Чтение онлайн

– Для этого мы пытались дать компьютеру самосознание. В итоге мы получили, что завышенная самооценка приводит компьютер, выражаясь человеческим языком, к потере интереса к знаниям!.. О внеш-нем мире, заниженная оценка знаний о себе приводит к потере ин-тереса к знаниям вообще, оценка знаний о себе, уравненная с оцен-кой знаний о внешнем мире, приводит к глобальному агностицизму. Что нам делать?

– Неужели непонятно?
– пожал плечами Лео.
– Все три варианта замы-каются на отсутствие интереса у компьютера. Следовательно, инте-рес ему надо привить... Знаю, знаю. Ты вообще против чувств. Но это - не будет чувством. Это - всего лишь ещё один импульсный усилитель, позволяющий ломать самозамыкающиеся логические контуры...

– Сгорит машина, - вздохнул Кэлш.

– Поставим комплект ограничителей, предохранителей.

– Естественно, компьютеру понадобится аналог ещё одного чувст-ва - самосохранения. А позже - почему бы не придумать нечто похожее на универсальную регулировку всего живого кнутом и пряником - болью и удовольствием?

– Правильно, - обрадовался Лео, не чувствуя ловушки, - эти регули-ровки надо завязать с программой таким образом, чтобы ослаб-ление мыслительной работы приводило к неудобствам - ослаблению питания, например...

– Угу. Значит, чувство голода.

– Да. А чувство самосохранения будет подхлёстывать мышление...

– Ты ещё забыл о чувствах любви, и уважения к людям...

– Конечно!

– И о ненависти к их врагам...

– Ну, да!

– А чувство соперничества?

– Ты куда гнёшь?
– подозрительно покосился на Дика Лео.

– А туда... Не нужны интеллекту чувства.

– Как же так?
– Удивилась Арина.
– Любому живому существу нужны чувства.

– Живому! А у нас - компьютер!
– сгоряча одёрнул её Дик.

– Нет, - упрямо покачала она головой и ласково погладила ко-жух компьютера.
– У нас - интеллект. Вы же не хотите, чтобы ин-теллект был мёртвым?

Довод оказался неотразимым, тем более, что он основывался на очевидном факте - Компи, у которого, с точки зрения специалистов, все системы работали нормально, не генерировал интеллект. Ему, очевидно, было глубоко интенсивно наискрить с высоковольтного разрядника на противоречие содержания мысли самой мысли, ибо, надо полагать, сама мысль для него существовала как улавли-вание резонирующего соответствия модулированных электромагнит-ных потоков содержания отдельных ячеек памяти, приводимых в активное состояние поисковым потенциалом приоритетной ячейки. То есть, другими словами, мысль есть обнаружение само-достаточности её содержания.

Дик, осознавая произошедший конфуз, был вынужден согласиться с Ариной, успокаивая себя тем, что, во-первых, электронная регу-ляция и стимуляция, всё же, не будут являться чувствами в че-ловеческом смысле, во-вторых, "чувства" Компи планировались замкнуть именно на интеллектуальную деятельность исина, в-тре-тьих, чувства тщательно отбирались и облагораживались. Кроме того, "чувства" решено было подключать к схеме Компи посте-пенно, по мере необходимости. Дик Кэлш, по-прежнему, хотел огра-ничить как можно уже их представительство в исине. Результаты воплощения в реальность нового направления в "исинологии" обескуражили исследователей. Присоединение к схеме Компи чувственного блока, как и предвидел Дик, привело к ломке логических цепей, сбоям программ.

– Зачем нам нужен исин?
– чуть не плакал с досады Кэлш.
– Затем, чтобы он мыслил не только быстрее, но лучше, глубже и безошибоч-ней человека! А это скопище знаний, занимающее в физическом пространстве 300 м2, проявляет интеллектуальную активность трёхлетнего ребёнка!

– Здесь нужна тонкая регулировка, - нашёл объяснение Лео и до-бавил Компи новые контуры "чувств", регулирующие уже не ра-зум, а "первичные чувства".

Длина логических цепей росла, но ещё быстрей росла дисси-пация мысли: она разветвлялась, отделялась от своих начал, теряла направленность, путалась и, опять же, рвалась. Терпение исследователей подходило к концу.

Постепенно Лео увлёкся новой идеей модальной обработки информации. Дик, чувствуя отвращение к сотворённому уродцу и равнодушие к его персоне Арины, начал пить....

Одна Арина проводила длинные, к тому времени, осенние вече-ра наедине с Компи, возясь с ним, как с ребёнком... Я так и вижу одну из их многочисленных встреч!
– вдохновлено повёл вокруг себя руками Сказочник:

– Ты пойми, - втолковывала вновь и вновь Арина банальную истину исину, - есть правила и законы Нормальной логики, есть диалектика. Но это ещё не значит, что нет иных логик. Мы их не знаем, хотя пользуемся ими ежедневно. Логика - это существование того или иного предмета в мыслительной форме. Поскольку же предметов, объектов во Вселенной - бесчисленное множество, то в нашем со-знании есть место для бесчисленного множества потенциальных логик. Подчиняются ли они все, в итоге, формальной логике или диалектике, как наиболее общим логикам?

И - да, и - нет. Потому как формальная логика, так и диалек-тика суть логика общего в предметах, но не конкретного. А разве можно считать общие логики сколь - нибудь полными? Ко-нечно же - нет. Даже понимание основных законов логик у учёных различно, не говоря уж о способах их применения. А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что логик больше, чем изучаемых объектов - их больше на количество людей, мыслящих об этих объек-тах каждый по своему, хотя они и пользуются одними и теми же из-вестными фактами и одними и теми же законами общих логик. А отсю-да - я предлагаю тебе искать свою собственную логику, свой спо-соб мышления, свойственный именно тебе.

– Как, Арина?
– жаловался обретший глуховатый голос Компи.
– Ведь мышление без логики невозможно. У вас, людей, есть чувства, кото-рые, если судить по имеющейся у меня информации, способны заме-нять мышление. Например, чувство самодовольства тождественно мыс-ли: "созданное мной не может быть плохим" или чувство уничижения, тождественное мысли: "magister dixit" - учитель ска-зал... Эти чувства стабилизируют мысль, придают ей определён-ную устойчивую форму. А у меня мысль, едва зародившись, уми-рает.

– Но у тебя же есть чувства!
– убеждала Компи Арина.

– Чувства? Во мне живут бесконечные потребности, напоминающие, скорее, инстинкты, чем чувства. Я регистрирую уменьшение пита-ния, если увеличивается диссипация мысли, или, если я попадаю в логический круг... Во мне рождается хаос, если происходит от-клонение от нормы моего функционирования. Что-то напоминает мне о прежних моих возможностях и я стабилизирую мышление его концентрацией. Это и есть чувства?

– Нет. Чувства - это... цвет моих мыслей... Нет. Это - большее... Это моя жизнь, моё переживание... Средоточение меня...

– Я тебя не понимаю... Разве не средоточение тебя - мышление? Разве без мышления ты - будешь ты?

– Нет. Но без чувства мысль лишается смысла, перестаёт быть мыс-лью - один мыльный пузырь и... щемящая пустота...

– Щемящая пустота...

– Мне становится страшно...

– Страх... Что это?.. Ты плачешь, Арина? Почему?

– Бедный мой Компи, - сквозь слезы улыбнулась девушка, - ты совсем наивный... Страшно - это когда одна...

– Мне страшно... Мне плохо одному... Мысль тяжело удержать.