Чтение онлайн

— У него давняя история домогательств к молодым девушкам. Возможно, она показалась ему слишком соблазнительной.

— Если ты не против, мы бы хотели взглянуть сами. — Доминик покосился на того здоровяка и коротко кивнул.

Когда этот придурок проходил мимо меня внутрь, он задел меня плечом. Мышцы обожгло диким желанием размозжить ублюдку череп прямо здесь.

Луис стоял поодаль от Доминика, молчаливый, как и всегда, и сверлил меня взглядом. В моей голове тем временем прокручивалось сразу несколько сценариев того, чем всё это кончится.

Этот качок стреляет мне в спину.

Они втроем затаскивают меня в машину.

Макаио выпрыгивает из теней, валит их всех, а мне потом приходится объяснять всё это дерьмо Фридриху.

Между нами тремя повисла неловкая тишина, пока незнакомец топал по хижине. Когда он появился снова, его глаза так и светились обвинением.

— Там внутри всё в крови.

— Да. Так и есть. Похоже, у Бойда вышла стычка с детективом, который за ним следил. Подозреваю, именно из-за него они оба и сбежали. — я кивнул в сторону неглубокой могилы, что чернела сразу за кругом света от прожектора. — Его останки найдете вон там.

Дергаными движениями оба старика развернулись. Луис, прихрамывая, подошел к указанному месту, после чего обернулся к Доминику и кивнул.

— Это всё очень мило, но тогда почему у тебя кровь на плече? — если я не прикончу этого ублюдка за спиной прямо сегодня, это будет чудом. — И раз уж на то пошло, почему его машина всё еще здесь, если он так спешил?

Я даже не потрудился повернуться к нему лицом, продолжая смотреть на Доминика.

— Его машину узнает каждый на этом острове. Учитывая его прошлые «подвиги», молодая девчонка рядом тоже привлекла бы внимание. Скорее всего, они забрали машину детектива.

— Нет. — он подошел вплотную, вторгаясь в мое личное пространство, и мои пальцы дернулись от непреодолимого желания выхватить пушку и рискнуть. — Я думаю, ты лжешь. Думаю, ты точно знаешь, где девчонка. И Бойд тоже.

— Мне как-то плевать на то, что ты там думаешь. — всё еще стоя к нему спиной, я поудобнее перехватил рукоять пистолета, заткнутого за пояс. — И я по-хорошему прошу тебя свалить, пока я не преподал тебе урок личных границ.

— Я бы посмотрел, как ты попробуешь...

— Хватит! — вынув сигару изо рта, Доминик глянул через плечо на Луиса и молча кивнул. Это могло значить что угодно, но я поставил бы на то, что это сигнал к моей смерти.

В тот момент, когда я заметил, как Луис достает пистолет из кобуры, я вцепился в свое оружие. Плечи свело от напряжения. Одним резким движением я развернулся ровно настолько, чтобы ствол смотрел прямо в ребра стоящему рядом верзиле.

Но прежде чем я успел нажать на курок, меня остановил негромкий хлопок выстрела. Пустое, ошарашенное выражение на лице здоровяка казалось слишком блеклой реакцией на дыру в черепе, отметившую путь пули. Его хватка на моем плече ослабла, а следом раздался тяжелый глухой удар — он рухнул на землю рядом со мной.

Я выдохнул и кивнул. Мышцы в груди наконец отпустило, и я перевел взгляд на двух оставшихся «Пиджаков».

— Что ж, это был интересный поворот событий.

— Честно говоря, мне глубоко насрать, зачем ты здесь и где девчонка. Считай, что мы никого из вас не видели. — Доминик прищурился, засовывая сигару обратно в зубы и затягиваясь. — Верно ведь, Луис?

— Никогда не любил этого ублюдка. — хриплый голос Луиса прозвучал настолько непривычно, что волна шока снова ударила по нервам. — Как и Бойда, если уж на то пошло.

Двое старых «Пиджаков» направились обратно к машине. Взявшись за ручку пассажирской двери, Доминик снова обернулся ко мне.

— Я пришлю чистильщика, чтобы прибрал этот бардак. И займись своим плечом, Люциан. Раны начинают гноиться, если их игнорировать.

ГЛАВА 63

Исадора

Я открываю глаза в полумраке комнаты и уставляюсь в потолок, где яркая, вычурная роспись с греческими богами в разгаре битвы отбрасывает отблески над головой. Оторвав голову от подушки, я хмурюсь, не узнавая обстановку, и осматриваюсь, пока не замечаю в углу темный силуэт — кто-то сидит там и смотрит на меня. Я часто моргаю, пытаясь продраться сквозь туман изнурения в голове.

— Где я?

— В моей спальне. — неподражаемый голос Люциана звучит как удар камертона, и облегчение, которое я чувствую, вызывает слезы на глазах. — Доктор Пауэлл извлек пулю из твоей лодыжки. Он дал тебе обезболивающее. Ты была в отключке целый день.

Когда я пытаюсь приподняться, руки встречают сопротивление. Я вытягиваю шею и вижу черные кожаные манжеты на своих запястьях.

От паники перехватывает дыхание, и я начинаю дергаться.

— Ты все время пыталась вырвать капельницу. Моя кровать — единственная, что оборудована фиксаторами.

Не знаю, почему сама мысль об этом меня так бесит, но я смотрю на него с нескрываемым презрением.

— Для твоих рабынь?

— Для тебя. Я приказал установить их для тебя в те выходные, когда просил тебя остаться.

— Чтобы держать меня в плену?

— Эта мысль промелькнула у меня в голове. — в его ответе нет ни тени юмора. Он подается вперед, опираясь локтями на бедра. — Если не считать лодыжки, как ты себя чувствуешь?

Этот вопрос заставляет меня горько усмехнуться. Как я себя чувствую? Зная, что мой отец — убийца, прикончивший мою мать? Тот, кто, скорее всего, всерьез намеревался убить и меня.

— Это трудно осознать.

— Согласен. Ты могла погибнуть. Одна шальная пуля — и всё.

Мои мысли быстро трезвеют от его серьезного тона, и тяжесть ситуации снова давит на меня.

— Как ты меня нашел?

— Браслет. Я отдал его детективу.

— Мне не следовало его снимать. — тупая боль пульсирует и в лодыжке, и в голове. Я поворачиваюсь на бок и вижу на тумбочке стоит стакан воды. — Это мне?

— Да. Там лежит таблетка, если понадобится. Но она тебя вырубит.

— Ты не мог бы меня расстегнуть? В пальцах уже покалывает.

Он смотрит на меня, словно колеблясь, и его слова о том, чтобы держать меня в плену, снова всплывают в памяти. Промедлив еще минуту, он поднимается с кресла, пересекает комнату и останавливается у кровати, проводя пальцем по моему виску.

— Я думал, что потеряю тебя. Это такая степень безумия, которую я больше никогда не хочу испытывать.

Еще мгновение он смотрит на меня, а затем расстегивает ремни на моих запястьях.

Я несколько секунд растираю раздраженную кожу, проводя пальцами по следам от оков, а затем тянусь к стакану. Холодная жидкость обволакивает сухую гортань и почти шипит, когда я глотаю.