Чтение онлайн

Традиционализм не только принуждает к работе, но и ограничивает её. С точки зрения ОСС работать больше, чем принято – глупость или блажь. Лишний золотой в мировоззрении крестьянина не реализуется в нечто полезное и необычное 288 . Согласно традиции, он обязан как все, и резко и существенно изменить свою жизнь не может, а окружение не представляет тому возможности: все, что надо, у него

есть, а остальное – гордыня или „от лукавого”. Инструментальный коллективизм отрицает стяжательство, накопительство и потребление сверх меры, которые влекут за собой повышение уровня жизни. Его парадигма – культурная константа, ориентированная на средний уровень жизни в рамках конкретного сообщества, что означает невозможность разбогатеть без нарушений его норм или метанорм. В этом состоит основное противоречие: каждому члену сообщества необходимо трудится усердно и постоянно, но не стремиться к богатству. Из этого следует, что архаичная земледельческая квазиродовая община не могла формировать личность, и, следовательно, была не способна инициировать частную инициативу. Вместе с тем, „… в коллективистских культурах сильна лояльность по отношению к семье и к рабочей группе. Сходным образом женщины в меньшей степени проявляют социальную леность, чем мужчины” 289 . Эксперименты, проведённые в 16 странах Азии, показали, что представители коллективистских культур проявляют меньше социальной лености, чем в культурах индивидуалистских” 290 .

Инструментальный коллективизм и его последующее его разложение в урбанистической культуре легли в основу теории ибн Халдуна 291 , который попытался обосновать цикличность смены магрибских династий. В основу его гипотезы 292 легло представление о том, что любой человек не может жить вне группы: он нуждается в сотрудничестве и поддержке товарищей и только крепко спаянная группа может обеспечивать успешную защиту. Второй его постулат заключается в том, что разные группы имеют различные возможности для совместных действий. Это их свойство определяет асабия – „ощущение плеча товарища” 293 , которая обеспечивает „способность защитить себя, оказывать сопротивление и предъявлять свои требования». По версии ибн Халдуна, она есть результат „социального общения, дружественных связей, длительных знакомств и товарищеских отношений”, т.е. интеграции небольшой группы патриархальных семей на основе реципрокации. Её инертность в целом основана на коллективистком стереотипе поведения в условиях враждебной среды и носит механический характер. Попадая в социально инородную среду, члены сообщества легко адаптируются, но при этом теряют свою идентичность.

Таким образом, третьим фактором, влияющим на асабию, является её взаимный контакт с внешним миром. Оно необходимо для обмена информацией, в ходе которой приобретаются навыки и знания, и является источником престижных товаров и иных благ. Влияние внешней среды, в первую очередь информация, является причиной роста или уменьшения асабии конкретной группы. Борьба за выживание в условиях враждебного окружения стимулирует потребность сотрудничества в экономии ресурсов и стимулирует рост метапозитивных потребностей сообщества, побуждающих их коллективному сплочению и действию. В стеснённых обстоятельствах, особенно, в небольших коллективах с примитивной иерархией труда каждый член находится на счету, вследствие чего растёт синхронизация их отдельных частей вокруг лидера. В связи с этим можно выделить два вида асабии – „солидарность прайда”, свойственную для реципрокативного сообщества, и „единство стаи”, как взаимодействие элиты в процессе выполнения властных функций и, главным образом, редистрибуции продуктов, изъятых у подконтрольных иерархий труда. Последнее явление является следствием отчуждения элиты от общества. Инстинктивно осознавая собственную неэффективность, она постоянно находится в состоянии.

Согласно ибн Халдуну, „сильная асабия дает преимущество в борьбе за власть и позволяет ей доминировать над остальными”. Для сохранения этого положения кумулятивный показатель асабии объединенных групп низших уровней должен быть ниже, ибо в противном случае неизбежен конфликт, который может привести к распаду системы. По этой причине правление должно принадлежать семейству или роду, который имеет самые сильные и естественные права управлять другими асабиями. Однако, даже в этом случае только лидер, опирающийся на сильную асабию, может преуспеть в основании династии. Уже в самом этом тезисе ибн Халдуна лежит противоречие, поскольку требует трансформации правящей династии из патриархальной в стволовую семью, что скажется на уменьшении численности правящей группы. Другой важный момент удержания власти заключается в этнической однородности конкурирующих за неё групп. Подобная проблема на короткий срок решается за счёт института гулямов, который по мере своей легитимации превращается в закрытую корпорацию, стремящуюся к власти 294 .

Более благоприятные условия и большая численность правящей группы позволяют более расточительно относиться к ресурсам и создают предпосылки для тяги к роскоши (того, что не является необходимым, но престижным). Данное явление связано с самореализацией индивида, который своими действиями фиксирует своё положение в обществе. Другим последствием «роскоши ради престижа» является появление и постоянный рост «балластных элементов» в системе (энтропии производительных сил). Будучи не в состоянии самореализоваться, они дают волю своим латентным метапотребностям, которые со временем вступают в противоречие с интересами общества.

Непременная стратификация индивидов внутри редистрибутивной иерархии труда усиливает соперничество внутри элиты, которая адаптирует к ней свою структуру, вследствие чего снижается асабия доминирующего сообщества. Её относительная сила снижается вследствие относительного уменьшения господствующего класса при общем росте населения. В определённый момент количество переходит в качество: превысив асабию доминирующей группы, её подданные поднимают восстание и меняют власть. После перидо неурядиц её добивается очередная иерархия труда с сильной асабией.

Ибн Халдун приводит количественную оценку скорости десинхронизации господствующих групп для стран Магриба: от учреждения до падения династии (государства) обычно проходит четыре поколения, хотя в состоянии упадка династия может иногда существовать в пятом и шестом поколениях. Достоинством теории ибн Халдуна являются чёткие формулировки, позволяющие формализовать динамику доиндустриальной иерархии труда в условиях внешней угрозы. Вместе с тем она не объясняет причины активности той или иной группы в борьбе за власть, ибо индустриальный коллективизм по своей природе инертен.

Сельская община, находящаяся в условиях постоянного давления со стороны власти, не заинтересована увеличивать производство избыточного продукта, поскольку большая часть его будет отобрана. Урбанистическая культура долгое время сохраняет аналогичный императив по отношению к выработке, норме и/или производительности труда 295 . В частности, цеховые ограничения на нормы времени труда и норму выпуска изделий средневековых ремесленников имеют ту же природу, что и сельские общинные нормы. Они долго сохраняются и позже в индустриальную эпоху, когда произошло формирование наций, институтов гражданского общества и были заложены первоосновы научно-технического прогресса.

„…Винтовка рождает власть…” (Мао Цзэдун)

Неравенство между людьми имеет множество оттенков, которые влияют на структуры общества. Удовлетворительного функционального объяснения его истоков нет и быть не может, ибо любая попытка – это сделать представляет собой спорную гипотезу относительно природы человека, либо базируется на petition principii, т.е. представляет собой объяснения через объясняемое 296 .

Между тем, различия между людьми существуют и определяются следующими четырьмя факторами. К ним относятся:

1) биологический (генетический),

2) физическая среда обитания, в частности климат, ландшафт, доступность ресурсов,

3) отношение к труду, его конечному результату, как текущему, так и интегральному 297 . Эти различия возникают как на текущем уровне соперничества, так и от места в иерархии труда,

4) накопленная технологическая и ментальная 298 культура, содержащая опыт, мотивацию и метапотребности.

Одна часть этих различий устраняется или нивелируется благодаря обучению, а другая путём изменения парадигмы развития, приводящая к изменению потребностей и, соответственно, иерархий труда. Именно рутинный труд, как труд необходимый в обществе, порождает социальное неравенство. Оно определяется местом индивида в иерархии труда 299 , позволяющее ему распоряжаться или владеть излишками труда, и иерархией потребностей, которая не зависит от доминирующего вида собственности на средства производства. Прогрессирующее разделение труда формирует, возобновляет и постоянно культивирует социальное неравенство и классы.