Чтение онлайн

Военные лагеря, грабежи, раздоры, экономический и моральный упадок — все это тяжелым бременем легло на плечи народа. У майя не осталось больше времени для исправления печального состояния дел в стране. Шла уже весна 1517 г. У берегов Юкатана появились корабли Эрнандеса де Кордобы, и майяский часовой доложил уже о них своему вождю. Со свитой вассалов этот вождь подошел к самой кромке воды, чтобы разглядеть как следует странные горы, выплывающие из моря под шапкой облаков.

Ему вспомнилось, что пророческие строки из книг Чилам Балам уже предсказывали это:

В этот день гибель придет на землю;

В этот день поднимется туча;

В этот день сильный человек захватит эту землю;

В этот день все погибнет...

Тут же был созван совет вождей. Затем они на своих лодках-каноэ отправились для переговоров с посланцами Карла V, императора Испании, «самого могущественного человека того времени». Одним из преимуществ археологии является возможность вернуться в прошлое, следуя по пути, пройденному различными цивилизациями древности. Мы двигаемся вспять от причины к следствию, от кульминационных вершин цивилизаций к таинственным истокам их происхождения и создаем таким образом новый взгляд на события прошлого. Пробелы, которые можно заполнить лишь с помощью научных предположений, существуют всегда. Но после разносторонних и настойчивых исследований в конце концов вырисовывается правдивая картина исторических событий.

Майя достигли в классическую эпоху изумительных успехов и заняли выдающееся положение среди других цивилизаций древности. Достаточно посмотреть на динамичную скульптуру Копана или побродить среди внушительных зданий Паленке, чтобы понять одну истину: основная цель творчества майя — гармоничное единство человека и темных сил природы, человеческий опыт в сочетании с религиозным мистицизмом. До тех пор, пока господствовала эта философия, объединявшая все усилия общества, майя во всем сопутствовала удача [91] . Что же вдруг нарушило их размеренный образ жизни? Что открыло дорогу губительным влияниям извне? Никогда не следует объяснять упадок крупной цивилизации только одной какой-нибудь причиной. В культуре майя семена упадка были заложены с самого момента ее возникновения. И каждое из них могло сыграть свою роль в последующей гибели этой цивилизации. Ученые особенно выделяют тот факт, что система земледелия майя — один из важнейших стимулов их развития — оставалась на протяжении всей их истории довольно примитивной. Майя не знали ирригации и севооборота. У них отсутствовали многие необходимые земледельческие орудия. Подсечно-огневое земледелие приводило к большой разбросанности населения и требовало почти непрерывной борьбы с джунглями. Окружающая природная среда вряд ли значительно изменилась с тех пор. Она явно неблагоприятна для жизни человека — жара, влажность и непроходимые джунгли. Но именно здесь зародилась и расцвела впоследствии цивилизация майя. Очевидно, постоянная борьба с враждебной природой способствовала развитию творческой энергии и талантов майя. Казалось, они нашли способ успешно преодолевать эти внешние трудности. Несмотря на их неблагоприятное воздействие, майя добились блестящих успехов в астрономии, математике, иероглифической письменности, архитектуре и скульптуре [92] . Следует также напомнить, что их орудия оставались крайне примитивными. Именно на этом важном факте и основывает Сильванус Морли свою оценку цивилизации майя: «Первые пять ступеней, через которые, по общему признанию, проходит человек на своем длинном и трудном пути от дикости к цивилизации, заключаются в следующем: овладение огнем, изобретение земледелия, приручение животных, создание металлических орудий и открытие колеса. Последовательность этих ступеней не всегда одинакова в разных частях света, хотя овладение огнем бесспорно является повсюду первым шагом, а изобретение земледелия во многих местах — вторым. Порядок прохождения остальных трех ступеней различен. Как соотносится развитие культуры майя с этими пятью основными ступенями человеческого прогресса? Само собой разумеется, майя владели огнем, научившись добывать его с глубокой древности. Мы уже знаем, что, несмотря на сравнительно неблагоприятные условия природной среды, они создали эффективную систему земледелия, приручили дикого индюка и держали близ своих домов в специальных хижинах с тростниковыми крышами рои не имевших жала пчел. Но зато они не имели тягловых животных, которые в такой огромной мере облегчили человеку жизнь в Старом Свете. На всей территории Америки в доколумбову эпоху можно встретить лишь два случая применения тягловых животных: древние перуанцы использовали в качестве вьючного животного ламу, а эскимосы заставили своих собак таскать сани. Вся громадная программа архитектурного строительства древних майя выполнена без помощи тягловых животных, исключительно руками человека. У майя не было орудий из металла. В Древнем царстве металл вообще неизвестен, а в Новом царстве (теперь этот период называют „мексиканским") золото, медь и их сплавы употреблялись только для производства украшений и предметов культа (кольца, бусы, подвески, серьги, колокольчики, чаши, блюда, пластинки и т. д.). Древние майя не знали и колеса. У них отсутствовали колесные повозки... а большинство специалистов в области древнеамерикаяской керамики считает, что гончарный круг также здесь неизвестен.

Иными словами, майя были знакомы и использовали в повседневной практике только первые два достижения из пяти, составляющих ступени на пути к цивилизации. В то же время древние египтяне, халдеи, вавилоняне, ассирийцы, персы, китайцы, финикийцы, этруски, греки и римляне обладали всеми пятью достижениями цивилизации. Кхмеры Камбоджи и строители огромных, высеченных в скалах храмов на острове Ява оказались, кроме майя, единственными народами, которые очень рано создали высокие цивилизации во влажных тропиках. Но и они использовали в своей повседневной практике эти пять главных достижений человеческого прогресса. Для того чтобы найти в Старом Свете аналогию уровню культурного развития майя, нам необходимо отправиться в глубь истории человечества — к началу неолитической эпохи, в век шлифованных каменных орудий, когда человеческие знания и техника были одинаково бедны. На этом примитивном уровне развития и только на нем можно сравнивать цивилизацию майя с древними цивилизациями Старого Света. И если сделать подобное сравнение, то окажется, что, начав с такой же ступени развития, ни один народ Старого Света не смог достичь тех высот, каких достигли древние майя в Центральной Америке».

Загадку гибели культуры майя, если она будет вообще когда-нибудь решена, бесспорно нужно искать в неприметных на первый взгляд явлениях. Особенно это касается вопроса об отношении рядового населения к правящей жреческой верхушке.

Хотя и земледельцы, и жрецы появляются на определенной ступени развития общества, они всецело зависят друг от друга. Вполне возможно, что жрецы рассматривали власть над народом, как законное право благодаря своей ведущей роли в обществе. Но постепенно они стали заниматься вопросами, не имеющими прямого отношения к богам земли, от которых, по всеобщему убеждению, зависела жизнь земледельца.

Религия ушла в чисто абстрактные сферы, пока не потеряла, наконец, всякую связь с земледельцами, от труда которых зависело жречество. Последующие открытия в Тикале позволяют предполагать, что некое подобие гражданской войны возникло у майя гораздо раньше, чем обычно думают исследователи. Недавно там обнаружили стелы, датируемые серединой классического периода, которые были, по-видимому, намеренно разбиты так же, как и ритуальные предметы из Пьедрас Неграса. Хотя до конца оценить значение этих находок еще нельзя, не исключено, что уже в то время земледельцы открыто выражали свое недовольство гнетом жрецов.

А может, это следы борьбы внутри самого клана жрецов? Какова бы ни была причина гибели Древнего царства, последствиями которой явились поглощение его чудесных городов джунглями, исчезновение духовных достижений и невежество народных масс, цивилизация майя вступила в полосу упадка. Мы знаем, что за 150 прошедших лет археология майя вырвалась из бездны скептицизма и туманных разглагольствований и превратилась в подлинную науку. Археологи добились уже немалых успехов. Но перед ними по-прежнему множество нераскрытых тайн. А ряд проблем, с которыми ученые сталкивались еще сто лет назад, не решен и до сих пор. Многое еще предстоит изучить, узнать, исправить и дополнить. Особенно это касается основных этапов развития цивилизации майя, начиная с архаических времен. Мы все еще точно не знаем, где в ходе древних переселений впервые объединились майоидные племена? Когда именно они заселили область тропических лесов? [93] Нам остается лишь гадать о том, когда и как письменность и календарь стали основными движущими силами в развитии майя. Ведь две трети их иероглифических письмен еще надо дешифровать. Только тогда бессмысленные ныне надписи станут достоянием науки. Практически у пас нет никаких сведений о системе управления городов-государств, об их торговых и политических связях. Неизвестна также истинная причина гибели Древнего царства, поразившей его в момент наивысшего расцвета. Она остается загадкой, не имеющей аналогий в мировой истории. И в современных, и в древних империях история кажется непрерывной цепью периодов подъема и упадка. На смену эпохе «варварства» и застоя всегда приходил свой «ренессанс». Но цивилизация майя сама толкнула себя на путь гибели! Почему? Возможно, мы этого так никогда и не узнаем.

Множество вопросов, касающихся мексиканского периода, также ждет еще своего объяснения: подробная история ицев и пути, по которым они пришли на Юкатан; источник предания о Кецалькоатле-Кукулькане и вся интригующая картина усобиц мелких царьков, правящих династий и непрерывных войн, сделавших майя беззащитными перед угрозой испанского вторжения, и т. д.

В 1956 г. экспедиция Института центральноамериканских исследований при Туланском университете (США) начала раскопки нескольких сильно пострадавших от времени холмов в местечке Дзибилчалтун, близ города Мериды, на Юкатане. Экспедицию возглавлял археолог Уиллис Эндрюс. Результаты раскопок превзошли все ожидания. Оказалось, что этот неизвестный доселе город был, возможно, крупнейшим центром древних майя. Его руины занимают площадь свыше 20 квадратных миль. По гораздо важнее другое открытие: Дзибилчалтун возник в раннеархаическое время (возможно, еще в 2000 г. до н. э.) [94] и существовал в течение всех этапов развития культуры майя. Он был свидетелем ее зарождения, ее расцвета, таинственной гибели ее блестящих достижений и наконец беспокойных столетий накануне и после Конкисты. Признав огромное значение Дзибилчалтуна для установления непрерывной последовательности событий на Юкатане, недавно к работе по воссозданию истории города присоединилось и Национальное географическое общество (США).

Далеко на юге, в лесах Петена, археологи из музея Пенсильванского университета во главе с Эдвином Шуком раскапывают и реставрируют внушительные постройки Тикаля. Это грандиозное предприятие. Для снабжения экспедиции водой и припасами потребовалось открыть специальный аэродром. А для того чтобы разместить персонал на те 10 лет, которые необходимы для завершения проекта работ, был построен постоянный лагерь с лабораторией. В джунглях реки Усумасинты и ее притоков ведет широкое обследование и раскопки экспедиция Музея Пибоди при Гарвардском университете. В Каминальхуйю — одном из важнейших памятников горной Гватемалы — много лет проводятся раскопки и реставрационные работы. Я верю, что придет время, когда какой-нибудь ученый, чиклеро, а может быть, и горный инженер сделает очередное потрясающее открытие — новое доказательство гения майя, найдет ключ к дешифровке их письменности, установит графическое изображение событий, лежавших в основе упадка Древнего царства на фресках или в иероглифических кодексах, узнает о неизвестных ранее торговых путях или о личности Кукулькана. В любой момент даже случайное открытие может походя разрешить многовековую загадку. Огромные районы Древнего царства майя еще совершенно не исследованы. Река Усумасинта несет свои воды мимо бесчисленных древних городов, которых не касалась еще рука археолога. В джунглях Петена и в центральной части Юкатана находится несметное множество разрушенных храмов и акрополей. Горные районы Гватемалы и Гондураса буквально усеяны холмами-пирамидами и наполовину сохранившимися постройками. Подобно Стефенсу, Моудсли, Томпсону и Русу, новое поколение ученых станет изучать загадки цивилизации майя. И эти исследователи вырвут в конце концов ее тайны у безмолвных джунглей.

Что может быть привлекательнее и почетнее этой задачи?

Экспедиции Стефенса, Моудсли и Малера открыли первую страницу в изучении культуры майя, показав всему миру богатство поверженной индейской цивилизации. Но это был лишь первый шаг. Археологические раскопки древних городов Центральной Америки начались гораздо позднее — в 20-х годах нашего века.

Таким образом, археология майя — наука довольно молодая: ей всего каких-нибудь 40—50 лет от роду. Вполне естественно, что она не знает таких достижений, какие имеет, скажем, археология Востока или античного мира.

Каждый сезон археологических работ в Центральной Америке приносит новые поразительные открытия, заставляющие подчас полностью менять всю сложившуюся систему взглядов. Новые находки в этой области так многочисленны, что описать их все просто невозможно. Поэтому речь пойдет лишь о наиболее важных и интересных, внесших значительный вклад в изучение культуры майя.