Чтение онлайн

Сам Ганин обращался к ней нечасто, больше тусуясь с парнями и крикливой Анькой Лившиц, длинноногой красавицей с элементами пацанки. Анька ездила на громадном лэнд-ровере, и рушила любые стереотипы о блондинках щелчком наманикюренных тонких пальцев.

– Я не готовилась, что я говорить-то буду?
– Аристова растерялась. Она вообще планировала проспать эту пару на галерке, радуясь, что ее на роль не назначили, а тут такой облом.

– О, суд договаривается с прокурором,- будущий подсудимый, Лебедев, оторвался от телефона и саркастично ухмылялся.
– мы видим тайное закулисье правосудия!
– Витьку лишь бы сострить, да поржать. Он с быстротой молнии умеет нравиться преподам наивной внешностью паиньки из прошлого, скрывая сущность умного и хитрого хорька. И сам чуть ли не гордится этим.

– Давай, я в тебя верю!
– Ганин умчался в деканат за судейской мантией. В аудиторию начали возвращаться ее одногруппники, нагруженные стаканчиками кофе, шоколадками и булочками. Анька Лившиц, усевшись позади Женьки, торопливо уминала перехваченную в столовке пиццу, не жуя, чтобы успеть до прихода препода. Ей вторила Сашка Орлова, ухитрявшаяся тянуть сок и одновременно объяснять своему парню по телефону, откуда ее забрать после пары.

Аромат пиццы заползал Женьке в ноздри, и приятно щекотал там. Ее поймет любой, кто не успевает утром перехватить ничего существеннее пары бутербродов с колбасой. А столовка на перемене превращается в декорацию сериала про зомби. Все бредут по направлению к кассе, сбившись в очереди, и медленно тянут руки, пытаясь урвать с витрин еще оставшиеся там блюда. Через семь минут после звонка витрины пустеют, и начинается битва за столики. Опоздавшие довольствуются крошечной упаковкой сока в буфете и парой шоколадок.

Женька со школы не очень любила такие столовки из-за давки, беготни и невозможности сосредоточиться. Ей казалось, что еда - нечто вроде сокровенного ритуала, который лучше осуществить в одиночестве. Аристова не любила, когда на нее смотрели, ей мерещились смешки из-за угла и придирчивые оценивающие взгляды. В школе так и было, там каждый на виду, и каждого обсуждают, стоит ему отвернуться. Универ по своей организации другой, здесь каждому наплевать на другого, но она разницу замечать не хотела. Привыкла к старой системе, и боялась расслабиться, чтобы не сделать что-то не так. Худший кошмар патологической отличницы, иногда подтрунивала она над собой.

В аудиторию вошла Изольда Германовна, препод по юрпсихологии. Несмотря на невыговариваемое имя, тетка она была вполне нормальная, даже отличная. Полностью без комплексов, сразу видно, что психологиня. Оделась она в обширное бесформенное сине-серое платье, и нацепляла на глаза очки с квадратной оправой.

Пары обычно проходили весело, почти как беседы. Вот только автоматы Изольда не ставила, предпочитая болтать о жизни, и показывать бесконечный фильм «Место встречи изменить нельзя». Сей шедевр преследовал студентов с первого курса, ходили слухи, что и на четвертом опять будет он. Женька, например, могла бесконечно пересматривать какую-нибудь «Гордость и предубеждение», но не соглашалась хотя бы дважды видеть будни московского угрозыска и бандитов «Черной кошки». Такой вот парадокс.

В прошлый раз, например, Изольде вздумалось выспрашивать ребят об их идеалах и ценностях. Женька жутко раскраснелась, и категорически отказалась тогда отвечать. Не то, что зануда Ганин, полчаса заливавший психологине таинства киновселенной «Марвел», вобравшей всех его идеалов. От остальных, видимо, ничего не требовалось, и они в молчании внимали этим импрессионистским откровениям.

Изольда прошествовала на свое место, по-медвежьи переваливаясь толстыми ногами, еле держащими столь же толстое тело. Больше всего она смахивала на колобок.

– Итак, - прогудела она,- сейчас в наши двери постучится актерский талант..

Дверь открылась, ввалился Серега с ворохом черных тряпок. Ребята захихикали, глядя на новоявленную музу, тот только плечами пожал.

– Изольда Германовна, в деканате дали мантии на всех трех судей.
– Ганину не повезло быть старостой группы, в случае чего спрос будет с него. Ему не привыкать, выкрутится. Когда они в сентябре свалили с самой жуткой пары по уголовному праву, он сочинил для препода драматический триллер о бедствии приюта для собак «Ласка», над которым группа взяла шефство, так, что Каменев даже расщедрился на похвалу. Естественно, тогда они свалили в кино на только что вышедших «Фантастических тварей», к собакам имевших весьма отдаленное отношение.

Судьи не заставили себя долго ждать, редко когда удавалось пощеголять в подобных нарядах. Длиннющие черные шуршащие мантии шил себе четвертый курс, так что Анька с Сашкой серьезно рисковали в них утонуть. Особенно пухлая коренастая Сашка.

– Саш, дашь потом примерить?
– Каринка явно уже представляла себя федеральным судьей.

– Ой, у кого-то сегодня сменится ава в соцсети,- протянул Серега, разваливаясь в кресле председательствующего. Аудитория была оборудована как мини-зал судебных заседаний, с трибуной, кожаными черными креслами, микрофоном и гербом России на стенке.

Подсудимые, Титов и Селюгина, старательно изображали Бонни и Клайда, перекрикивая и прокурора и адвоката. Женька, загуглившая прокурорскую речь за десять минут до прений, не знала, куда деваться от внимательного взгляда Изольды. Да еще Ганина, с его насмешливой улыбочкой. Каринка из кожи вон лезла, адвокатские замашки так и сквозили. Лучше всех себя ощущал Пашка Зверев, игравший судебного пристава. Он написал черным маркером на листе «пристав» и приколол булавкой к пиджаку, и так стоял на входе в аудиторию. Чем-то напоминал крутого телохранителя из боевика.

Сонька Яркина, секретарь заседания, сновала между судьями и допрашиваемыми свидетелями, с бумагами - доказательствами. Ганин, на котором была организация спектакля, раздобыл даже бомбу, которую его подсудимые якобы подложили у двери в деканат. Бомбу играл черный пакет, набитый мусором, из которого коварно светил красный огонек засунутого туда телефона. Это еще что, в прошлый раз Женькина черная сумка исполняла роль тела. В разгар спектакля из нее посыпались книги, это породило легенду об экспертах, потрошащих свежие трупы.

– Из протокола осмотра места происшествия и акта о применении служебно-розыскной собаки следует, что взрывное устройство в школе не обнаружено.
– чеканила Женька речь из телефона, стараясь выглядеть пострашнее, как подобает прокурору. Однако, светло-зеленая блузка и джинсовая черная юбка ужаса не вызывали. Подсудимый Титов, он же в просторечии Витек Лебедев, откровенно сидел в телефоне, нисколько не раскаиваясь.
– После поступления телефонного сообщения об акте терроризма в школе N 10 на место происшествия выехала следственно-оперативная группа. При осмотре места происшествия взрывное устройство обнаружено не было, так как вызов оказался ложным. Расходы управления внутренних дел Центрального района г. Барнаула в связи с выездом и осмотром школы составляют 2441 руб. Размеры причиненного действиями подсудимых ущерба подтверждены справками бухгалтерии, сведениями о занятости сотрудников соответствующих служб.
– она перевела дух.

Ганин косился на Изольду, там внимательно слушала. И смахивала на дона Корлеоне с котом, сидела в той же позе, вот разве только зверька не прихватила. Психологиня отличалась отличными нервами, в любой непонятной ситуации сохраняла покерфейс и дежурную улыбку. С которой, по слухам, частенько отправляла расслабившихся халявным зачетом студентов на пересдачу.

Вообще, слухи - это главное средство общения в универе. С их подачи, например, злющий доцент по уголовному праву Каменев загремел в психушку, развелся с женой, и совершил две попытки суицида. А в реальности спокойно воспитывал двоих детей и выставлял на стене «ВКонтакте» сообщения о поездках на шашлыки. Да и на зачете проставил автоматы половине группы.