, она видела, как Нелл уходила с кем-то. Я смогу хотя бы немного успокоиться, если просто спрошу. Я уверена, что к этому моменту весь город уже знает, что в номере мотеля нашли мертвую женщину. Подобные вещи в Темпест-Коув случаются не настолько часто, чтобы их можно было полностью замять. И если есть человек, который в курсе всех подноготных — тем более что это произошло всего в полутора милях вверх по дороге, — то это тетя Мидж.