Чтение онлайн

– Анекдоты читаю,- получилось неубедительно, хорошо, что Карине все равно. Она с недовольным видом уткнулась в ноутбук, где уже вторую неделю рьяно переписывалась с кем-то. Имени не раскрывала, только довольно улыбалась. Знакомиться онлайн ей приходилось часто, правда дольше пары свиданий пришельцы не выдерживали, благополучно испаряясь. А Карина погружалась в новый виток депрессии на тему собственной ненужности. А потом в учебу, перевоплощаясь в трудоголичку. Или срывалась, и просиживала в кинотеатре выходные, за просмотром кровавых боевиков.

– Только за пределы вашей комнаты мне выходить нельзя, нельзя надолго покидать книгу,- спохватился Макс, уже соскакивая с кровати и глядя голодными глазами в сторону холодильника.
– Так нам объясняют, когда мы вступаем в книжное сообщество.

– Жаль, а я думала, хоть у вас никаких законов. Моя еда на второй полке, и там остался только клубничный рулет.

Макс настороженно вертел в руке означенный рулет, словно не зная, как его есть. Даже с обычным полом было так же, в первую секунду он боялся, что пол провалится или исчезнет. Предметы дышали материальностью, дышали жизнью, а он был чем-то иным. И, не до конца понимая свою природу, честно говоря, лишний шаг опасался сделать. Но рулет так сладко щекотал ноздри, что парень не удержался, и умял его в пару минут. Черт, первая еда за все время!

И как сладко ощущать на губах приторный вкус, и жадно облизываться в поисках еще не поглощенного клубничного крема. Женька, сдавшись, разрешила взять еще и колу, и колбасу, так что он был на седьмом небе. И все равно неуверенность не исчезала, только слегка отступила. Его не покидало ощущение нереальности происходящего, он не мог заставить себя поверить в то, что может ощущать себя живым.

Женька отлично видела, что парень места себе не находит, тем более, когда он начал расхаживать по комнате, как по трясине, рассматривая вещи, видя их впервые в жизни. Раньше он не мог их осязать, не мог тупо дотронуться до шкафа, провести пальцем по пыльной серой лампе, открыть окно, чтобы вечерний ветер ворвался в комнату. Кстати, судя по недовольному взгляду Женьки, окно лучше закрыть. Материальными стали даже тараканы. Словно он играл в компьютерную игру, и неожиданно оказался внутри нее, не зная толком, как здесь ориентироваться. Собственная затея показалась пустой и бредовой, уж лучше, наверно, препираться с Лизкой и подсматривать за людьми, чем резко вот так вот врываться к ним в мир. Или нет?

– Боишься?
– ехидно спросила Женька. Сама себе поразилась, как это она может так спокойно болтать с парнем, еще и не из нашей реальности?

– Нет, хотя, может быть и да,- парень невольно кивнул, бросив взгляд на распахнутую книгу. Какой бы она ни была, там все ясно и четко, размерено и устойчиво.

– Хочешь сбежать обратно?

– Нет, еще некоторое время буду тебе мешать,- усмехнулся он.

Стыдно признать, но особого опыта общения с парнями Женька в девятнадцать лет не имела. В школе она уверовала в свою незаметность, обычно старалась прошмыгнуть мимо одноклассников. В универе оказалось так же, высокие, шумные ребята ее отпугивали, она пряталась за распечатками и книгами, иногда остро осознавая свою ущербность. Мать воспитала ее одна и, наверно, внушила подсознательно этот страх перед теми, кто наверняка сильнее. Макса она тоже, если честно, побаивалась, он заполнял собой практически все пространство и без того узкой и тесной комнаты. И десять минут кряду разглядывал их с Каринкой чайник, любуясь мерцающим красным огоньком сигнала кипения воды. Как слепой от рождения, которому сделали совсем недавно операцию и вернули зрение. Он слышал обо всех этих вещах, но не мог увидеть, и теперь наверстывает упущенное.

Погода снаружи переменилась, послышался шум дождя, и по стеклу поползли крупные тяжелые капли, едва различимые в бархатной черноте окна, в желтоватом свете лампы на голом потолке. Тут уж парень, забыв про Женьку, открыл окно, высунувшись из него чуть ли не по пояс, вволю отдаваясь дождю, хлеставшему по нему. Насилу она заставила его залезть обратно, смеясь над глупой улыбкой на угрюмоватом лице. Макс как взбесился и вел себя, словно мальчишка, дорвавшийся до сладкого. Он промок до нитки и дрожал всем телом, но его мало этот факт беспокоил.

– Женька, ты что творишь вообще?
– она испуганно оглянулась. Карина широко распахнутыми глазами смотрела на нее.
– Зачем ты туда полезла, там же ливень?

Аристова оглядела себя, и поняла, что стоит посреди комнаты в насквозь мокром халате, облепившем ледяные босые ноги. В открытое окно лил дождь и задувал ветер, разбрызгивая воду, как из пульверизатора. Выйдя из ступора, Женька резко захлопнула окно, стуча зубами.

– Блин, у меня даже еды не осталось,- она искала глазами Макса, того нигде не было. Карина полезла в холодильник, и вытащила оттуда начатый Женькой утром клубничный рулет.

– На, лови, - Женька шарахнулась, Каринка пожала плечами.
– Колбасу будешь?

– Нет, спасибо.
– Аристова обхватила себя за плечи, взгромоздившись с ногами на табуретку, и принялась ритмично раскачиваться, пытаясь собраться с мыслями.
– Карина, а мы здесь одни?

– Естественно,- та с усмешкой покрутила пальцем у виска,- Жень, не дури. Я вчера тебе подыграла, сегодня-то пора уже бросить игру.

– Ты не видела переписку?
– Женька содрогнулась. Перспектива психбольницы не радовала. А дождь так и хлестал.

– Твои каракули? Отлично видела.
– Каринка сощурилась,- ты разрисовала почти всю страницу, текст еле можно прочесть. И ничего не разобрать. Но, ей-богу, других почерков там не было.

– Блин, походу, у меня крыша едет.
– Аристова упрямо скрипнула зубами.- Лучше уж быть мертвой, чем сумасшедшей.
– получилось наиграно и пафосно, она сама грустно улыбнулась своим словам.

– Тебе надо выспаться,- уверенно заявила Карина, ставя чайник. Она-то уж точно реальна, как и тихо вскипающий чайник. Или это тихо закипают Женькины мозги? Она подняла голову и увидела сидящего на своей койке Макса.

– Эй, я думала, ты растворился в воздухе!
– испуганно пробормотала она.
– Почему Каринка тебя не видит?

– Потому что для нее я не существую,- усмехнулся тот. Он успел сильно побледнеть и словно истончиться.- Нельзя надолго покидать мой мир,- парень будто прочел ее мысли и кивнул,- похоже, начинает тянуть обратно.
– Он шагнул в книгу и исчез. Женька не заметила, как до крови прокусила губу, пытаясь внушить себе, что все нормально. Книгу она оставила раскрытой, решив ней не возвращаться. Интересно, на сколько ее хватит?

– Женька!
– вкрадчивый голос Сереги Ганина вернул ее в действительность. Она обнаружила, что сидит в аудитории, уткнувшись в телефон, и пролистывает ленту «ВКонтакте». Группа разбрелась по универу, большинство смотались в столовку на первом этаже. Она покосилась на часы, еще пять минут до звонка на пару.- Ирка звонила, сказала, не придет. Сидит у стоматолога, удаляет больной зуб. Можешь на игре ее подменить?

Суть учебной игры заключалась в инсценировке реального уголовного дела. Парень с девушкой позвонили в дежурку, сообщив о заложенной в здании школы бомбе. Их поймали и теперь решали, что с ними делать. Ирка Крошина как раз играла прокурора, просившего чуть ли не лишение свободы за телефонный звонок. Ганин, он же судья, сложил руки притворно-умоляющим жестом.

– Жень, ну давай, ты же артистичная!
– Серегины серые глаза не то смеялись, не то и правда таили нотки испуга. С ним обычно так, он себе на уме. Вроде бы довольно замкнутый отличник, но и душа компании, обожающий травить анекдоты. И ходит бесшумно, как кошка, несмотря на высокий рост. Если бы Женька рискнула признаться себе, что он ей нравится с первого курса, наверно, жить стало бы попроще. Или не поэтому она сейчас сжалась, и вспыхнула до корней волос? Даже глаза толком поднять боялась, чтобы не выдать непонятного волнения. Ей вспомнился саркастичный Макс Заречнев, глюк ее больного воображения. С ним было спокойнее, хотя язва он еще тот.