Чтение онлайн

— Есть разница между грубостью и изнасилованием. Между страстью и полным предательством доверия. Когда тебя заставляют чувствовать себя маленькой, слабой. Никчемной.

— Что бы я только не отдал, чтобы оказаться в той комнате в ту ночь, — тень в его взгляде заставляет меня вздрогнуть. Я только могу представить, какая ярость сейчас в его мыслях. — Они бы горько пожалели, что коснулись этой девушки.

Несмотря на дрожь в теле, я пытаюсь это представить. Дьявол преподает этим малолеткам урок кармы. Всё могло бы быть иначе. Возможно, тогда меня бы не мучили кошмары.

— С тобой я впервые чувствую себя в безопасности, Люциан.

— А ты — первая за долгое время, из-за кого я вообще что-то чувствую. — он целует меня в лоб, сжимая затылок. С каждой секундой воспоминания запечатываются обратно, а дрожь в мышцах утихает.

— Расскажи мне о музыке. Откуда у тебя такой дар? — он намеренно меняет тему, и я благодарна ему за это.

Я тяжело выдыхаю, стараясь прогнать последние призрачные образы.

— Не знаю. Может, от отца? Но я о нем ничего не знаю. Он умер, когда я была маленькой. Но точно не от матери, это я тебе гарантирую.

— Что ты собираешься с этим делать?

Я пожимаю плечами.

— Я об этом не думала. — подавшись вперед, я целую его и чувствую, как его руки скользят к моим бедрам. — Хватит обо мне. Я хочу знать о тебе. Люциан, откуда у тебя эти шрамы?

— Я расскажу тебе как-нибудь, но не сегодня. — его палец очерчивает линию моей челюсти, он снова выглядит погруженным в свои мысли. — Это долгая и неприятная история. А тебе нужно поспать.

ГЛАВА 43

Люциан

Четыре года назад…

Я паркую «Дукати» на дуге подъездной дорожки у поместья и глушу двигатель. В последнее время мне нечасто удается на нем прокатиться, но первый день весны принес тепло, и долгая поездка до офиса показалась куда заманчивее прогулки в авто — ветер проносился мимо на скоростях, от которых у моей матери глаза бы вылезли из орбит.

Отец стоит у окна своего кабинета, наблюдая за тем, как я слезаю с байка. Мне почти тридцать, а он всё еще пасет меня, как подростка.

Когда я взбегаю по лестнице, в дверях меня встречает Рэнд, и я бросаю ему свой шлем.

— Отличная работа с тем контрактом, мастер, — бросает он на ходу.

Без сомнения, отец уже доложил ему о сделке, которую я заключил сегодня днем с одним из поставщиков, обеспечив компании миллионы на ближайшие пару лет. Еще один кирпич в фундамент безопасности «Блэкторн Энтерпрайзс».

— Спасибо. Рорк у себя?

— Полагаю, именно там я видел его в последний раз.

Я поднимаюсь на второй этаж и сворачиваю налево по коридору, где детская Рорка официально превратилась в пит-стоп «Формулы-1». Ему всего три с половиной, а пацан уже весь в меня. Я захожу и вижу, как он сидит на полу со своими машинками; на секунду я замираю в дверном проеме, наблюдая за ним.

Он возит машину по ковру-треку, что-то бормоча себе под нос:

— Ура, я победитель! Я выигвал гонку. О, хочешь еще пагоняться? Да!

Я усмехаюсь, глядя на него, и когда он оборачивается ко мне, его голубые глаза вспыхивают восторгом.

— Папа! — он бросает машинки и несется через всю комнату, а я приседаю, чтобы поймать его. Врезавшись в меня, он едва не валит меня на задницу. — Видишь мою новую бибику, папа? — он тычет пальцем в одну из брошенных игрушек. — Дядя Рэнд подавил её мне.

— Дядя Рэнд, значит? И где же дядя Рэнд взял игрушечную машинку?

— Он купил её в магазине.

С улыбкой я провожу рукой по его светлым волосам — еще одна черта, доставшаяся ему от Амелии.

— Как прошел день, приятель?

— Холошо. А ты лаботал?

— Работал. И провернул крупное дельце. — я поднимаю ладонь, и он подпрыгивает, чтобы дать мне «пять».

— Поиграешь со мной в гонки?

— Дай мне принять душ и по-быстрому закончить с бумагами, и я проеду с тобой пару кругов.

— Ура! — он прыгает на месте и снова бросается ко мне на шею.

Я обнимаю его, прижимаю к себе и целую в щеку. В комнату входит Амелия.

— Так, Рорк, пора купаться.

Мы с ней почти не разговариваем — меня целыми днями нет дома, но она уже не спит так долго, как раньше. В последнее время, насколько я знаю, она встает и одевается еще до десяти утра и даже начала брать Рорка и Сампсона на прогулки в сад. Мы никогда не станем той семьей, которую она себе представляла, но, по крайней мере, мы не стали и тем кошмаром, который видел я.

Руки в карманах, волосы собраны в небрежный пучок; на ней джинсы и свободный топ — совсем не то, что она носила бы десять лет назад. Она выглядит старше. Всё еще красивая, но постаревшая от стресса.

— Как всё прошло сегодня? — мать, должно быть, уже просветила её, так как я точно не докладывал ей о своих планах.

Тем не менее, я отвечаю:

— Нормально. А у тебя?

— Тоже нормально.

Повисает неловкое молчание — как и всегда. Обычно она пытается заполнить пустоту банальными разговорами о погоде или моем офисе. Чаще всего мне кажется, что она просто ждет, когда я проколюсь и сболтну, что трахаю кого-то на работе. Сегодня я не даю ей такого шанса.

— Мне нужно доделать кое-какие бумаги. — снова переключив внимание на Роарка, я указываю на него пальцем, пятясь к двери. — Увидимся через пару минут, приятель. Сделай пока пару разминочных кругов, идет?

— Идет, папа.

— Люциан, — окликает она меня, пресекая мой побег. — Я тут подумала… если ты не против, завтра… Может, поужинаем? Вместе? Ничего особенного. Просто… пообщаемся.

О чем? О четырех годах игнорирования друг друга? Два из которых я провел, ненавидя её. Мы втроем никогда не ели как семья. Я либо перехватываю что-то по дороге из офиса, либо ем в одиночестве позже, когда все уже легли спать.

— Я подумаю.

— Справедливо. Я лягу сразу после купания Рорка. Присмотришь, чтобы он уснул?

— Да. А где Анна?

— Я дала ей выходной. Просто пытаюсь… — она опускает взгляд и качает головой. — Неважно.

— Пытаешься что?

— Снова стать матерью. — странно слышать от нее такие слова, учитывая, что первый год жизни Рорка она всячески избегала этой роли. — Я не хочу, чтобы моего сына растил кто-то другой.

Я плотно сжимаю губы и одобрительно киваю, хотя я слишком редко бываю рядом с Амелией, чтобы знать, насколько серьезно она к этому относится.