Чтение онлайн

— Они что-то готовят, — дед подошел к нам, его лицо было мрачным. — И судя по направлению туннеля… они направляются в самое сердце Чащи Забвения.

— Междумирье, — кивнула Шумилова. — Должно быть, у них там подготовлен запасной ритуальный круг.

Я ощутил, как внутри нарастает тревога. Несмотря на то, что мы сорвали ритуал, триумвират не отказался от своих планов. Они по-прежнему действовали как единое целое, решительно продвигаясь к своей цели.

— Нам нужно найти другой путь, — я сжал кулаки, чувствуя, как демоническая сила Аббадона отзывается на мою решимость. — Мы должны опередить их.

Неожиданно к нам приблизился Сумрак. Огромный призрачный зверь наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, а затем направился к дальней стене пещеры. Там он остановился и повернулся к нам, явно приглашая следовать за собой.

— Похоже, Сумрак что-то нашел, — дед внимательно посмотрел на фамильяра Кротова. — Как хранитель этих мест, он должен знать все тайные ходы.

Мы последовали за Сумраком, который привел нас к едва заметной трещине в скале. Призрачный волк коснулся её носом, и камень задрожал, медленно расступаясь и открывая узкий проход.

— Невероятно, — прошептала Шумилова.

— Если поторопимся, — сказал дед, активируя световое заклинание на конце своей палочки, — сможем перехватить их у ритуального круга в Междумирье.

Мы быстро собрались, готовясь к новому этапу противостояния. Впереди ждала финальная битва с триумвиратом Красного Лебедя — тремя могущественными магами, объединёнными общей целью и готовыми на всё ради её достижения.

— Пора, — я повернулся к друзьям. — Нас ждёт Междумирье.

Тусклый свет магических светильников очерчивал лица собравшихся в тайном проходе. Нас было шестеро — я, Мелисса, Ярик, Емеля, дед и Шумилова. Измотанные, израненные, но решительно настроенные. Оставшихся в живых Демоноборцев мы оставили в убежище Кротова. Они должны были встретить подошедшие на помощь группы, сковать выживших культистов и взять пещеру под охрану.

Пушистик и Сумрак держались рядом, фамильяры словно тихо переговаривались между собой на своём, недоступном человеческому пониманию языке.

— Итак, — дед окинул нас внимательным взглядом, — мы отправляемся в Междумирье. Для тех, кто не был там раньше: это место между мирами, где законы реальности действуют иначе. Любая ошибка может стоить жизни, любое неосторожное движение — привести к потере души.

Ребята кивнули, их лица было серьёзным, как никогда.

— Все должны держаться вместе, — добавила Шумилова. — В Междумирье легко потеряться — один неверный шаг, и вы больше никогда не сможете вернуться, а сущности, которые там обитают, очень скоро разорвут вас на части.

Ярик нервно сглотнул, его пальцы крепче сжали палочку. Емеля стоял неподвижно, только глаза выдавали его напряжение. Мелисса хранила внешнее спокойствие, но я чувствовал её внутреннюю борьбу — предстоящая встреча с отцом, теперь в роли врага, требовала огромной эмоциональной стойкости.

— Сергей, — дед повернулся ко мне, — ты уже был в Междумирье. Расскажи остальным, чего ожидать.

Я сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями.

— Когда мы с дедом попали туда в прошлый раз, — начал я, — мы обнаружили, что за пределами основной тропы, глубоко в тумане, скрыта тюрьма второй части Аббадона. Отклониться от тропы — значит рискнуть навсегда потеряться, но сейчас у нас нет выбора. В тумане скрываются… существа. Мы не видели их, но слышали. И поверьте, лучше с ними не встречаться.

Я пригладил волосы, вспоминая то странное ощущение присутствия множества глаз, наблюдающих из плотной мглы.

— А как выглядит эта тюрьма? — встревоженно спросила Мелисса.

— Огромный камень, похожий на обсидиан, только живой. Пульсирующий, с нанесенными на него рунами. Аббадон говорит, что освобождение его второй части может быть катастрофой. Даже для него самого.

«Это не просто катастрофа, — мысленный голос демона звучал тревожно. — Тут время течет иначе, особенно в этой тюрьме. Так что моя вторая половина провела тысячелетия в заточении, наполняясь яростью и голодом. Она не сможет контролировать себя. Она пожрёт всё живое, до чего сможет дотянуться».

Я передал слова Аббадона остальным, и на их лицах отразилось беспокойство.

— И вы думаете, что Красный Лебедь хочет освободить эту часть? — спросил Емеля, хмурясь.

Дед медленно кивнул.

— Теперь, когда они получили образец демонической энергии Сергея во время неудавшегося ритуала, у них есть что-то вроде… магического компаса. Аббадон притягивается к Аббадону. Они смогут найти дорогу к тюрьме.

— И что они собираются делать дальше? — спросил Ярик, нервно поправляя очки. — В смысле, даже если они освободят вторую часть демона, как это поможет их ритуалу?

— Трансценденция требует невероятного количества энергии, — пояснила Шумилова. — Энергии, которой не существует в нашем мире. Но освобождение части Высшего Демона из тысячелетнего заточения… это как взрыв магической бомбы. Высвобождается столько силы, что её хватит для проведения ритуала.

— Им даже не нужна та часть Аббадона, которая слилась с тобой, — добавил дед, глядя на меня. — Согласно древним текстам, мощи второй половины Высшего Демона, той, что томится в камне-тюрьме, будет вполне достаточно для их целей. Освободив и поглотив даже эту часть, триумвират достигнет силы, способной изменить мир.

По спине пробежал холодок. Мысль о том, что триумвират превратит вторую половину Аббадона в чистую энергию для своего восхождения, вызывала у меня почти физическую тошноту. А может, это была реакция на ярость самого демона — сейчас мы были настолько едины, что трудно было отличить его эмоции от моих собственных.

— И всё же нам нужно помешать им, — я постарался звучать увереннее, чем чувствовал себя. — Освобождение второй части Аббадона само по себе может стать катастрофой для всего мира, даже без ритуала Трансценденции.

«Это правда, — подтвердил демон в моём сознании. — Но не стоит недооценивать их. Они готовились к этому десятилетиями».

— Времени мало, — прервал наш разговор дед. — Триумвират уже в пути. Мы должны опередить их или, по крайней мере, настичь до начала ритуала.

Сумрак, до этого момента неподвижно стоявший у входа в проход, вдруг поднял массивную голову и глухо зарычал. Его глаза светились призрачно-голубым светом, отражаясь в стенах туннеля.

— Он показывает дорогу, — сказал я, чувствуя странную связь с легендарным фамильяром. — За ним.